Золушка

Из всех сказок, вошедших в легендарный сборник Шарля Перро, сказка про кота в сапогах была моей самой любимой в детстве, да и сейчас, пожалуй, продолжает оставаться таковой. Причиной тому, думаю, располагающая личность кота, сумевшего покорить и очаровать не только всех, кто ему встречается на страницах сказки, но и тех, кто эти страницы перелистывает - читателей. Кот, в самом деле, наделен невероятной харизмой, заставляющей видеть в нём превосходного артиста, знающего как исполнить номер, чтобы вызвать улыбку и благосклонность судьбы. В его бесшабашной удали, настойчивости, соединенной с галантностью, угадывается будущий д'Артаньян, а его ловкость, хитрость, неотразимость и умение "пройти по краю", наводят на мысль, что киска в сапожках - литературный предтеча и такого неоднозначного "товарища", как Остап Бендер.

Да, образ Кота - неоднозначен, настолько неоднозначен, что некоторые современные пересматриватели смыслов классических сказок видят в нём лжеца, авантюриста, вора и убийцу (либерально-толерантный подход принуждает видеть в людоеде "тоже человека"), а кое-кто и "криминального авторитета". Спору нет - действия Кота не являются безупречными, конечно, он авантюрист, а какой авантюрист не ловчит, не хитрит и не обманывает. Во всём перечисленном котейка грешен. Правда, я не стал бы "предъявлять" ему за убийство, поскольку как такового убийства не было - людоеда Кот слопал, когда тот находился в состоянии мыши, а жрать мышей для кота - не преступление, а видовая особенность, с таким же успехом можно обвинить в убийстве рецензента, который откушал с утра куриных наггетсов, а в обед заправился бараньим шашлыком.

Но вернемся к кошачьей авантюрности. В оправдание Коту хочется вспомнить поговорку: "Не мы такие - жизнь такая". Что я хочу этим сказать. Подумайте, что светило хозяину Кота, если бы тот не превратил его в маркиза Карабаса? Однозначно - нищета и прозябание. Действия же котика позволили ему получить максимум от возможного. "Жизнь такая" - сословно-структурированное феодальное общество, в котором практически отсутствуют какие-либо социальные лифты. Если тебе не повезло родиться дворянином, то попасть на вершину социальной лестницы можешь даже не рассчитывать.

Но есть один способ, говорит Кот, нужно не переживать над тем, кто ты есть, а работать над созданием имиджа, пусть он не будет соответствовать действительному положению вещей, главное, чтобы в него поверили. В принципе, Кот предстает в роли умелого и опытного пиар-менеджера, реализовывающего смелый и яркий проект. Он - Кот - знает все нюансы этого дела и ловко их использует.

Вот, например, сапоги, которые стали даже частью имени главного героя. Они нужны Коту совсем не для красоты и даже не для удобства, а для представительства. Это тоже самое, когда бизнесмен, у которого дела идут не очень гладко, тратит уйму денег, залезая в долги, на крутейшую и дорогущую машину, справедливо полагая, что, если он будет приезжать на деловые встречи на навороченном Мерсе, он произведет на потенциальных партнеров большее впечатление, чем, если бы он приехал на Форд-Фокусе, который более ему по карману.

Используя ряд эффективных приёмов, Кот добивается для своего хозяина максимально выгодного положения, говоря читателю, что даже в таком социуме можно найти способы и возможности перехитрить судьбу. Правда, приемы эти будут не совсем корректными, но, увы, справедливостью и честностью ничего не добиться в мире, который сам не справедлив и не честен. Вот мы снова вернулись к той самой поговорке: "Не мы такие - жизнь такая".

И еще пара слов по теме убиенного людоеда. Оправдав Кота от обвинений в убийстве, я бы не стал его отмазывать, если последуют обвинения в рейдерском захвате имущества достопочтенного каннибала. Этот факт действительно имел место, а пресловутое "убийство" выглядит оригинальной рейдерской схемой.

Разбираем.) На первый взгляд - это просто сказка о хитром коте, который вытаскивает своего хозяина из бедности и делает из него маркиза. Но если снять "приключенческую оболочку", то остаётся история о манипуляции, власти и социальном восхождении через умение играть с системой. Кот - не просто животное, а активный агент хаоса и порядка одновременно. Он знает правила мира лучше, чем его хозяин, и использует их с точностью, которая почти пугает.) Все "чудеса" происходят не благодаря магии или судьбе, а потому что кто-то умеет ориентироваться в социальной иерархии и управлять восприятием других. Хозяин кота - типичный наблюдатель, почти статичный объект, на котором отражаются действия кота. Ирония в том, что все достижения хозяина - результат чужого ума, а не его собственных усилий. Абсурд ситуации только усиливается, если подумать, что мир вокруг воспринимает его как маркиза - статус, которого он сам ещё не осознал.) И при этом же мир награждает не самого активного, а того, кто умеет оказаться в нужном месте, с нужным образом, чей образ и позиция умело выстроены.) Успех приходит, когда всё слагается точно так, как будто сама жизнь подстраивает события под хитрый план - и одновременно оставляет место для неожиданностей. Кот в сапогах - это почти лаборатория того, как образы, слухи и демонстрации власти могут управлять социальным восприятием и судьбой человека. При этом сказка остаётся забавной и лёгкой на поверхности, но за улыбкой прячется механика взаимодействия с системой, где хитрость, стратегия и социальная интуиция решают больше, чем сила или прямое действие. Именно эта двойная перспектива - комическая и аналитическая одновременно - делает "Кота в сапогах" намного интереснее, чем кажется на первый взгляд.) Всем спасибо.)

