Собрание сочинений в 5 томах. Том 4

Об этом произведении я наслышан была уже давно. И благодаря обсуждениям других людей, и, разумеется из сериала. Поэтому прочитать его - это был только вопрос времени. Во-первых, конечно, хочу сказать, что читать было трудно. Диалоги из коротких фраз с постоянно меняющимися персонажами сбивают с рифмы и темпа. Про себя читать - вообще не получается. Читала вслух. Во-вторых, будучи ранее свидетелем споров по поводу того, в ком из персонажей Есенин видел себя, чьими устами он говорит с нами, я разумеется об этом думала. И для меня сомнений нет, что это Номах. Очень многие фразы и словосочетания перекликаются к другими произведениями и знакомы до боли. В-третьих, возникает вопрос: на что он рассчитывал, когда это писал? На постановку? Ну нет же, невозможно. Ну кто бы такое разрешил показывать широким массам со сцены? Это было как минимум произведение в стол, как максимум - под расстрел. Читая, очень хорошо чувствуешь, в каком эмоционально тяжёлом, взбудораженном, разочарованном и отчаявшемся состоянии находился наш Сергей Александрович в то время. Вот поэтому, пожалуй, и не мог не излить на бумагу... Только Номах ушёл от преследования, а Есенин - нет. И в заключении скажу, что очень мне понравились его рассуждения об Америке и о России. Очень точные и очень актуальные по сей день. Да в конце концов не так много времени прошло, всего сто лет. Мир меняется, но фундаментальные вещи остаются прежними. К счастью или к сожалению - вопрос риторический.

Интересное произведение. Никакой есенинской лирики, много сарказма, гротеска, политической и социальной сатиры.

Это памятник крушению романтического идеала революции, а также хорошее напоминание, с чем можно остаться после разрушения старого мира.

Вот пример: написано про НЭП, а как актуально!

Места нет здесь мечтам и химерам,

Отшумела тех лет пора.

Все курьеры, курьеры, курьеры,

Маклера, маклера, маклера.

Грубые выражения, резкие разговорные  интонации, в которых поэт выражает пошлость и формализм окружающей действительности. Стиль поэмы - прямая отсылка и противопоставление громогласной поэзии Маяковского. Его ритм чувствуется во всем произведении.

Подождите! Лишь только клизму

Мы поставим стальную стране,

Вот тогда и конец бандитизму,

Вот тогда и конец резне.

Отдельная тема - "Говорящие фамилии" - это калейдоскоп социальных архетипов эпохи, клад для литературоведов.

"Чекистов" - образ советского репрессивного аппарата.

"Номах" - отсылка к анархизму Махно.

"Рассветов" -  образ новой власти и светлой идеологии.

"Замарашкин" - одетый в новую реальность, но морально запятнанный.

"Лобок" - вроде образ узкого мышления, уменьшительное от "Лоб", но как уничижительно звучит простая семантика слова.

"Кабатчица" - символ бывшего мелкобуржуазного мира.

Да, родимые, да, сердешные!

Это не жизнь, а сплошное безобразие.

Я ведь тоже была

Дворянка здешняя

И училась в первой

Городской гимназии.

И в конце концов посреди этих карикатурных образов поэт обличает себя за идеализм.

Когда брал читать эту поэму, я держал в уме, что, по некоторым данным, Сергей Александрович поплатился за её написание жизнью и что прототипом комиссара Чекистова является Яков Блюмкин, которому в последние годы несколько карму подправили и немножечко обелили. А уже сегодня, когда стал смотреть рецензии других читателей, набрел на рецензию AndrejGorovenko («Странный и смешной вы народ!»), где говорится, что другой персонаж этой поэмы бандит Номах это никто иной как Нестор Махно, просто слоги Сергей Александрович переставил. И тогда можно такое предположить, что и Нестора Махно он знал лично. AndrejGorovenko считает, что Есенин придал ему свои черты. Я же придерживаюсь другого мнения. Конечно, прослеживается некая симпатия автора к этому персонажу, но мне кажется, что тут он себе выделил более скромную роль - красноармейца Замарашкина. Но скромная эта роль только на первый взгляд. А если копать глубже, то Замарашкин это весь наш добрый народ, включая и самого Есенина. Народ не может оказать более решительный отпор бандиту, потому что связывает их дружба, пусть даже и былая, а не может Замарашкин сдать его куда следует. Комиссар, приехавший из Америки, по фамилии Рассветов, предлагающий не хватать одного только Номаха, а устроить большую чистку, этот персонаж лично мне напомнил Троцкого. Если это так, то пожалуй можно отбросить версию убийства поэта по заданию Блюмкина или Махно, а присмотреться к версии, в которой заказчиком выступает уже сам Троцкий. Надо отметить, очень точно этот самый Рассветов описывает особенности американской политики. А также стоит зафиксировать качественный троллинг представителей белого движения, которые ничего и не делают кроме как бухают и просят хозяйку поставить пластинку с вальсом «Невозвратное время». А еще мне Номах напомнил персонажа Михалкова в фильме «Свой среди чужих, чужой среди своих», такой кажущийся до поры неким благородным разбойником. Есенин выделяет, что лично Номах бандит, а его подельники это уже повстанцы. Все прочие персонажи, имеющие фамилии, наверняка тоже имеют своих прототипов, реальных революционных деятелей. Слишком смелая поэма, за нее, наверное, и убили этого гения...