Медея и ее дети

До этого я читала только "Казус Кукоцкого". Она меня очень впечатлила, потому что это была интереснейшая история, где рождались, взрослели, менялись герои. Очень много героев, очень много историй и прекрасный язык. И вот "Медея и ее дети", вторая моя книга Улицкой, через огромный перерыв. Язык шикарный. Ничего другого не скажешь. Такие словобороты, такая жизнь у каждого слова! Зачитываешься и зачитываешься. как рахат-лукум, жуешь, жуешь и наслаждаешься. Вот только через минуту, как-будто и не жевал ничего.
Опять семья, огромное количество героев. Половину книги не понимаешь о ком речь идет. Племянник, или брат жены, или брат мужа? Да какая разница? так хорошо написано, что и суть не важна.
И вот книга закончилась. раз и всё. ей бы еще быть и быть с таким количеством героев. И вот я думаю, а если бы не язык, которым написана эта книга, правда ли так хороша история? ведь по сути - это обычные истории жизни. Измены, бытовуха, не самый красивый секс на кровати, на чердаке, на столе. Обычная работа у героев. Совершенно обычные тараканы в голове. По сути, это такая бытовушка...просто хорошо закутанная в язык, в эмоции, в правильность повествования. Но мне нравится, это лучше, чем длинная история совсем уж простых Маши и Ивана, которые бухают и по пьяни изменяют друг другу, а еще с каждой страницы матом в тебя кидаются. тут всё красиво, интеллигентно так)

Я почти убеждена в том, что Медея со временем станет настолько же полноправным классическим женским образом русской литературы, как всем нам с детства хорошо известные Наташа Ростова, Татьяна Ларина, Аксинья из "Тихого Дона" или Матрена Солженицына. Медея неординарна, несмотря на ординарность своей профессии, ее внутренний мир хочется определить опрокинутой восьмеркой, символизирующей бесконечность, и это тем более удивительно, что окружающий ее внешний мир достаточно прост, ограничен и незатейлив. Как-то так получилось, что эта более ранняя, нежели "Казус Кукоцкого" или "Искренне ваш Шурик" вещь Улицкой была прочитана мною позже. Я знаю, что у "Шурика" и "Казуса" достаточно много поклонников, но лично меня они оставили равнодушной. Они напоминают красиво, даже слишком красиво и вычурно слепленных кукол, они оставляют впечатление надуманности и потому - искусственности. Хотя справедливости ради стоит оговориться, что надуманности и искусственности - высочайшего класса. По владению словом в современной литературе я могу поставить в один ряд с Улицкой может быть, только Дину Рубину и в меньшей степени - Татьяну Толстую. Этого у Людмилы Улицкой не отнять. Но Медея - живая и настоящая. Она заставляет задуматься о множестве вещей. О том, что зло однозначнее и в десятки раз примитивнее добра, а месть, даже самая виртуозная и изощренная всегда обречена выглядеть бледной тенью по сравнению с обыкновенным, простым, человеческим прощением. А если прощение не выглядит унизительным, - а оно выглядит обычно так у тех, кто пытается купить чью-то благосклонность, а значит, не прощает а торгует очень сильным чувством, - но исполнено чувства собственного достоинства, как у Медеи, это так красиво и глубоко... Что становится одним из тех впечатлений и переживаний, которые забыть невозможно, сколько бы ни прошло лет.

Лица, лица, похожие и нет, молодые и старые, дети и совсем старики… Как будто листаешь старый семейный альбом и слушаешь истории про каждого. В голове всё путается, перемешивается, бабушки с внучками меняются местами, не раз наступает эффект дежавю, но к концу всё становится на свои места. Раскладывается по полочкам. И остаётся ощущения большой ценности этого альбома. Большой ценности каждого, чьё фото вклеено в него.

Место действия – Крым.
Время действия – 20 век.
Герои – обширное семейство понтийских греков Синопли. Каждое лето они съезжаются в дом Медеи – женщины с иконописным лицом.
И, хотя у Медеи нет своих детей, всей своей родне она оказывается Матерью. Всё принимающей матерью - стойкой, терпеливой, любящей спокойной, надёжной, вечной любовью.

В ней нет ни истерики, ни страха, ни осуждения. Во всём, что она делает, так много достоинства и какой-то настоящей правильности, которая не напоказ. Она не жалеет навзрыд, но зато обнимает вовремя. Она не говорит лишнего, но зато её взгляд проникает в самую глубину.

Как каменная скала, стоит она на крымском побережье, обдуваемая всеми ветрами, и ничто не способно её озлобить, унизить и растворить. Она слишком много всего видела. Слишком хорошо знакома с тем, что такое человек. Что такое потеря и боль. И потому знает жизнь. И принимает её во всех её формах. Пусть внешне кривых, больных и неправильных.

Для меня эта книга прежде всего об этом принятии без оценки и осуждения. Без поиска правых и виноватых. «Принять новый день с его трудами, огорчениями, чужими пустыми разговорами и вечерней усталостью, дожить до вечера радостно, ни на кого не гневаясь и не обижаясь» - вот где смысл, истина и каждодневная стойкость.

В рамке проекта читаем Россию, Крым, прочитала Медею. Пока читала, было грустно, закончила сегодня, 22 февраля 2022, стало ещё хуже. Ввиду того, что произошло и происходит с Украиной сегодня и произошло с Крымом в 2014. Знаю, знаю, можете прямо сейчас бросить читать, но просто наболело. Это должна быть рецензия, но слов о книге нет, есть только бесконечная любовь к людям, не важно, какой национальности (и это в книге Улицкой проходит красной нитью, с какой любовью говорится о всех тех греческой, литовской, сибирской, еврейской, тифлисской, армянской и даже, под конец, чернокожей, и т.д. ветках семьи), и боль за всех, кто не делит людей на русских и не русских, и злость на тех, кто погряз в империалистических замашках и посягательствах на то, что ему не принадлежит, инсценируя наглый лживый нарратив, расчитанный только на действительных идиотов, верящих свято в то, что показывает им телевизор.. Замечательный, богатый язык, настоящая семейная сага, ода семье, оставшейся семьёй, несмотря на войны, депортации, измены..