В этой рецензии я хочу еще раз затронуть тему влияния сказок на неокрепшее детское сознание. Идея такова: ребенок, с удовольствием слушающий волшебные истории, рассказываемые мамой/папой, воспринимает их некритично и «в прямом смысле», вследствие чего жизненные стратегии и модели поведения героев, т. ск-ть записываются на его жесткий диск и воспринимаются как руководство к действию. Особенно это касается, конечно, любимых сказок – тех, которые мы могли слушать бесконечно. Возможно, стоит покопаться в воспоминаниях, чтобы понять, не отрабатываешь ли ты (а вдруг?) всю жизнь «программу» какого-нибудь Карлсона… или Красной шапочки. А понимание – первый шаг на пути к выздоровлению, хе-хе… Первый раз я прочитала обо всем этом у Эрика Берна – он довольно подробно (и смешно, на первый взгляд) разбирает как раз «Красную шапочку». И другие авторы, конечно, брались за эту тему (тот же Панюшкин, к примеру). Так что я не претендую на оригинальность. Но соображения о «Золушке», изложенные ниже – лично мои.

Итак, «Золушка». В 80х гг. эта сказка пользовалась особенной популярностью, благодаря очаровательному фильму «Три орешка для Золушки». Да и во все времена она – одна из классических историй. Она есть практически в любом сборнике сказок, и потому особенно опасна. Чем же? – спросите вы. Прежде всего тем, что учит тотальной пассивности. Принято называть Золушками женщин, добившихся в жизни неожиданного успеха, выбравшихся «из грязи в князи», ценой настойчивого труда, - и здесь заложена большая ошибка, ибо настоящая Золушка ни за что не борется и никуда не выходит. Она вообще ничего не делает для реализации своих желаний (и, возможно, слабо представляет, что они у нее есть), она просто пассивно ждет. И терпеливо исполняет поручения окружающих (мачехи, но не только), надеясь, где-то в глубине души, что в один прекрасный день ей воздастся за покорность и тяжкий труд. Причем воздастся именно так, абстрактно: явится добрая фея, золотая рыбка или прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и сам догадается, чего Золушке не хватает для счастья. Ей даже не придется просить о помощи или озвучивать свое желание вслух. (В одной из версий единственное, чего она осмеливается попросить – это «того, что само свалится тебе на нос» или «хотя бы посмотреть через окна на бал» - она сомневается, что достойна большего. Вернее, она практически уверена, что недостойна. И поэтому ее удел – рабский труд до конца дней, в надежде «заслужить чудо».)

Теперь подумайте, часто ли встречаются в реальной жизни добрые феи или бескорыстные волшебники, наделенные даром телепатии? А без их активного участия шансов получить главный приз у Золушки нет – ведь сама она не имеет права хотеть чего-то для себя. Или, если имеет, то после того, как посадит все розовые кусты, вычистит все дымоходы, переберет всю крупу… А поручения все не кончаются. И в результате, постаревшая Золушка годами смотрит сквозь окно чердака, разочарованно вздыхая про себя, что жизнь не удалась и ожидания не оправдались. А вероятно где-то еще жив тот самый Прекрасный принц, которому она могла бы «испортить его лучшие годы»… А может быть, стоило бы оторвать свой изящный зад (извините за мой французский) от мешка с золой и выйти в большую жизнь?.. Ну как же, как же – там ведь так много неизвестного… там придется принимать решения и брать ответственность за свою судьбу на себя…

В сказке, убедившись, что модель (с крестной-феей) работает, Золушка использует ее впредь. Чудом познакомившись с Принцем, она проделывает с ним этот фокус – сбегает, пока общение не приняло серьезного оборота, роняя на ходу туфельку (повод продолжить знакомство для о-о-очень настойчивых), надежно прячется и снова ждет. Молча. То есть максимально усложняет ему задачу. Тем самым желая убедиться в его заинтересованности и умении угадывать ее мысли. И исполнять ее желания, разумеется. Могу предположить, что и в самом идеальном случае Золушку ждет разочарование (после свадьбы, на которой заканчивается сказка), потому что Принц, судя по всему, тоже персонаж ранимый и недолюбленный, и ищет в Золушке маму (как и она - в нем). Но, возможно, такой исход лучше, чем безнадежное сидение на чердаке. Вот только добрая фея бы вовремя подвернулась…

В этой сказке много интересных персонажей: 1) родная мать, рано умершая и передавшая то самое, роковое послание – «Трудись!..», 2) пассивный отец, который в одной из версий вообще отсутствует, а в другой никак себя не проявляет, прячущийся за спиной жены, тоже оторванный от реальности (алкоголик?), 3) сводная сестра (сестры), вынужденная во всем поддерживать авторитарную мать и нападать на Золушку, чтобы самой избежать ее гнева, 4) мачеха - угрожающая фигура, подавляющая всех вокруг себя и тоже одинокая, 5) загадочная крестная-фея – во-первых, почему крестная, если колдунья?.. и так далее.

Вдумываясь в привычные детские сказки, трудно выбрать «наиболее безопасную», которую можно читать ребенку – ведь их придумывали и переделывали такие же несовершенные люди, как мы с вами, внося в сюжет фрагменты своих тараканов. Возможно, простым выходом будет чтение разных историй – в надежде, что разные модели поведения научат его быть более гибким и помогут найти свой, эксклюзивный путь к счастью.