Зло под солнцем. Карты на столе

И в будущем у «Веселого Роджера» уже не будет той высокомерной избранности. Вот уж воистину, «Веселый Роджер»!.. Только веселья тут кот наплакал.

– Миссис Редферн, – внезапно сказала она, – вам никогда не казалось, что все так страшно… так ужасно, что… что вас вот вот разорвет…

Твори благородные поступки, а не мечтай о них весь день напролет.

– Убитая была именно такой женщиной, подобной Иезавели Ахокиве. А сейчас, низвергнутая, она осталась в своей неправедности.
Эркюль Пуаро нервно вздрогнул.
– Не низвергнутая. Задушенная! – сказал он. – Задушенная, мистер Лейн, парой человеческих рук.
Пастор посмотрел на свои дрожащие руки, сжал, а потом распрямил пальцы.
– Ужасно... Ужасно... – проговорил он сдавленным голосом. – Должны ли вы так это формулировать?
– Мы только констатируем очевидную истину, – сказал Эркюль Пуаро.

— Боже, что за погода! Нет ничего прекраснее, чем эти летние дни в Англии.

— Нет ничего более прекрасного, чем Англия, — уточнила резко Эмилия Брюстер. — Это единственная в мире страна, в которой стоит жить.

В прошлое не вернешься. Никогда! Но, если бы это было возможно, мне бы хотелось избрать другой жизненный путь.

Приходится даже думать, знаете. А думать всегда утомительно.

Самое трудное - это отличить кусочки, которые нужны для ковра из меха, от тех, что нужны для хвоста кошки!

Вы, французы, даром время не теряете, разве не так?
– Вообще-то я бельгиец, – прошептал в ответ Пуаро.
– А по-моему, старина, когда дело касается дам, один черт, – весело заметил доктор.

- Обзавестись мужем и детьми - это общий удел всех женщин, - с живостью возразил Пуаро, - тогда как добиться славы и достичь высокого социального положения доступно одной женщине из ста, даже из тысяч!