Повести покойного Ивана Петровича Белкина

Ведь вот скажу я вам, случается же так, что живешь, а не знаешь, что под боком там у тебя книжка есть, где вся-то жизнь твоя, как по пальцам, разложена. Да и что самому прежде невдогад было, так вот здесь, как начнешь читать в такой книжке, так сам все помаленьку и припомнишь, и разыщешь, и разгадаешь. И, наконец, вот отчего еще я полюбил эту книжку: иное творение, какое там ни есть, читаешь-читаешь, иной раз хоть тресни – так хитро, что как будто бы его и не понимаешь. Я, например, – я туп, я от природы моей туп, так я не могу слишком важных сочинений читать; а это читаешь – словно сам написал, точно это, примерно говоря, мое собственное сердце, какое уж оно там ни есть, взял его, людям выворотил изнанкой, да и описал все подробно – вот как! Да и дело-то простое, бог мой; да чего! право, и я так же бы написал; отчего же бы и не написал? Ведь я то же самое чувствую, вот совершенно так, как и в книжке, да я и сам в таких же положениях подчас находился, как, примерно сказать, этот Самсон-то Вырин, бедняга. Да и сколько между нами-то ходит Самсонов Выриных, таких же горемык сердечных! И как ловко описано все! Меня чуть слезы не прошибли, когда я прочел, что он спился, грешный, так, что память потерял, горьким сделался и спит себе целый день под овчинным тулупом, да горе пуншиком захлебывает, да плачет жалостно, грязной полою глаза утирая, когда вспоминает о заблудшей овечке своей, об дочке Дуняше! Нет, это натурально! Вы прочтите-ка; это натурально! это живет! Я сам это видал, – это вот все около меня живет; вот хоть бы и наш бедный чиновник, – ведь он, может быть, такой же Самсон Вырин, только у него другая фамилия, Горшков. Дело-то оно общее и над вами и надо мной может случиться. И граф, что на Невском или на набережной живет, и он будет то же самое, так только казаться будет другим, потому что у них все по-своему, по высшему тону, но и он будет то же самое, все может случиться, и со мною то же самое может случиться.

Макар Девушкин, персонаж романа Достоевского «Бедные люди». 1 июля 184(4) года.

P.S. Еще рецензии, написанные литературными персонажами:

Дерсу Узала. «Сказка о рыбаке и рыбке».

Я заметила, что у меня есть две темы, которые особо рвут душу, - в книгах, в фильмах, в жизни.
Темы эти - дети и пожилые/старые родители.
Вот прямо до спазма в горле, до слез.

Нужно ли пояснять после этого, что "Станционного смотрителя" я могу читать только, фигурально выражаясь, с носовым платком?!
Просто невыносимо жалко Самсона Вырина.
И так-то положение его незавидное - и как только удавалось сохранять человеческое лицо в не всегда человеческих условиях!
А тут - такой плевок в душу, такой удар под дых, такой нож в спину. (Не из любви к штампам пишу это перечисление, а из желания как можно более емко сформулировать мое восприятие того, что произошло с главным героем). И от кого? От любимого дитя! Да еще и от человека, завоевавшего доверие пожилого человека, пригревшегося змеей в его уютном домике.

И опять не перестаю восхищаться точностью/глубиной языка наших классиков. Что ни слово, что ни деталь - попадание в яблочко!
Эпизоды, подобные этому: «…Долго стоял он неподвижно, наконец увидел за обшлагом своего рукава свёрток бумаг; он вынул их и развернул несколько пяти и десятирублёвых смятых ассигнаций. Слёзы опять навернулись на глазах его, слёзы негодования! Он сжал бумажки в комок, бросил их наземь, притоптал каблуком и пошёл… Отошел несколько шагов, он остановился, подумал… и воротился… но ассигнаций уже не было» - могут заменить пособия по психологии. Насколько тонко и при этом достоверно преподносится нам то, что обычно закрыто от глаз людских, - уголки души человеческой. А конкретно тут - души "маленького человека", которая в образах самсонов выриных и акакиев акакиевичей не позволяет нам "зажираться и тупеть", я имею в виду, "тупеть" духовно и душевно.

Спасибо, друг Пушкин, за то, что ты "чувства добрые лирой пробуждал". А то ведь так в суете про многое забыть можно....

