Собрание сочинений в четырёх томах. Том 2. Упырь. Князь Серебряный

"Грустно и весело в тихую летнюю ночь, среди безмолвного леса, слушать размашистую русскую песню. Тут и тоска бесконечная, безнадежная, тут и сила непобедимая, тут и роковая печать судьбы, железное предназначение, одно из основных начал нашей народности, которым можно объяснить многое, что в русской жизни кажется непонятным. И чего не слышно еще в протяжной песне среди летней ночи и безмолвного леса!"

У исторических романов своя прелесть и свое очарование...

Познавательность и информативность, панорамность и широкий обхват событий, красивый язык (не всегда, но часто), стилизация "под старину" (стиль речи и соответствующий лексикон, и приметы времени), яркие герои, увлекательный сюжет (а что может быть увлекательнее истории родной страны?), но это еще и особое ощущение истинности, вечности, все, что описано в таких книгах, с большой вероятностью могло произойти в действительности (и кто знает, может, и вправду происходило?)

Исторические персонажи из учебников истории становятся для тебя живыми людьми, а не только строчкой из школьной книги. Иван Грозный, Малюта Скуратов, Федор Басманов, Борис Годунов, царевич Иоанн...Реально существовавшие люди обретают на страницах подобных книг плоть и кровь, ты сопереживаешь им или наоборот ненавидишь, ты видишь их достоинства и недостатки, у каждого исторического героя появляется свой характер, свои черты....

И точно так же исторические события и явления сразу становятся объемными, "выпуклыми", ты будто там и видишь все собственными глазами. "Опричнина" - страшное слово из учебника, но только лишь слово, всего лишь слово, а ведь за этим явлениям стоят судьбы невинных людей...И как в романе Толстого это ярко и зримо показано.

"Молится царь и кладет земные поклоны. Смотрят на него звезды в окно косящатое, смотрят светлые, притуманившись, - притуманившись, будто думая: ах ты гой еси, царь Иван Васильевич! Ты затеял дело не в добрый час, ты затеял, нас не спрошаючи: не расти двум колосьям в уровень, не сравнять крутых гор со пригорками, не бывать на земле безбоярщине!"

У меня даже во время чтения не раз возникал вопрос: а почему этой книги нет в школьной программе? Ведь это же идеальное чтение, чтобы привить любовь к русской истории...

А что меня порадовало больше всего: в те жуткие времена находились отважные люди, которые не боялись гнева царя, которые упрямо отстаивали честь и справедливость, законность. Такие люди как Дружина Морозов, Максим Скуратов (интересно было прочитать про сына Скуратова) и, конечно, князь Никита Романович Серебряный

"Таков ли ты был, князь Никита Романович, каким воображаю тебя, - про то знают лишь стены кремлевские да древние дубы подмосковные! Но таким ты предстал мне в час тихого мечтания, в вечерний час, когда поля покрывались мраком, вдали замирал шум хлопотливого дня, а вблизи все было безмолвно, и лишь ветер шелестел в листьях, и лишь жук вечерний пролетал мимо. И грустно и больно сказывалась во мне любовь к родине, и ясно выступала из тумана наша горестная и славная старина, как будто взамен зрения, заграждаемого темнотою, открывалось во мне внутреннее око, которому столетия не составляли преграды. Таким предстал ты мне, Никита Романович, и ясно увидел я тебя, летящего на коне в погоню за Малютой, и перенесся я в твое страшное время, где не было ничего невозможного."

Земля держится на людях, и недостатка сильных и смелых людей, преданных своей Отчизне, на Руси никогда не было...5/5

P.S. А какая здесь красивая история любви; трагическая, правда, но такова жизнь, причудлива, удивительна и не всегда справедлива...И фактически это целых 3 истории любви. Мужчины - разные (князья Морозов, Серебряный, Вяземский), а объект любви - один (прекрасная Елена Дмитриевна, так в итоге никому и не доставшаяся...)

