Собрание сочинений в шести томах. Том 3. Произведения 1907—1914

Илью Капитоновича уже давно никто не называет иначе как Сверчок. Он служит шорником (специалист по изготовлению конской упряжи) в доме барина.

Чтобы показать невзрачность этого персонажа, Бунин сравнивает его с другим шорником - Василием. И во всем Сверчок уступает Василию. Не только внешне, но и в работе.

В своем рассказе Иван Алексеевич показывает, что даже такой неказистый человек, как Сверчок, способен на поступок. Его геройские качества проявились в трудной жизненной ситуации, когда пришлось искать решение в, казалось бы, совершенно безвыходной ситуации.

Сверчок с сыном заблудились в тумане по дороге домой от барина. "Ночь лютая, самая что ни на есть волчиная". Сын потерял и силы, и надежду.

Илья Капитонович пытается помочь сыну. Готов отдать и последнюю свою накидку, но на сыне одежда в разы теплее. И не поможет это. Когда уже сын идти не мог, Сверчок понес его на себе, пока самому хватило сил: "Нет, думаю стой, нет, шалишь, не отдам, — мертвого буду сто ночей таскать!" Донес Сверчок сына, но не до села, а до железной дороги.

Не ожидали слушатели, что такой хлипкий мужичок способен на настоящий поступок. Сверчок же не считает это каким-то геройством. Он просто сделал то, что должен был сделать. Даже после того, как эта трагедия с ним произошла, он не ожесточился. Илья Капитонович остался таким же отзывчивым, как и до злополучного дня.

В глазах всех тех, кто слушал рассказ шорника, Сверчок сильно вырос и уж теперь никто не смеялся над ним, а напротив, стали относиться с уважением.

Название деревни «Дурновка» говорит само за себя.
Писатель хотел показать правдивую картину быта, мировосприятия и стереотипов простого русского мужичка.
Тихон и Кузьма такие разные по характеру, отношению к жизни, к деньгам. Тихона сегодня назвали бы успешным частным предпринимателем, а Кузьму романтичным неудачником.
Бунин не забывает и об образе деревенской женщины на примере героини Авдотьи, безропотно покоряющейся незавидной участи.
Мне нравится как ярко и лаконично писатель рисует не только деревню, но и каждого персонажа со всеми изъянами и особенностями.
Главный мотив повести - тема души русского человека. Становится противно от того, насколько славянская душа мрачная, тёмная, недалёкая, беспросветная. Грустно до коликов. Всё же хотелось бы увидеть свет в конце тоннеля, но тут самое радостное и звонкое в этой истории – это февральская вьюга и дурацкая, никому не нужная свадьба. Это не дело. Но это правда.
Я очень люблю прозу Бунина, несмотря на реалистичность и горькую правдивость. Хотя, может быть, только из-за этого люблю.

К пониманию глубинной сути этой повести шла долго и поначалу безуспешно, с трудом соглашаясь, что так можно жить и никак иначе. Не верила, что нет иного пути, что кроме грязи, убожества, нищеты, первобытного существования и глухого нежелания неумения, безвыходности - нет без этого русской истории. Русского крестьянства. Русского пролетариата. Все через лапоть. Через щи да кашу (в лучшем случае) в обычном - хлеб с водицей.

Итак. Деревня Дурново.
Братья Красовы - Тихон и Кузьма. Разные они люди, словно не от одной мамки с отцом родились. Разные. Но сшибиться оба горазды.
Один – предприимчивый. Второй – романтик, писатель и фантазер. Нужно ли объяснять, что из каждого вышло.
Кузьма — изломанный жизнью неудачник, покинувший деревню, после долгих скитаний устроившийся конторщиком в городе, поэт-самоучка, свободное время отдает «саморазвитию... чтению то есть». Он родился в стране, имеющей более ста миллионов безграмотных. Кузьма и стихи писал в лавке, где служил.Читал Шиллера. Растравлял душу статьями Толстого, сатирами Щедрина. И думу думал о России. Россия – вся она одна единая деревня.
Тихон — хозяин, сумевший выкупить дурновское имение. Строгий, волевой, жесткий, властный человек, он «ястребом следил за каждой пядью земли».
Тихон Ильич начал попивать – и таки частенько, не допьяну, но до порядочной красноты лица. Однако это ничуть не мешало делам, да не мешало, по его словам, и здоровью .Водка кровь полирует.