Произведение настолько известное, что отзыв могу себе позволить озаглавить, как не позволил себе Пушкин, ибо спойлер был бы ещё тот.
Повесть уже разобрали на молекулы, так что собрать обратно можно уже во что угодно. Перечитав её в очередной раз и почитав отзывы на LiveLib, решил написать тоже. Прошу считать сей труд скромной компиляцией. Ибо не все, кто дружат с книгами, дружат с историей. А если произведению почти 200 лет, то без истории не обойтись.
Из Петербурга в своё время Пушкина высылал Александр I. Императору он не давал покоя, и разделял многие настроения будущих декабристов, вращаясь в их кругах. Как и декабристы, он считал, что Екатерина II – немецкая самозванка на российском троне, и настоящие Романовы были так или иначе уничтожены ею. А «Романовы» у престола – просто немцы. А кто у нас обрусевший немец в повести? Правильно – главный герой, по фамилии Германн. С двумя «н», чтоб было понятно наверняка.
Кроме того, в 1826 он получил доступ в российские архивы для написания истории Петра I и пугачёвского восстания, т.е. имел также представление обо всех дворцовых переворотах XVIII века. Неизвестно, знали ли декабристы о письме Екатерины II своему сыну Павлу, ставившем легитимность наследования российского престола Павлом под сомнение.
Повесть задумана и начата в 1828, а закончена в 1833 г., уже в значительно изменённом виде.
Оговорюсь сразу, не будем рассматривать нумерологический аспект её, на эту тему в интернете есть много интересного (и не очень).
В гадательном смысле пиковая дама действительно не несёт в себе ничего хорошего вопрошающему, но в повести погадать есть над чем. Гадать начнём с эпиграфа первой части. Поиграем в любимую игру учителей литературы: «что хотел сказать автор».

Эпиграф почти в этом же виде присутствует и в первой версии повести (скорее не версия, а набросок начала). Написан он (набросок) в 1828 г, а начинается словами «года четыре назад…». А в 1824 г. Рылеевым была написана такая «песенка», знаменитая в декабристских кругах:

Речь идёт об убийстве Петра III его женой Екатериной II.
Повесть ещё и не началась, а люди знающие уже настроены на нужный лад и понимают куда смотреть. Вкупе с эпиграфом ко всей повести про тайную недоброжелательность, у современников не могло не появиться соответствующих ассоциаций. К моменту издания повести, расстрелу на Сенатской площади всего 9 лет.
Пройтись по этой теме можно было только очень тонко. Но не пройтись Пушкин не мог.
Молодые игроки собираются у Нарумова. Называются четверо.
Конногвардеец Нарумов. Конногвардейцы были под шефством великого князя Константина, одними из первых атаковали декабристов на сенатской площади.
Военный инженер Германн. Военный инженеры были под шефством императора Николая I (до того, как он стал императором). Он сам военный инженер, ведь изначально его не готовили на престол.
Томский – внук графини. Павел Александрович. Подсказка. Александр I Павлович.
Сурин – Михаил Павлович не только методом исключения. Он младший брат – (играет мирандолем). Артиллерист. Участник подавления восстания декабристов (в том числе и артиллерией).
Дважды (в главах I и II), Пушкин повторяет фразу Германна:

Да ещё курсивом выделяет, как и руте. Излишнее лишнее в самом своём корне. И тогда жертвовать ради этого чем-то необходимым – безумие.
Повесть постоянно отсылает читателя в XVIII век. Графиня же оттуда.
Есть мнение, что она олицетворяет собой старую Россию.
Под фигурой Германна нет какого-то конкретного человека, это скорее собирательный образ обрусевшего немца, как будет видно в дальнейшем.
Для придания реальности истории, рассказанной Томским, автор использует реальных исторических личностей: герцог Орлеанский, Зорич и граф Сен-Жермен.
Характеристика Сен-Жермена сейчас формируется отношением к нему советских пушкинистов и их последователей. Появление личности этой в повести склонен я отнести к стремлению Пушкина объяснить появление тайны трёх карт у графини. Сама эта фигура, будучи многократно оболганной в Европе, описана у Блаватской и Рериха, но это совсем другая история.
Подкинем дров в огонь вашего аналитического ума (я надеюсь). Граф Сен-Жермен приезжал в Россию, назывался здесь Салтыковым и принимал участие в дворцовом перевороте. Его «однофамилец» был любовником Екатерины II. Тем самым Салтыковым, которого подозревали в отцовстве Павла I.
Зерно будущей трагедии посажено в плодородную почву.
Лиза изначально была Шарлоттой (это имя жены Николая I). Впрочем, Шарлотта была Луизой, а у Пушкина Лиза нигде не названа Елизаветой. Есть её важная характеристика: по-немецки «не умела»! Томский обращается к ней по-французски. Поэтому можно смело отбросить желание увидеть в Лизе кого-либо с немецкими корнями. Скорее это зеркальное отображение графини и олицетворение России молодой, пока что она под «гнётом» старой, а автор всё время использует эпитет «свежая» по отношению к ней, даже в эпиграфе.
Диалог о романах весьма примечателен. На первый взгляд – ирония по поводу «неистовой словесности», популярного тогда романтического реализма с уклоном в реализм. Но Пушкин – историограф, ему была заказана история Петра I, поэтому весь диалог легко читается как о Романовых с русскими корнями.

