Всё Простоквашино

Тоже мне охотник-спортсмен для сельской местности. Лучше бы он парашютным спортом занимался. Или альпинизмом.
— Там что, платят больше? — поинтересовался Печкин.
— Там смертных случаев больше, — объяснил Матроскин.

• Это я. Только не Свечкин, а Печкин.
• Очень хорошо, очень хорошо! - говорит тётя. - Не обижайтесь. Свечкин, Печкин, Огуречкин, лишь бы вышел человечкин - вот что главное.

Ведь не каждый день в селе такой хороший религиозный праздник - встреча с кандидатами.

— От этой картины большая польза — она дырку на обоях загораживает!
— Ну, и что? И от кота будет польза. Он мышей ловить может!
— А у нас нет мышей!
— А мы заведём!
— Ну, если тебе этот кот так важен — пожалуйста, выбирай: или он, или я!
— Ну-ну-ну-ну, он, он… Я тебя выбираю. Я с тобой уже давно знаком, а этого кота в первый раз вижу!

Я люблю, когда у человека характер весёлый - колбасно-угощательный.

— Когда не знают, о чём писать, о погодe пишут

- Как же это так? - удивился профессор Сёмин. - Это же надо уметь, чтобы всю жизнь работать и ничего не приобрести.

• Да у нас полстраны таких умельцев! - обиделся почтальон Печкин. - Вы бы меньше по своим Африкам разъезжали, больше бы про нас бы знали!

Прогон — это не тогда, когда прогоняют ненужных людей, а тогда, когда идёт последняя репетиция.

Кругом были участники художественной самодеятельности. Один участник был художественнее другого.

От такой информации дядя Фёдор даже запечалился. Если мужик готовым платьем заведует и на гитаре играет, он, конечно, перед папой явное преимущество имеет. Он может в себя их маму влюбить.

• Подъём у нас будет в семь, - говорила тётя Тамара. - Это поздновато, но для зимнего времени хорошо. После этого бег босиком по снегу полкилометра. От этого полезность идёт невероятная. Потом завтрак. Потом общественная работа. Потом...

• Суп с котом.
• Это что, шутка? - спрашивает тётя.
• Юмор, - отвечает Шарик.
• Для юмора у нас будет определённое время, - говорит тётя Тамара. Приблизительно с пяти до шести по субботам.

«Дожили… мы его, можно сказать, на помойке нашли, помыли, отчистили так чисто, а он нам «фиг-вамы» рисует.»

«Я, может, только жить начинаю: на пенсию перехожу.»

«Чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет.»

«Я почему вредный был? Потому что у меня велосипеда не было!»

«Был бы у меня такой кот, я б может и не женился бы никогда.»

— Дядя Фёдор, или ты, Матроскин, — спрашивал Шарик, — ответьте, с чего начинается дом?

— С дыма из печки, — сказал кот.

— С калитки, — сказал дядя Фёдор.

— Эх вы, — рассмеялся Шарик, — глухомань! Дом начинается с собачьей будки.

На Простоквашино надвигалась осень. Не очень быстро, а так миллиметр за миллиметром. Каждый день становилось холоднее на четверть градуса. Днём ещё было лето, солнце всё заливало золотом. Но зато ночью никаких сомнений не оставалось, что вот-вот зима на природу обрушится. Ночью даже снег выпадал.

Эрик Трофимович в Африку ездил не загорать: он язык крокодилов изучал, а это очень важно для страны

...подарок ...почтальону Печкину — японскую собачку Щицу. Очень лизучую, для наклеивания почтовых марок. Во время первой русско-японской войны японцы выпускали этих собак вперёд, и наши офицеры не могли идти в атаку, потому что собачки их облизывали.