В разговорах, в спорах братьев раскрываются взгляды на Россию, на ее перспективы. Братьев Красовых объединяет ощущение обреченности деревни, а следовательно, и обреченности России. Ведь Россия – вся Деревня. Тихон все же гордился, что человек русский. Кузьма не разделял его гордости: «Ты вот, вижу, гордишься, что ты русский, а я, брат, ох, далеко не славянофил! (...) не хвалитесь вы, за-ради Бога, что вы — русские. Дикий мы народ!» Потенциальное богатство — чернозем — остается лишь черной жирной грязью, а «избы — глиняные, маленькие, с навозными крышами», даже в богатых дворах — убожество: «грязь кругом по колено, на крыльце лежит свинья. Окошечки крохотные, и в жилой половине избы... темнота, вечная теснота…».
И темной тучей накрывает нас в деревне. Все - придавила. Выживем ли?

Твардовский так писал о Бунине
За всю долгую писательскую жизнь Бунина был только один период, когда внимание к нему вышло за пределы внутрилитературных толков, – при появлении в 1910 году его повести «Деревня». О «Деревне» писали много, как ни об одной из книг Бунина ни до, ни после этой повести.
Бунин только теперь обретает у нас того большого читателя, которого достоин его поистине редкостный дар, хотя идеи, проблемы и самый материал действительности, послуживший основой его стихов и прозы, уже принадлежат истории.

А Георгий Иванов предполагал, что время окончательной оценки творчества Бунина еще не пришло.
«Это наши дети, или даже внуки смогут определить настоящее место Бунина. Если они будут читать «Деревню», «Митину любовь», «Солнечный удар» с тем же наслаждением и волнением, что читали мы, значит, мы были правы, считая Бунина одним из крупнейших писателей нашего времени».

С каким же наслаждением я прочитала эту повесть!!!!
Совершенно неожиданно, - под завывание ветра за окном, под смачные пощечины ливня по стеклу, чьи-то непонятно-какие-то завывания. В сумерках. В тишине.

И дикая, грязная, ощетинившаяся бунинская Русь с потаенным ожиданием уюта, с колокольным перезвоном, ярмарочным шутовством…

И тесная толпа девок, мужиков возле казенного кабака.

• Это с какой радости?

«Он был рыжевато-рус, бородат и настолько выше, крупнее обыкновенных людей, что его можно было показывать. Он и сам чувствовал себя принадлежащим к какой-то иной породе, чем прочие люди, и отчасти так, как взрослый среди детей, держаться с которыми приходится, однако, на равной ноге.» «Здоров на редкость. Сложен отлично.» Имел совершенно здоровые, «чудесные молодые зубы». Носил с собой на поясе медный гребень и медную копаушку (комментатор Бабореко не поясняет, что это, стало быть, все должны знать). Он даже не курил, только нюхал табак, а в этом нет никакого вреда.

Не мог же Бунин не понимать, что он тут описывает былинного русского богатыря, кого-то вроде Святогора, который тоже ведь был больше других богатырей. Что-то вроде олицетворения России, российской мощи. И отчего умирает это чудо? Выпил на спор меньше, чем за час, четверть водки (это чуть больше трёх литров, обычному человеку, хоть и под закуску, доза смертельная), после чего добавил шагая по степи, ещё бутылку. Он даже не шатался на ходу, такой вот отменный вестибулярный аппарат у человека. И это в жару, не снимая полушубка и шапки! Именно так и пишет Бунин: «Зиму и лето не снимал он полушубка и шапки.» Это признак необыкновенно здорового организма с прекрасно настроенным метаболизмом, но никак не признак ума. А всего-то сорок лет мужику. Расцвет. «А всё-таки я пьян!» — думал он, чувствуя, как замирает и бьёт в голову сердце.» И с чего он это взял?! Вероятно, приходилось и раньше выпивать, и он называет опьянением ощущение повышенного давления. Других признаков опьянения природа ему в ощущениях не представила, он о них знает только из наблюдений за другими пьяницами. В рассказе он выпил не меньше 3,5 литров, и давление, судя по описанию работы его сердца и цвету лица было порядочно за 200. И сердце проиграло неравное сражение с переизбытком алкоголя в крови. Разорвалось.