Автор считает, что русских Романовых нет.

К вопросу об утопленниках. Во время подавления восстания декабристов погибло много людей. Император приказал очистить улицы от тел за ночь. Известно, что трупы скидывали тут же в проруби Невы и не только трупы, но и раненных.
Германн всё более одержим, одна мысль стать любовником графини (ей 87 лет) чего стоит.

Расчёт, умеренность и трудолюбие (РУТе), и появляются тройка и семёрка. Одержимость лёгкими деньгами приводит его к дому графини.

Эта характеристика имеет важное значение, как будет разъяснено позже.
Автор строго указывает временные интервалы, подчиняя произведение игре. На третий день после игры у Нарумова, Германн делает ставку: начинает «ухаживать» за Лизой, чтобы подобраться к графине. Лиза явно отвечает. Участь его решена, ибо вступивший в игру уже просто так из неё не выбирается.
На седьмой день после он передаёт Лизе первое письмо.

Маленький нюанс с немецким «романом» опять шпилька Николаю I.
Пушкин акцентирует, что Германн в полночь совершает окончательный выбор между Лизой (любовь и молодая Россия) и графиней (деньги и старая Россия).

По аналогии с игрой Штосс, Германн выбирает право, т.е. проигрыш для того, кто понтирует.
Разговор Германна с графиней – это заключение договора с дьяволом, он согласен продать душу.
Эпиграф к главе IV

представляет собой комбинацию двух фраз у Дидро: «sans moeurs et sans sense» и «à leurs moeurs et à leur religion». Роман Дидро отражает именно мир французской культуры XVIII века. Общество, в котором провела юность старая графиня. Этот мир азартных игр и сексуальных интриг, излишеств и прелюбодеяний. Пристрастие дворянок к азартным играм конкретно упоминается у Дидро.

Этот отрывок соответствует тексту Пушкина, в котором намекается, что молодая графиня, чтобы вернуть карточный долг герцогу Орлеанскому, переспала с Сен-Жерменом в обмен на его «тайну». И опять же можно вспомнить связь Сен-Жермен-Салтыков и графиня-Екатерина II.
В ту же ночь, когда графиня отходит в мир иной, ветреный Томский вновь даёт точную характеристику Германну.

И автор повторяет курсивом! Дважды в одной главе Пушкин указывает устами разных людей на сходство Германна с Наполеоном. Принято считать, что у Пушкина это символ бездушности. Однако вспомним начало повести. То, что неочевидно для нас, было вполне очевидно для автора и его круга общения. Был человек, хорошо известный тогда в свете, лично знакомый с Пушкиным, современники которого замечали его сходство с Наполеоном, и у которого, в отличие от Наполеона, были чёрные глаза, и который, наконец, был обрусевшим немцем!
Это один из пяти казнённых декабристов, руководитель «Южного общества», больше других ратовавших за физическое устранение императора, арестованный до восстания на Сенатской площади и последовательно «вломивший» после него многих участников заговора Павел Пестель.
По поводу трёх злодейств существует устоявшаяся «троица», которую я склонен подправить (простите, учителя литературы :)). Два из них очевидны: смерть графини и предательство Лизы. Но третье злодейство для меня – это неисполнение последней воли умершей. Настолько важной воли, что она искупала смерть графини – женитьба на Лизе.
Покидая дом графини, Германн думает, что 60 лет назад какой-нибудь молодой с любимой треуголкой пробирался на свидание. Это и укол царской семьи, что Екатерина гуляла направо и налево, и выпад лично против Николая I. Его окружению было хорошо известно о любимой треуголке, которую он носил постоянно, и о похождениях Николая по … дамам.
Наваждения начинаются уже на похоронах графини. Эпизод на отпевании с камергером и английским послом – намёк на незаконное пребывание Николая I на престоле.
Далее автор предоставляет читателю определить природу происходящих событий. Одержимость Германна тайной графини, обильные возлияния могли стать причиной очередного наваждения.
Графиня является к нему «не по своей воле» уже после смерти. А скорее всего, является даже не она, а тот, кому договор интереснее. Дьявол, в которого главный герой не верит, готов заключить сделку. Но сделки с ним никогда не бывают честными.

