А. И. Куприн. Собрание сочинений в девяти томах. Том 4

Как это скверно, когда не ты ведешь мысль, а она тебя ведет...

Со струн Сашкиной скрипки плакала древняя, как земля, еврейская скорбь, вся затканная и обвитая печальными цветами национальных мелодий.

Что же такое тогда война с её неизбежными смертями и все военное искусство, изучающее лучшие способы убивать? Мировая ошибка? Ослепление?

Я слышала, какая-то легенда говорит, что Бог создал сначала всех людей целыми, а потом почему-то разбил каждого на две части и разбросал по свету. И вот ищут целые века одна половинка другую и все не находят. Дорогой мой, ведь мы с вами – эти две половинки; у нас все общее: и любимое, и нелюбимое, и мысли, и сны, и желания. Мы понимаем друг друга с полунамека, с полуслова, даже без слов, одной душой.

- Уди­вля­юсь, Саша, как это вы не жа­ле­е­те сво­их де­нег?
Он воз­ра­жал убе­ди­тель­но:

• Да ма­дам же Ива­но­ва. Да мне же их с со­бой в мо­ги­лу не брать.

куда же мы с вами денемся, если не будем служить? Куда мы годимся, когда мы только и знаем — левой, правой, — а больше ни бе, ни ме, ни кукуреку. Умирать мы умеем, это верно. И умрем, дьявол нас задави, когда потребуют. По крайности не даром хлеб ели.

Никогда не надо делать человека, даже в мыслях, участником зла, а тем более грязи.

Труд! О, трудом можно сделать все. Взять только себя в руки.

«Это мы, вроде собак, на луну воем».