Князь Света

Бог - одна из древнейших профессий в мире

— Мерзкий ты тип, — сказал он.
— Знаю. И постоянно поддерживаю форму.

— Разломи плод — и ты обнаружишь внутри косточку. Не это ли центр? Расколи косточку — и внутри ты не найдешь ничего. Не это ли центр?

— Похоже, что в этом вопросе нам никогда не найти общей точки.
— Если в ответ на вопрос, почему вы угнетаете мир, ты разражаешься нескончаемой поэтической белибердой, то, естественно, нет. Думаю, тут просто не может быть общих точек.

Каждый человек несет в себе и темное и светлое. Во многих отношениях разделен человек на части, слит из крайностей. Интеллект его часто воюет с эмоциями, воля - с желаниями... идеалы его не в ладах с окружающей действительностью. Чтобы он ни делал, все для него и находка и утрата; и прибыль и убыль. Всегда оплакивает он ушедшее и боится того, что таит в себе новое.

Ты думаешь, что рассудок твой смущает человек. Но нет - это судьба, которую разделили вы когда-то и которая миновала, а ты называешь ее любовью.

Мораль, стало быть, моей наскальной проповеди такова: даже зеркалу не под силу показать тебя тебе самому, если ты не желаешь смотреть.

Сама по себе мудрость есть продукт знания; ну а знание, к несчастью, обычно является продуктом дурацких поступков.

Если у меня и была плохая карма, теперь она вся растворилась.

— Ты и в самом деле веришь в то, что проповедовал?
Сэм рассмеялся.
— Я очень легковерен, когда речь идет о моих собственных словах. Я верю всему, что говорю, хотя и знаю, что я лжец.

— Я хочу сказать, что я больше тебя не люблю. Замечательно было бы, если бы во всей вселенной нашлась хотя бы одна постоянная и неизменная вещь. Если и есть такая, то сильнее она, чем любовь, и мне о ней ничего неведомо.

— Этот мир принадлежал сначала им, — сказал Сэм. — Мы его у них отняли. С какой стати должны они отказываться от того, что мы в них ненавидим? Для них-то ведь это мы — демоны.

Ну а все же, что такое истина? Истина — дело твоих рук.

Когда нет никакой реальной надежды, нужно чеканить собственную.

Просто я взыскую подчас чего-то помимо радостей чрева и фаллоса.

Я сидел, размышляя о том, насколько правы были мы, греки, выпустив логику в этот несчастный мир.

Героизм - это всего лишь вопрос обстоятельств и целесообразности.