Гавен

«Многообещающими прозвучали слова из манифеста конгресса против войны, где говорилось о возможности превращения империалистической войны в войну гражданскую.»

«Меньшевики повторяли утверждения Мартова, что конфискации, как и экспроприации, разлагали партизан и боевиков. Гавена это возмущало: он не знал таких случаев.»

Из партийной характеристики члена большевистской партии боевиков Яна Эрнестовича Даумана (кличка Юрий Гавен): родился 18 марта 1884 года, характер нордический (латыш). Способен на хладнокровное убийство. Беспощаден к врагам. Хорошо проявлял себя при организации боевых дружин и добыче оружия. Готов идти до конца. С целью освобождения своих друзей по банде, организовал вооруженное нападение на тюрьму и перебил 15 охранников. Профессиональный провокатор. После амнистии не одумался, а сразу принял участие в совещании 1500 сельских представителей, созванном ЦК ЛСДРП в Риге в доме «латышского общества». Подбивает людей на вредительскую деятельность по селам. Под его руководством было сожжено и разгромлено 459 помещичьих имений, около половины всех имений во многих уездах Лифляндии и Курляндии. Уничтожено более половины всех имений в крае. Убыток и урон, понесенные помещиками, оценивались почти в 10 миллионов золотых рублей. Умело спровоцировал ответные карательные действия со стороны властей. Благодаря чему Дауман добился своей цели: народ начал вливаться в его банду «лесные братья». «Многие селения обстреливала артиллерия. Были сожжены 300 крестьянских хуторов, от зверств карателей пострадало более 10 тысяч человек. Люди уходили в леса, где появились вооруженные отряды, названные в народе «Лесными братьями».» Бросил клич: «Пусть грянет огонь по врагу из-за каждого куста!» В опубликованном «Уставе „Лесных братьев“» и в «Извещении о целях движения „Лесных братьев“», распространявшихся в десятках тысяч экземпляров, население призывалось к неподчинению властям, к бойкоту помещиков и кулаков. Устав запретил батракам наниматься на место уволенных за бандитизм людей. Принуждал к закрытию церквей. Для содержания своих людей Дауман предложил собирать добровольные взносы с населения и конфисковать имущество предателей. Любит животных, запрещает разрушать муравейники. Справка: «По донесению генерал-губернатора в департамент полиции с апреля до осени «братья» совершили 211 убийств и покушений, 57 поджогов имений, 372 нападения на волостные управления, почту, казенные учреждения, повреждения телефонных и телеграфных линий, разрушения железнодорожного полотна и крушения поездов, около 500 экспроприации.» Очень дисциплинирован. Когда в 1907 году большевики приказали распустить банды и отправляться в Лондон за инструкциями, незамедлительно все исполнил. В Лондоне прошел обряд посвящения, исповедался Ленину и прослушал проповедь о подготовке и благе вооруженного восстания в России. Причастился жевательным табаком и поклялся в верности партии, положив руку на статью Ленина «в «Пролетарии» о партизанской войне, как «неизбежной форме» вооруженной борьбы.» Совместно с другими апостолами будущего переворота совершил хадж к могиле Карла Маркса на Хайгетском кладбище, а также отбил сорок поклонов на пороге Уокингского крематория, где были сожжены останки Фридриха Энгельса. Совершил молитву в неизвестной англиканской церкви. Молитва Гавена (его новое имя после крещения) была услышана. Правительство России начало уничтожать судебную систему, увольнять судей по причине того, что многие из них выносили «недостаточно жесткие приговоры политическим подсудимым.» Прикрываясь набожностью, ввел в среду уголовников учение Льва Толстого и призывал к самоубийству в качестве протеста против власти. Вероятно, был достаточно умен, чтобы выдавать убийства за самоубийства. Справка: за пять лет, с 1903 по 1907 год, в российских тюрьмах покончили с собою двести политических, а за 1908 год — сто двадцать, за 1909 год — сто сорок два, за 1910 год — сто сорок пять. В 1907 году в Рижском централе повесился Иогансон; в 