Долгое безумие

От этой книги у меня ощущение ирреальности. Не в том смысле, что в ней есть что-то фантастическое или явно придуманное, нет, вроде бы все описанное возможно наяву, но где-то в глубине души кажется, что нет. Во-первых, встреча главных героев и моментально пронзившее чувство. Наверное, я скептик, но в такую вот любовь с первого взгляда как-то не верится. Затем на протяжении всего романа гипертрофированность происходящего (драка между главным героем и мужем, случайность-неслучайность обучения по переписке и пр.). Даже те чувства, которыми живет и дышит герой, и они кажутся просто слишком. Но что интересно - именно эта где-то даже нарочитая гипертрофированность и создает уникальную атмосферу романа. Ведь без совершенно невозможных старух-сестер или китайцев, прозвавших героя "Мояжена", это "Долгое безумие" не было бы таким долгим и таким безумием... Если говорить о персонажах, то главный герой весь роман вызывал у меня острое чувство жалости, а героиня, если честно, по началу раздражала, и только во второй половине книги я поняла всю цельность нарисованной Эриком Орсенной картины: не будь героиня именно такой: помешанной на своей работе, чувстве долга, жесткой, разрывающейся между Любовью и семьей, то и герой не был бы таким - этаким французским Форестом Гампом (одно его бесконечное хождение после их расставания чего стоит). В этой книге все удивительно на своих местах: и герои, и декорации, и чувства, пронизывающие книгу и читателя вместе с ней. И что забавно: я читала эту книгу очень долго, из-за чего можно сделать вывод, что она не очень меня увлекала, но сейчас, перевернув последнюю страницу, я могу с уверенностью сказать, что она произвела на меня сильное впечатление, заставив поверить в свою реальность и обманчивость одновременно.

Название сверхточное, потому что иначе как безумием отношения главных героев и не назовёшь. Это была какая-то внезапная страсть, неожиданно охватившая их обоих. Не знаю почему, но Элизабет показалась мне малодушной женщиной, если бы она по-настоящему любила Габриэля, то развелась бы с мужем, но она явно сильно держалась за свою престижную работу, где имела безупречную репутацию, и что это были за отношения такие, если они были тайными и нечастыми, нормальными периодами отношений Габриэля и Элизабет были только два: бельгийский и китайский. Способ, благодаря которому Элизабет смогла остаться с Габриэлем, показался мне трусливым, глупым и циничным. Их жизнь в Китае выглядела суррогатом прежних отношений. Муж, который обо всём узнал, тоже повёл себя довольно странно, после встречи с Габриэлем он должен был подать на развод. То, что они возлагали надежды на сына, мечтая о том, что он станет знаменитым писателем и напишет историю их любви, было смешным и нелепым, нельзя решать за человека его судьбу ещё до рождения, поэтому неудивительно, что молодой человек избрал другой жизненный путь. А уж его огромное количество имён в честь знаменитых писателей выглядело чересчур претенциозным! А мне ещё не понравилось, что Элизабет так и не рассказала Мигелю, кто на самом деле является его отцом, она поиздевалась над Габриэлем, который очень из-за этого страдал. Теперь им хочется, чтобы их историю несравненной любви рассказал уже внук, честно говоря, не представляю, как он отреагирует, на такую, мягко говоря, странную историю. Несколько удивил резкий переход с третьего лица на первое и наоборот. В книге есть интересные описания садов и местностей, сведения об известных людях, видно, что автор или сам хорошо разбирается в садоводстве, или консультировался со специалистами, но сам сюжет довольно довольно странный.

Книга очень заинтересовала меня в начале. Я не могла оторваться от сюжета. И была в предвкушении чего-то нереального. Но чем дальше я читала, тем менее мне нравилось. Все чаще я откладывала книгу, а когда бралась за нее, долго пыталась осилить очередную страницу, периодически пропуская некоторые моменты. К концу книги опять появился интерес. Дочитала я ее на одном дыхании. Подведу итог. Книга неплохая. Сюжет интересный, хоть и не очень правдоподобный. Но слишком много лишних отступлений, без которых, возможно, книга была бы лучше.