Книга в целом понравилась и много интересного я из нее вынесла для себя, в том числе и список литературы, которую хотела бы прочитать. Но есть одно небольшое «но», которое в целом несущественно, однако подпортило мне впечатление от книги, а если быть точной, то от автора. Автор не скрывает, что его анализ может быть субъективным, как бы он не пытался быть объективным – и порой он действительно пытается. Например, в главе о Нероне автор сухо замечает, что свидетельства (о поджоге Рима, в частности) Светония/Тацита и иже с ними могут быть не вполне достоверными, а в главе про Тиберия он и вовсе называет античных писателей «предвзятыми», а порочащие принцепса оставленные ими свидетельства «измышлениями», «вульгарными россказнями». И с этим лично я нисколько не спорю. В этой же главе автор утверждает, что те, кто этим измышлениям верит и «выписывает цитаты, жадные до сенсаций» вообще не достойны называться серьезными учеными, т.к как сам автор считает «психологически невозможным», чтобы Тиберий творил все то в чем ими обвинен. Более того, он даже утверждает, что сам внешний облик Тиберия не говорит о его развращенной и жестокой натуре (в этой точке зрения он опирается на авторитетного для себя, видимо, психолога). Однако под конец жизни его поведение для автора становится «озадачивающим». И все бы ничего, если бы дальше он не начал безоговорочно верить свидетельствам вышеупомянутых античных историков, но уже в отношении Гая Калигулы. Что он делает?.. Он начинает «выписывать цитаты». Он пишет об инцесте с сестрами не как о чем-то вероятном, но как о факте. Хотя у этого свидетельства есть некоторое оголовки: во-первых, сам Калигула во времена своей жизни (как и его современники) мог вообще ничего не знать об обвинении в инцесте (об этом первым написал Светоний, спустя почти сто лет), а обвинение в кровосмешении вообще – стандартный вид «компромата», «обычный прием при создании хроник». Гай не мог быть тем правителем, которого могла бы любить патрицианская знать, т.к он лишал их своего государственного и общественного значения. В инцесте со своей матерью обвинялся так же и Нерон (повинный в том же) + еще в насилии сводного брата Британника. Во-вторых, даже если он действительно повинен в инцесте, то это можно было бы объяснить его стремлением к восточному правлению (чуждому римлянам), стать равным древнеегипетским царям. Конечно, римляни такого не поняли бы, как в свое время не поняли Марка Антония с его Клеопатрой – путь по которому пошел Антоний как ничто лучше вооружило Октавиана против него. В-третьих, римляне могли просто неправильно интерпретировать отношения Гая и его сестры Друзиллы, которую он, судя по всему, очень любил. Он посмертно обожествил ее, а такого удостаивалась редкая женщина в ту эпоху. Советую посмотреть документальный фильм «Безумные римские императоры» на эту тему – там четко и по делу разбираются все спорные и вызывающие недоумение поступки Гая, Нерона, Коммода и Элагабала, проливая на них свет логики и, вероятно, хоть толику истины. Нет ничего удивительного в том, что современники (и потомки) августейших особ не утруждали себя пониманием истинных мотивов и причин их поведения и поступков.
Деяния Тиберия и Гая, а также Клавдия и Нерона, покуда они были всесильны, из страха перед ними были излагаемы лживо, а когда их не стало – под воздействием оставленной ими по себе еще свежей ненависти.
«Анналы» Тацита
Но автор в безумие Калигулы вполне верит и слова Светония/Тацита под сомнения не ставит, основываясь на мнении некого Мюллера. Кстати, книгу на которую Отто Кифер ссылается я так и не смогла найти, может поможет кто?..
Светоний небезосновательно говорит: «Поистине не было человека такого безродного и такого убогого, которого он не постарался бы обездолить».
В целом советую, книга хорошая, хоть могла бы быть и лучше (но это мои личные «извращения» уже).
11 понравилось
