Свободу медведям

Что может быть хуже, чем сознание того, что результат мог быть значительно лучшим, если бы ты ничего не предпринимал совсем?

Опыт встречается куда чаще, чем красота.

Это же совершенно очевидно. Четники дерутся с немцами, партизаны дерутся с немцами, и, немного погодя, вся Красная армия будет здесь сражаться с немцами. После немцев партизаны и Красная армия примутся бить четников, объявив, что четники были на стороне немцев. Самое главное – это хорошая пропаганда.

На кухне бабушка опустошает полку со специями и заворачивает маленькие баночки в пальто рассуждая так: все, что угодно, сдобренное достаточным количеством специй, будет похоже на еду...

...по-настоящему, нет ни истории, ни ближайшего будущего, которое ты мог бы предвидеть. Я имею в виду, что у нас промежуточный возраст и живем мы в промежуточный период времени; мы находимся между двумя периодами чудовищных решений: одного – прошлого и второго – грядущего. Мы продолжаем плестись в истории, и кто знает, как еще долго?

По-моему, человек, который любит зебр, не может быть плохим.

Рискуя вызвать споры, скажу, что в этом мире существует два способа жить долго. Один — это заниматься злом неприкрыто, быть его свободным проводником, без благих намерений и любви, не прячась за рассуждения о целесообразности зла; и если не давать прямого ответа, то ты никогда не будешь уличен во лжи, сказанной во имя собственной защиты. Но я точно не знаю, в чем заключается второй способ жить долго, хотя думаю, что он связан с невероятной удачей.

Это тот самый чертов ветер мира, — подумал я. — Если он не дует тебе прямо в лицо, то поддает в спину, заставляя двигаться быстрее, чем тебе этого хотелось бы. Возможно, он даже правит рулем

О Жизнь — надутые пузыри, готовые лопнуть!
Судьба готовит вам острую булавку.

Послушай, тебе придётся двигаться в разорванном интервале между временем, когда тебя найдут, и временем, когда будет решено, что с тобой делать. Так что рви вперед, и ты одержишь верх!

Становится всё труднее и труднее иметь что-то, что тебе по душе, что тем или иным образом не является подражанием чему-либо, что уже устарело; и что не твое и никогда не будет твоим. И никогда никакая вещь не сделает тебя счастливым.

«Как несовершенно. Как забавно. Как просто. И при этом — как ужасно жаль!»

Знаете, привычки существуют не для того, чтобы над ними насмехались.