1908 году покончил самоубийством приговоренный к смерти Освальд Нейланд, которого повесили уже мертвого. Хорошо использует в своих пропагандистских целях самоубийство четы Лафаргов, дочери Карла Маркса и ее мужа. Смерть Лафаргов бросает новый лозунг в массы: «человек в семьдесят лет становится обузой для общества». Членам своей секты Гавен пересказывает речь Ленина, которую тот толкнул на похоронах. Самоубийства в знак протеста против телесного наказания политических воспринимаются узниками как героическое сопротивление тюремщикам и как бесстрашная защита человеческого достоинства революционера. «Начавшаяся летом 1912 года новая вспышка самоубийств в разных каторжных тюрьмах довела политических в вологодской каторге до крайнего напряжения.» Тем сектантам-революционерам, которые не решились на самоубийство, Гавен описал прелести гражданской войны, которая и являлась целью настоящих революционеров. Начинает призывать за братание солдат с немцами. В этом ему помогает смотрящий по восточным тюрьмам, некто Максим Горький, который собирает деньги на открытие церкви имени св. Ленина. «Резко выступая против травли Ленина и большевиков за их призывы к братанию с немецкими солдатами на фронтах империалистической войны, Горький утверждал, что на Ленина и большевиков за это молиться следует, ибо делают они великое и святое дело.» Церковь Ленина предает анафеме Черноморский флот, аки творение рук дьявольских. Гавен направляется в Севастополь. А большевиков там было очень мало. Ведь церковь еще не построили. Гавену пришлось изучить искусство убеждения масс при помощи маузера. «В Севастополе же организация большевиков существовала с мая 1917 года и насчитывала человек триста. Меньшевиков было более пяти тысяч, эсеров — около тридцати тысяч. В Симферополе было меньше ста большевиков. Примерно такое же соотношение сил сложилось во всей губернии. Из двадцати пяти членов исполкома только трое были большевиками.» Товарищ Гавен проявил завидную решимость при наказании отступников, осмелившихся назвать революцию переворотом. «…неожиданно прозвучало постановление Евпаторийского комитета большевиков: «Считать Октябрьский переворот в Петрограде несвоевременным, так как большевики, не имея большинства в рабочем классе, едва ли сумеют удержать власть в своих руках». Неразобравшиеся евпаторийские комитетчики назвали «переворотом» величайшую в истории революцию. Гавен и Миллер добились немедленной отмены вредного и ошибочного постановления. Они помогли евпаторийским большевикам быстро выправить положение, и уже 5 ноября там был избран новый комитет и выдвинуты новые депутаты в Совет.» Гавен предложил впервые применить способ психологического воздействия на массы, заимствованный у православной церкви. Им был организован перенос мощей, а точнее останков красногвардейцев, погибших в боях с войсками генерала Корнилова. «Встреча останков героически павших черноморцев вызвала большое возбуждение матросов, солдат и рабочих» Для большего эффекта возле Бахчисарая убили 700 офицеров флота. Гавен любил детей. И не любил буржуазию, которая не хотела делиться своими доходами. «23 января 1918 года Севастопольский ревком обложил местных капиталистов единовременной «контрибуцией» в 10 миллионов рублей, которую предлагалось внести в кассу ревкома в течение 48 часов. В Симферополе обложили буржуазию такой же суммой, в Ялте — 20 миллионами, в Феодосии и Евпатории — по 5 миллионов.» Потом Гавен решительно собирает хлеб и поездами отправляет в Питер. Не брезгует и другими продуктами. Справка: за февраль — апрель из Крыма на север России ушло более трех с половиной миллионов пудов зерна, много консервов, фруктов, сыра и прочих продуктов. В середине марта натравленная контрреволюционерами толпа растерзала на рыночной площади городского комиссара продовольствия Наума Глазова. Вместе с ним был зверски убит его сын, организатор городского Союза рабочей молодежи, пытавшийся защитить отца. Гавен быстро ориентируется и берет заложников. К этому