А первопричина где? Бунин ничего не пишет об этом. Хотел человек «сделать что-нибудь из ряда вон выходящее», да ничего кроме спора на тему «выпьешь-не выпьешь» не подвернулось. Тут и вылезает на свет искомая первопричина — это не что иное, как глупость, дремучая дурь. Не это ли хотел сказать автор, выступая в роли «пророка в своём отечестве»? В смысле — что погибнет Русь от дури всенародной (в 1912 году запаха страшных перемен в российском воздухе уже трудно было не замечать)?

В комментарии (к тому 3 из белого шеститомника 1987 года) рассказ этот назван «благостным», и написано (автор комментария А. К. Бабореко, автор книги о Бунине, серия ЖЗЛ), что такое определение дал ему сам Иван Алексеевич*. Интересно, что он имел в виду? Какой смысл вкладывал в это понятие? Нормальный читатель, неплохо знакомый с предшествующей русской классикой, неужели подумает что-нибудь вроде — ну, да, разумеется, что же может быть благостнее — такую широкую, добрую душу на небо пригласили... А не подумает ли читатель, как, например, автор этой заметки, что это одно из самых трагических произведений русской литературы в короткой форме?

В комментарии Бабореко есть одно очень важное свидетельство.

Из письма В. Н. мужу 11 апреля 1912 года (из Москвы в Одессу): «Сейчас я получила вырезки из газет. Очень ругает тебя «Новое время». Кончается так: «От писаний наших венчанных лаврами изящных словесников становится не по себе». Это по поводу «Захара Воробьёва». Комментарий заканчивается следующей фразой — «Реакционная газета увидела в этом рассказе пасквиль на Россию.»

Получается, что моё мнение об этом рассказе в значительной степени совпало с мнением редакции «реакционной газеты». Просто они употребили более сильный и, на их взгляд, более точный термин — «пасквиль».

Горькому рассказ, наоборот, очень понравился — «это великолепно! Какие люди у нас бывают!» (из того же комментария — из письма Н. А. Пушешникова к Ю. А. Бунину**). Горькому был близок и понятен образ человека каким-либо образом насилующего собственное сердце.

Так не выдумал ли Бунин этого Захара Воробьёва?

В пользу такого предположения можно привести два сильных аргумента и один слабый. Первый из сильных — такой уникальный образец человека наверняка привлёк бы внимание цирковых менеджеров. Его соблазнили бы перспективой совершенно другой жизни, в которой были бы гастроли, в том числе зарубежные, жизнь в столице, большие деньги и, конечно, слава. С таким «медведем» не справился бы и сам Иван Поддубный. Прожить всю жизнь скромным крестьянином в глуши этот человек не смог бы, как говорится, просто по определению, потому, что этого не могло произойти никогда. А второй сильный аргумент это постоянно стоявшие в его глазах слёзы. Это остроумная находка Бунина, превращающая его героя в подобие ожившей слезоточивой иконы. Захар, а он и в самом деле добрый человек, как будто постоянно проливает слёзы при виде страданий окружающих его мелких людишек, слёзы и от жалости, и от бессилия — не может же он помочь всем.

Есть и ещё один довод (который слабый) — в письме к одному из своих друзей Бунин однажды признался, что он своих героев по большей части придумывал. Это весьма неожиданно было для меня, никогда бы такого о Бунине не подумал!

Всё это приводит в меня к заключению, что герой этого рассказа личность в реальности не существовавшая. Это фантдопущение нашего великого реалиста. С удовольствием ознакомился бы с доказательствами обратного.

*) Добавить к этому можно следующее. В открытке, отправленной друзьям 20 февраля 1912 года с о. Капри есть такие слова: [...] Живём по прежнему — в работе. Я написал ещё рассказ — развратный. [...]

Ниже примечание: За февраль, как сказано в дневнике В.Н., Бунин написал: «Игнат», «Захар Воробьёв».

(это из двухтомного издания «Устами Буниных. Дневники», Посев, 2005)

Понятно, что развратным назван рассказ «Игнат». О рассказе «Захар Воробьёв» — ничего.