Договор заключён.
В момент, когда Германн решает с помощью Лизы проникнуть в дом графини, его честь потеряна. С момента «назначения» трёх карт потерян и разум.
Несмотря на распространённость иной версии, считаю прототипом «славного» Чекалинского Кашталинского. Кашталинский в своё время прославился карточной удачей и нажил на этом состояние.

Выпавший всё-таки налево туз Германну, как известно, не помог, потому что выбрал он не ту даму. Да ещё и сам же её убил.

Жизнь-игра пошла своим чередом.
В последней главе Пушкин в третий раз употребляет срок в 60 лет, на этот раз обозначая возраст Чекалинского. Если вспомнить предыдущие два, получится презабавный анекдот.
В заключение можно отметить, что Лиза непрямым путём стала наследницей графини, только избранником её стал не обрусевший немец и не ветренный Томский (Поль женился на Полине, ха).
Хоть и не получилось без общих мест, надеюсь этот отзыв хоть кому-то из читателей «Пиковой дамы» помог увидеть что-то новое в «старом скучном рассказе про карты».

"В журналах звали его поэтом, а в лакейских сочинителем".

Александр Сергеевич Пушкин всегда восседал на первом месте в сонме великих русских поэтов.
Мне этого было достаточно. У меня не возникало желания узнать его переживания, мысли, терзания. Как будто талант затмевал собою просто человека.
Именно эта небольшая зарисовка "поэт и импровизатор" раскрывает отношение Пушкина к поэзии, таланту, мнению масс...

Молодой петербуржец Чарский, казалось бы, должен быть своею жизнью полностью доволен: и служба его не обременяет, и порядочное имение по наследству досталось, и семейными заботами не отягощен. Но он поэт. Он живёт и радуется только тогда, когда может писать. Да только талант свой молодой человек всячески скрывает. Он избегает всех литераторов, но готов общаться с самыми пустыми людьми, представляя себя то "страстным охотником до лошадей, то отчаянным игроком, то самым тонким гастрономом (хотя никак не мог различить горской породы от арабской, никогда не помнил козырей и втайне предпочитал печеный картофель всевозможным изобретениям французской кухни").
Именно на этом месте я задумалась о самом Александре Сергеевиче, всегда ли было ему приятно отношение публики, часто запанибратское, или в рассуждения Чарского о роли поэта в обществе он вкладывает свои собственные мысли.

У таланта есть и другая сторона - финансовая. Если Чарский может писать стихи, закрывшись в кабинете и никого не принимая, то бедный итальянец-импровизатор должен жить (питаться, одеваться, снимать комнату) за счёт своего умения не просто писать стихи, но импровизировать на любую заданную тему. Первому неприятна материальная заинтересованность второго.

Слышала разные мнения о "Египетских ночах", многие считают, что оно не закончено Пушкиным, кто-то уверен, что такая лаконичность темы задумана.
Так как это моя личная рецензия, то я выскажу лишь своё личное же и мнение. По раскрытию положения поэта в обществе сказано ёмко и определённо. Но есть ещё название ""Египетские ночи". Есть вечер, за который публика заплатила по 10 рублей. Есть тема - одна из нескольких. Да вот они, не так их и много, чтобы выступающий мог уделить внимание каждой:
Семейство Ченчи.
Последний день Помпеи.
Клеопатра и ее любовники.
Весна, видимая из темницы.
Триумф Тассо.
Но импровизатор путём жребия выбирает одну. Для меня это означает вступление к более объёмному произведению. Кстати, в сноске приведён отрывок, который может служить частью стихотворения о Клеопатре.