времени большевики уже внедрили своих представителей на большинство кораблей Черноморского флота. Совнарком предложил часть судов увести в Новороссийск, а остальные суда уничтожить вместе с запасами и имуществом. Но корабли уничтожили не сразу. Ленину пришлось несколько раз дублировать телеграмму: «ввиду безвыходности положения, доказанной высшими военными авторитетами, флот уничтожить немедленно» После того, как были уничтожены суда в Севастополе, святые отцы взялись за корабли в Новороссийске. «В директиве Совнаркома командующему Черноморским флотом 28 мая 1918 года было сказано: «Ввиду явных намерений Германии захватить суда Черноморского флота, находящиеся в Новороссийске, и невозможности обеспечить Новороссийск с сухого пути или перевода в другой порт, Совет Народных Комиссаров по представлению Высшего Военного Совета приказывает Вам с получением сего уничтожить все суда Черноморского флота… находящиеся в Новороссийске» Гавен зарекомендовал себя ответственным членом банды. «Ко времени его первого прибытия в Севастополь там числилось до ста кораблей и тысяч сорок моряков.» Большевики уничтожили это и доказали, что их религия по уровню разрушения в разы превышает стихию. Товарищ Гавен имеет еще огромное количество заслуг перед смотрителями за общаком: Он провел замечательную работу против бездельников и тунеядцев, ввел в общество лозунг «кто не работает, то не ест!», провел акцию «забери всю соль у Украины». Воровской сбор постановил рекомендовать Гавена на пост председателя ЦИК Крымской АССР. Он разрабатывает и принимает новый земельный закон и доводит республику до голода. Для борьбы с голодом Гавен начинает не добровольный сбор средств среди крымчан в пользу голодающих. «Вскоре Гавен подписал «Инструкцию по сбору ценностей в фонд борьбы с голодом» и закон об обязательном обложении всех граждан особым налогом в пользу голодающих.» Но голод не могли остановить. Пришлось просить помощи у иностранных империалистов. В Крым были запущены двенадцать иностранных миссий помощи голодающим. Кроме АРА и американских квакеров, действовали миссии еврейского «Джойнта», международного общества помощи голодающим в России «Верельф», миссии папы римского и Фритьофа Нансена. Помощь оказывалась взамен на церковные ценности. «В связи с изъятием церковных реликвий духовенство повело исступленную антисоветскую кампанию. В борьбу против контрреволюционных церковников и на розыски спрятанных ценностей привлечены были массы трудящихся, а также известные в Крыму сторонники «живой церкви» — обновленцы, протоиерей Эндека, председатель церковного совета Львов и другие.» Теперь в Крым нужно было ввезти то, что вывезли из него не так давно. «Надо было завезти в Крым не менее трех миллионов пудов хлебного зерна, столько же овса и не менее двадцати миллионов пудов сена для спасения поголовья скота.» А ведь на дворе был уже 1923 год, шел пятый год «торжества народной власти». В 1925 году Гавен, чтобы отвлечь народ от бедствий послереволюционной жизни, начинает ряд судебных процессов над царскими провокаторами. В провокаторы записывают всех не принимающих нововведения большевиков. Для своих бывших подельников Гавен учреждает официальный пенсионный фонд. «Гавена избрали в состав правления кассы взаимопомощи. Многие из бывших политкаторжан остро нуждались в материальной помощи и в устройстве быта. Гавен был одним из авторов устава этой кассы.» В качестве благодарности воровская сходка назначает Гавена смотрящим Госплана. «Кржижановский назначил Гавена заведующим (председателем) сельскохозяйственной секции Госплана.» С 1931 года Юрий Гавен почти два года работал в Германии в должности директора советской нефтеторговой фирмы «ДЕРОП». В награду за его преступную неуловимость и хладнокровие убийцы, коммунист Гавен удостоился звания человек «замечательный» и его биография попала на полку серии ЖЗЛ, которую почти никто не читает. Ведь, как говорит один завсегдатай одного книжного ресурса, «историю нужно уважать, а не читать…» Аминь!