В книге Бабореко «И. А. Бунин. Материалы для биографии» тоже ничего не удалось найти по поводу определения «благостный».

**) Н. Пушешников — племянник И. А. Бунина, переводчик с английского.

Ю. Бунин — старший брат писателя Юлий Алексеевич.

В этом произведении автор описывает жизнь одной из деревенских глубинок, под названием Дурновка. Само название этой деревни уже говорит о многом. Тихон Ильич и Кузьма, это главные персонажи в этом произведении. Это братья.

Книга эта длинная, автор со всей подробностью описывает житьё-бытьё жителей этой деревни, их мысли, страдания... Состоит это произведение из трёх частей. Читается не легко. Текст полон словами из прошлого века да и само описания такой жизни не вызывает ни какого позитива. И это делает рассказ ещё более реалистичным и правдивым. Особо выделенной сюжетной линии в этом произведении нет. Просто описывается жизнь такой, какой как она есть. Без прикрас, со всеми удручающими, и порой шокирующими, подробностями...




Нищета и безграмотность, невежество русских мужиков, бесправие женщин, тяжёлый изнуряющий крестьянский труд, чтобы добыть себе кусок хлеба-вот о чём пишет Иван Алексеевич Бунин...
Трудное было время для России, жестокое, смутное, никого не жалеющее... Но русский народ всё выдержал...

Жаль людей... у которых нет будущего и ни кто не может им помочь.

В этом произведении описывается жизнь двух братьев. А их жизнь, это нескончаемая рутина, тяжёлая работа, голод, холод, бесконечная нужда... Мысли о своей такой жизни не дают покоя, попытки хоть как то что то изменить не венчаются успехом...

Это произведение оставляет массу раздумий, это одно из самых сильных повествований о жизни русской деревни и её жителей. Автор раскрывает в своем рассказе все самые неприметные стороны человеческой души. Русская душа - загадка. Какие бы испытание не выпали на долю русского мужика он через всё пройдет, не победит его ни голод, ни холод, ни лишения...

Оцениваю я такой рассказ на "Пятёрку" и порекомендую к чтению.

О русской душе, о жизни...

Наверное, «Деревня» Бунина не столь популярна как «Легкое дыхание», цикл «Темные аллеи» и другие более лиричные, более изящные произведения. Написанная на Капри эта повесть понравилась Горькому, не любившему крестьянство.
Но не в критике мужиков здесь дело! Бунин писал о том уходившем мире, который пережив помещиков, тем не менее, сам оказался обречён. Тихон Ильич, жестокий делец, потомок рабов, купивший барскую Дурновку, не имеет детей и ему некому передать скопленные богатства. Его брат Кузьма – это русский скиталец, поэт-самоучка, не получивший признания, не свивший гнезда. Другие персонажи повести – бедные работники, задавленные нуждой, пьянством, собственным невежеством. Прекрасно, со знанием дела, описан быт крестьян.
Повесть написана гораздо жёстче «Суходола» и уж тем более «Антоновских яблок». Но в ней та страшная беспощадная правда, которой нельзя не поверить.

Как-то грустненько всё получилось.
Вот вроде у человека и достаток есть, и дом полная чаша, и какое никакое изобилие, но оставить это не кому.
А другой вроде и умный, и начитанный, а опять таки по душам не с кем поговорить.
Вечно вот у русских так, все через одно место идёт, отсюда и беда наша, водочка наш друг поэтому. Ох ты горе горькое.
А Авдотью то, Авдотью как жалко. Вот у кого в русской деревне доля то была не завидная, у бабы. Замуж за дебилушку выдадут, вот и мучайся с иродом постылым до самой смерти.