Совсем короткое произведение, которое читается буквально за час.
При этом смысл произведения достаточно глубок и поучителен.

Главный герой вначале произведения не участвует в карточных играх как непосредственный участник, но, тем не менее, постоянно наблюдает за всем крайне заинтересовано.

Узнав о легенде тайны, которая обогатила старую даму, Герман становится одержим идеей узнать секрет и ищет любой способ для этого.

Краткая любовная линия между дочерью хранительницы тайны и Германом неожиданно разбивается в пух и прах в момент истины.
Трагедия случившегося оставляет отпечаток на главном герои, но сильными угрызениями совести он всё же не обеспокоен.

Поэтому при странных обстоятельствах всё же получив нужную информацию сразу же спешит ею воспользоваться.

Хотя сам герой и верит в себя

Тут к месту больше подходят известные поговорки:

Книга интересная, но выше 3,5 не могу поставить из-за слишком , на мой взгляд, простоты сюжета, слишком сумбурных переходов и недостаточного раскрытия всех персонажей.

- Тройка, семёрка, туз, тройка, семёрка, туз - так твердил себе бедняга Германн, после явления ему покойной Графини.

Злую шутку сыграла с ним рассказанная Томским история. А ведь Германн даже в карты не играл. Был довольно расчётливым и бережливым человеком. Ясно представлял себе риск проигрыша. Не был подвержен азарту, хотя и всегда наблюдал за игрой. Может и жил в нём игрок, да только не было таких денег, чтобы позволить себе рисковать.

Изменения с Германном начали происходить в то время, когда он стал приходить к дому графини. Стоял он под окном Елизаветы, и та невольно влюбилась в него. Была и переписка, в которой Германн признавался ей в любви. Непреодолимая тяга к тайне графине. Жажда узнать заветную комбинацию и стать обладателем несметных богатств. Вот что двигало алчной натурой Германна. Далеко не светлое чувство руководило его действиями. Страсть к деньгам, до того дремавшая в тёмном углу его сознания, помутила его рассудок и привела к печальным последствиям. А может и покойная графиня так покарала любителя доставать старушек.

Когда мой муж сказал в очередной раз, что "а Германа все нет", меня стрельнуло, что я хорошо знаю, откуда эта цитата и в каких случаях применима, но вот само произведение я до сих пор так и не прочитала. Стыдно. Исправляюсь.

Что я могу сказать. Пушкин - это Пушкин. Это прекраснейший литературнейший язык, недаром же вот уже 200 лет его читают, и им зачитываются. Я тоже зачиталась, хотя сюжет повести несколько мистический, а я такое не люблю. Но зато я люблю ярких персонажей, а тут их вдоволь. Как сам Герман, поначалу незначительный инженер, а после одержимый картежник, так и дева Лизонька, мечтающая о женихе, красивом, настоящем, так и эксцентричная старуха-графиня (интересно, многие ли графини вели себя в пожилом возрасте вот так? это зависит от возраста? или просто от характера? в молодости труднее третировать окружающих?)

Ярка и картина погружения в одержимость. Я вообще люблю эту тему, правда, в несколько другом варианте: одержимость целью или качеством. Как в современном исполнении (обожаю фильм с одноименным названием), так и в любом другом (у Набокова есть Владимир Набоков - Защита Лужина ). Мне это близко, я сама люблю погружаться в идею и доводить ее до совершенства, другим, наверное, я кажусь вот этакой, одержимой (хотя мне говорят целеустремленной!)

Правда, здесь немного другое, герой, скорее, мечтает о легком богатстве, и доводит себя до исступления историей секрета графа Сен-Жермена, но, мне кажется, это довольно близкие качества. Услышать историю, поверить и кинуться в нее со всей уверенностью. Но истории с черными силами никогда впрок не идут, это мы уже знаем (в том числе благодаря Герману). Но вообще вот любопытно, стала бы я пробовать поставить все на заветную комбинацию? Наверное, нет, я хоть и с бзиками, но абсолютно не рисковая. Я заберу миллион, даже полмиллиона, а от суперприза-аффффтомобиля (тут я возрастом палюсь), пожалуй, откажусь. А вы?