- Колдун, - продолжал князь, смягчая свой голос, - помоги мне! Одолела меня любовь, змея лютая! Уж чего я не делал! Целые ночи перед иконами молился! Не вымолил себе покою. Бросил молиться, стал скакать и рыскать по полям с утра до ночи, не одного доброго коня заморил, а покоя не выездил! Стал гулять по ночам, выпивал ковши вина крепкого, не запил тоски, не нашел себе покоя в похмелье! Махнул на все рукой и пошел в опричники. Стал гулять за царским столом вместе со страдниками, с Грязными, с Басмановыми! Сам хуже их злодействовал, разорял села и слободы, увозил жен и девок, а не залил кровью тоски моей!

Приятное (очередное:) книжное открытие, русская классика +исторический роман = потрясающее сочетание

Не пугайтесь заголовку моей рецензии, это всего лишь строчка из проклятия, на котором строится сюжет этой самой готической повести русской литературы XIX века. Но у меня получилось, как у О.Генри с его королями и капустой, в рецензии будет о многом, но совсем не будет про бабушку и внучку :)

Эту повесть Толстого я читал давным-давно, и, признаюсь честно, совсем подзабыл в чем там было дело, помнил только, что часть событий происходила в Италии. Но сейчас, перечитывая произведения Алексея Константиновича, взялся за "Упыря" по новой, благо, он невелик, всего каких-то 65 страниц. Но сколько же автор на этаком маленьком пространстве навертел, какой хитроумный лабиринт соорудил, так расположил лампы подсветки, что каждая из них высвечивает свою картину, кардинально отличную от иных.

Известно, что Белинскому повесть очень нравилась, так что он "успел благословить" молодого писателя. Хотя Виссарион Григорьевич и не находил в "Упыре" "какой-нибудь мысли", но он привлекал его "внешней фантастичностью", "многосложностью и запутанностью". Тут классик нашей отечественной литературной критики, безусловно, прав, многосложности и запутанности в такой маленькой повести не то, что хватает, а очень даже с избытком.

"Упырь" из тех произведений, которые нельзя читать невнимательно, едва отвлечетесь, задумаетесь о чем-то постороннем на несколько секунд, и проскочите несколько строчек "на автомате", в результате, или совсем потом запутаетесь, или придется возвращаться и перечитывать "слабое" место. Говорю об этом, поскольку сам пару раз на этот камень натыкался. Ну, и, конечно же, Белинский прав, повесть привлекает не мыслью, и не идеей, а своей ажурной конструкцией, переплетением сюжетов и неоднозначностью восприятия прочитанного.

Толстой очень тонко чувствовал, что классическая готика на русском материале может прозвучать фальшиво и пародийно, поэтому он в нужной пропорции соединил русскую тему с европейской, введя венгерский мрак и итальянский пленэр. Не знаю, слышал ли Толстой что-то конкретное про Дракулу, ведь Стокер еще не родился, когда вышел "Упырь", но Транссильвания, которая сейчас числится за Румынией, тогда входила в состав Венгерского королевства. Так что упыри Толстого родом из тех же мест, что и вампиры Стокера и его последователей.

Дочитав повесть до конца, читателю предстоит самому определиться как воспринимать прочитанное. Можно к чёртовой матери отмести всю мистику, и выбрать путь логического и трезвого объяснения всего произошедшего, что и делает один из героев по имени Владимир. А можно последовать примеру другого героя - господина Рыбаренко, и, наоборот, отринув логику и здравый смысл, всё объяснить именно с мистической позиции. Наконец, можно выбрать третью "точку сборки" - главного героя Руневского, который так и не смог определиться "что же это было".

Ну, а, если это так, если он не может определиться - что это было, значит, что-то всё-таки было. Пусть это "что-то" неясно, расплывчато и постоянно ускользает, но оно дает о себе знать. Так что можно говорить и о четвертой точке зрения - авторской: без мистики дело не обошлось, но где она начинается, и где заканчивается - вот в чем вопрос...

Написал роман Алексей Константинович Толстой, это все и без меня знают, но вот в соавторы к нему вполне можно было бы определить Николая Михайловича Карамзина. А все потому, что трактовка исторической эпохи, в которой автор расположил действие своего романа, целиком списана с карамзинского IX тома "Истории государства Российского".