Мысли льются через край. Чего боимся и сторонимся, оно нас настегает неуловимой лавиной. А мы все думаем, размышляем, о чем-то мечтаем…. О чем? Для чего? Зачем? В чем смысл происходящего?
А время бежит… Дни сменяются днями и думаешь, к чему все это… Сегодня ждешь одно, радуешься случившемуся, а завтра – это уж предстает совсем в другом образе. Вспоминаю Александру Васильевну из «Чаши жизни» И.А. Бунина. Ее историю, впрочем, особо ничем не примечательную: жизнь провинциальной девушки, впоследствии супруги и вдовы. Прекрасное волшебное лето, которое обязательно бывает в жизни каждой девушки – и серость дальнейшей жизни. Три кавалера – и ни одного путевого. Ох уж этот выбор… Как его сделать и не ошибиться… О, как это сложно бывает. Тридцать лет прошло после того июльского вечера, когда Саня, дочь заштатного священника, сделала свой выбор в пользу губернского франта. Тридцать лет – много или мало? Кто знает… Но это уже что-то, чтобы сделать вывод о своей жизни. Вообще-то страшно вот так остановиться и оценить, что мы делаем, как живем и как проживаем драгоценное время, наполняем чашу жизни или расплескиваем, напиток в ней или яд…. С чем на выходе мы останемся, с чем столкнемся… Жизнь – штука сложная, многоходовая. Но иногда, как у Иорданского и Селихова – это не жизнь, а состязание друг перед другом в достижении известности, достатка и почета. А Александра Васильевна всегда мечтала о своем доме. Как это тяжело понимать, что жилья у тебя нет. Да, ты живешь в доме законной женой, но ты не знаешь, кому этот дом твой благоверный завещает и что будет потом с тобой…. Это действует на человека деструктивно, день за днем… И вот этот дом твой. Мечта сбылась. Но далее что?.. И так всегда. Встреча, расставание, и снова встреча, и вновь разлука… И сколько таких встреч и разлук. Спустя годы встреча всегда приносит особый привкус. Ведь так? И чаша жизни наполняется и переполнившись, когда-то опрокидывается…

Эта рецензия была написана под задание: жанр - "поток сознания".

В 1910 г. в Москве Иван Алекссевич Бунин окончил повесть "Деревня". По словам самого Бунина, в работе над "Деревней" он стремился выразить свой интерес к "душе русского человека в глубоком смысле", изобразить "черты психики славянина", ни больше, ни меньше.

Ну что ж. Если верить Бунину, русский мужик, ох, простите, человек, это какой-то безнадежный идиот, безалаберный лентяй, склонный к агрессии и алкоголизму, который веками сеет и пашет, но так и не достиг в этом ни толики успеха. Живет этот обладатель психики славянина в грязи, в грязи же и помирать ему. А революция эту грязь и бардак только множит, ведь какая у жителей Дурновки (да-да, место действия, которое представлена как такая средняя по стране деревня, называется именно так) может быть революция? Дурновская революция. Вот и живут дурновцы, мучаются. Хотя и не жалко их, дурновцы же. Да.

Бунину о русской деревне писать, как Франсиско Гойе рисовать картинки для младших школьников - будет только страх, ужас и полнейшее отчаяние.

Не буду отрицать, что жизнь в русской деревне начала ХХ века была убогой, нищей, люди жили немногим лучше скота. Но проблема в том, что Бунин не видит выхода, надежды на лучшее будущее. Не видит смысла давать "дурновцам" возможности что-то изменить. Не верит в русского человека. Вообще. Да и не достоин русский мужик лучшей жизни, природа у него такая.

Что тут скажешь? Иван Алексеевич благополучно укатил в Париж за Нобелевкой и уже оттуда элегантно поплевывал желчью в "душу русского человека в глубоком смысле".

P.S. Зато написано прекрасным русским языком, Бунин же.

Толстой еще говорил: "каждая несчастливая семья несчастна по-своему".

Антураж у нас деревенский, а несчастья сопровождают людей и бедных и богатых - несмотря на их положение в обществе.

У Бунина прекрасный язык - он делает упор на те слова и выражения, которые использовались в обычной русской деревне. Это не диалект, но самобытность.

Нищета и безграмотность, невежество русских мужиков, бесправие женщин, тяжёлый изнуряющий крестьянский труд, голод и изнуряющая работа - это часть нашей истории, от которой невозможность скрыться: она в нашем генетическом коде.

Повесть дает много возможностей для размышления, это одно из самых сильных повествований о жизни русской деревни и ее жителей. Бунин делится с нами самыми неприметными сторонами человеческой души. Русская душа - потемки, но какие бы испытание не выпали на долю русского мужика он через все пройдет, не победит его ни голод, ни холод, ни лишения...