Я с детских лет люблю Пушкина, его слог. Поэтому, не удивительно, что и от "Повестей Белкина" осталась в полном восторге. Года три назад была прочитана мною "Барышня-крестьянка", которую я очень люблю и под настроение перечитываю, но только сейчас мои глаза добрались до остальных повестей. Из них мне особенно полюбились две: "Метель " - история любви Марьи Гавриловны и Владимира Николаевича. Было больно читать от его лица, когда он заблудился в метели. Сердце сжималось от дурных предчувствий. Концовка оказалась очень неожиданной. Такого поворота я даже вообразить не могла. "Гробовщик" - мистическая, жуткая история гробовщика Адриана Прохорова и гостей его - мертвецов. Обожаю такие рассказы. Две другие повести, "Выстрел" и "Станционный смотритель", зацепили меня меньше, но истории их героев были прочитаны с таким же интересом. Честно, и в выстреле, и в смотрителе, ожидала более плохую концовку, так что они меня приятно удивили.

Сегодня сделала себе подарок в Пушкинский день и прочитала "Повести Белкина". Рецензию пишу на последнюю повесть в сборнике. Первые слова на языке - трогательно, мило. Да вроде не о подростковой повести пишу. Конечно о подростковой, и правильно, что она читается и изучается в школе. Жалко, что необходимость прочтения может не дать непредвзятого впечатления.
Мы привыкли слышать, Пушкин - гений, Пушкин - наше всё. Так и есть. И нужно постоянно освежать в памяти пушкинские произведения, его прекрасный строки.
Повесть написана игриво, воздушно, легко. Не в смысле легкого чтива, а в смысле изящной словесности, легкости изложения. И как это радостно читать.
В таком маленьком произведении по-настоящему переживаешь с героями и искренно смеешься.
С большой иронией описана приверженность ко всему английском у одного русского барина и недовольство этим у другого

Лиза Муромская, встречаясь с Алексеем, изображала крестьянку и переходила на простой народный говорок.
Пушкин здесь играет в сентиментализм и высмеивает немного этот жанр, иронизирует и приближает к реальности.
Чистая трогательная повесть о настоящей любви.

Начну с признания… Друзья, еще до недавнего времени я не знала, что же такое написал ай да Пушкин в своей повести. Добрынин, что-то там пел, и я представляла коварную соблазнительницу… Молодую и знойную, да… Динозаврам привет.

«Пиковую даму», эту вздорную и не дружелюбную женщину… ничего хорошего не предвещает, если она выпадет рядом с вашей картой; во времена бабушкиных гаданий на мальчиков, да на желания, эта вероломная интриганка при каждом раскладе кружила рядом.
Только с третьей попытки мне удалось прослушать сей «талмуд». К слову, книг пять перед этим выключила, может потому и решилась.
К счастью для меня, да и для близких мне людей, я не являюсь азартной личностью. Играла в детстве, на какую-то мелочь с дядей – раз, с подругой – два. А вот Герман, герой истории Пушкина и азартный и жадный, два в одном. Уж лучше б он играл, по чуть-чуть.

В тот день, Герман, как обычно не притрагивался к картам, боясь проиграть последнее, следил за игрой других, пока его приятель Томский не рассказал удивительную историю про свою бабушку, будто умела та предугадывать выигрышную последовательность из трех карт. Нормальные люди поохали, посмеялись, где-то позавидовали и все на этом, а тот, кто обычно сдерживал порывы своей мелкой душонки, загорелся.

Та самая восьмидесятисемилетняя графиня держала в доме воспитанницу, Лизавету Ивановну. Начитавшись романов, бедная девушка все ждала избавителя, чем и воспользовался… догадайтесь сами кто.
Горящий взор в окне… Страстное пожатие руки… Бесстыдные письма и… калитка настежь.

Беспринципные люди не остановятся ни перед чем, чтобы достигнуть желаемого. И человеческая жизнь, чужая воля… преграда на пути и только.
Обойти, убрать, украсть, уничтожить. Все средства хороши.
Избави меня Бог от таких приятелей и от Пиковой с колоды, на пути.

Всем друзьям, кто уже прочитал в тот самый пик популярности, загруженности ленты, той самой дамой, привет!)