Образ самого Грозного и его времени слепил в том виде, в котором мы его сейчас себе представляем, именно создатель первого многотомного труда о русской истории. Толстой же профессиональным историком не был, но к историческим темам тяготел всегда, русская история Смутного времени и той поры, что ему предшествовала интересовала его особенно. Поэтому он с полным доверием отнесся к той трактовке периода, которую предлагал признанный на тот момент официально Карамзин.

О тяге Толстого к исторической теме говорит большое количество баллад, написанных на основе материалов из ранней русской истории, драматическая трилогия: "Смерть Иоанна Грозного", "Царь Фёдор Иоаннович" и "Царь Борис", сатирическое стихотворение "История государства Российского от Рюрика..." и, наконец, единственный роман, вышедший из-под его пера - "Князь Серебряный". Возможно, этот интерес к истории был заложен самим Пушкиным, известно, что 13-летний Леша присутствовал при чтении автором "Бориса Годунова" в доме Перовского, дяди будущего писателя.

Главному герою Толстой дает фамилию реально-существовавших в те времена бояр, чей род впоследствии пресекся, один из них был брянским воеводой. Во многих произведениях Алексея Константиновича можно узреть связь с родной для него брянской землей, в которой он и похоронен.

А вот имя-отчество ему дано Никита Романович, думаю, это не совпадение, так звали боярина Юрьева, родоначальника рода Романовых, унаследовавших российский трон. Возможно, таким образом Толстой хотел противопоставить "плохого" царя Грозного "хорошим" царям новой династии. Его же с Александром II, при котором писался роман, связывали дружеские узы - он был его другом детства, и роман свой читал до печати императору и его супруге в Зимнем дворце, за что был пожалован золотым памятным брелоком.

Итак, в плане исторической трактовки Толстой избрал толкование Карамзина, Грозный предстает у него тираном и самодуром, практически параноиком. Борьба Грозного с родовитым боярством, попытка создать ровный дворянский слой, подается как некая нероновщина, вульгарный деспотизм, неприкрытая "татарщина". Смутное время в его видении было прямым следствием процессов разрушения устоявшегося русского общества царем-тираном. Россию после таких потрясений могло ждать только глобальное потрясение, что и выразилось в событиях начала следующего века.

Поэтому и главные герои романа гибнут, и Дружина Морозов, и князь Серебряный (погибает на войне уже за пределами повествования), и опричник Афанасий Вяземский. А Елена Дмитриевна уходит в монастырь, удаляясь от мирской жизни. Так Толстой хотел показать гибель старой Руси, которую устроил ей царь-сатрап. Но роман при всей трагичности оставляет шанс обществу на выздоровление,в стране зреют новые силы, страна прирастает новыми территориями - один из ярких персонажей Иван Кольцо, сподвижник атамана Ермака.

Да и князь Серебряный, носящий имя первого Романова, возмущен бесчинствами, творимыми царем, но остается ему верен, что явный намек на преемственность - Романовы приняли власть над страной от Рюриковичей и распорядились ею более грамотно.

Сегодня далеко не все историки разделяют с Карамзиным и его последователями видение эпохи Грозного, сложность происходивших в обществе процессов не позволяет упрощать их и сводить все к личности самодержца. Да и не все так просто с этой личностью, он был далеко не однозначный персонаж истории, и не всем, дошедшим до нас свидетельствам о нем, следует доверять. И нельзя напрямую связывать события Смутного времени с царствованием Грозного, выводя одно из другого. Смутный период был классическим династическим кризисом, когда между большим количеством претендентов на освободившийся престол шла ярая борьба. Это было причиной смуты, а не отгремевшая за 30 лет до того опричнина.

Но роман Толстого в любом случае остается одним из самых ярких полотен в нашей отечественной исторической романистике. К сожалению, образ самого главного героя получился пресноват, но это компенсируется яркостью других персонажей. И следует отдать должное очень внимательному и вдумчивому отношению Толстого к фактическому историческому материалу - языку, нравам, быту, вооружению, одежде, кухне. Ведь он тщательно изучил не только труд Карамзина, но и книги Терещенко, Забелина, Костомарова, в которых подробно описывался быт той эпохи, а также сборники народных песен и баллад, собранных Киреевским и Сахаровым.