Сказки дядюшки Римуса

Сравнение русских и американских сказок наводит на мысль, что типичный характер животных, обитающих на разных континентах, резко разнится. Вот, взять хотя-бы лис.

В русской сказке - это самый хитрый персонаж. Характер этой плутовки лучше всего отражает "бородатый" анекдот - когда звери сели играть в карты, медведь сразу предупредил: "А кто будет мухлевать, того будем бить по наглой рыжей морде!" Тут любые сомнения развеиваются.

У американцев же всё наоборот - тупее лиса зверя, кажется, нет. Это реальный придурок американской фауны, которого кролик - вот истинный носитель американского стандарта хитрости, - дурачит как хочет и как может, а тот снова и снова наступает на те же самые грабли.

Правда, тут есть один нюанс. На первый взгляд, он не воспринимается как критичный, но если вдуматься. Обратите внимание: в русском варианте - Лиса Патрикеевна, в американском - братец Лис. Чувствуете разницу?

Носителем хитрого начала в русском фольклоре всегда выступает лиса, и никогда - лис. Это - она, а не он. В принципе, если вспомнить всех классических героев русских лесных сказок, то лисица - практически единственный женский персонаж. Кто там еще фигурирует - медведь, волк, заяц, петух, кот - всё это мужики, и только лисица - дама.

Да, в сказках типа "Теремка" мелькают еще мышки и лягушки, в "Курочке Рябе" - курица, но там героини, скорее, статисты, психологическое женское начало в них выражено слабо. А вот в хитрованке рыжей лисице оно представлено в полной своей красе. Так что мы можем предположить, что древние славяне уже очень хорошо понимали что собой представляет женское коварство и на что способны женщины, если перед ними есть какая-то значимая цель. А еще, можем продолжить рассуждение мы, это говорит о том, что роль женщины в патриархальном славянском социуме была несоизмеримо выше, чем в патриархальном американском. И совершим страшную ошибку.

Тут очень важна одна поправка - речь идет о социуме американских рабов южных штатов. Дело в том, что "Сказки дядюшки Римуса", собранные Харрисом, это - негритянский фольклор, и здесь совсем иной подход, чем в русских сказках. Здесь все звери представлены в образах братцев, то есть - мужчин, кроме матушки Коровы - кормилицы. А другие женщины этих сказок - это... люди - негритянка матушка Медоус и её девочки. Так что, исходя из такого расклада, нам придется признать, что роль женщины в социальной иерархии негритянского населения южных штатов была даже выше, чем у славян.

А вот с восприятием психологии животных у негров было туго. Ну а как иначе, если очень хитрого и осторожного лиса они выставляют настоящим дураком, а туповатого во всех отношениях кролика представляют образцом находчивости и хитрости.

И в данной сказке это представлено очень наглядно. Когда братец Волк уговорил братца Лиса притвориться мёртвым, чтобы обмануть братца Кролика, которого они вдвоем схватят и сожрут, что случилось? А то, что братец Кролик пришел посмотреть на покойника и сказал: "Что-то братец Лис не ведет себя как покойник. Известно же, что покойники всегда поднимают передние лапы вверх и кричат "Ого-го!". Ну, сами понимаете, что после таких слов мог сделать тупой американский лис. Он это и сделал, чем очень расстроил чуть более интеллектуального братца Волка.

Я читала этот сборник своим детям вечерами перед сном - но при этом удовлетворяла свои эгоистические запросы: я ТАК ЛЮБИЛА в детстве эти истории про оптимистичного и хитроумного Братца Кролика и вечно проигрывающего беднягу Братца Лиса, что перечитывать их во взрослом возрасте оказалось невероятно приятно!!!
Но в детстве я совершенно не придавала значения обрамлению этих сказок, т.е. непосредственно общению мальчика с дядюшкой Римусом, сейчас же мне это стало не менее интересно, чем приключения сказочных героев: на меня со страниц сборника накатывала атмосфера доброты и мудрости, а старое морщинистое лицо дядюшки казалось невероятно родным и близким, источающим ощущение защищенности и любви.

Как так получилось, что из всех сказок мне помнится лишь история со смоляным чучелком и жалобными просьбами подкинуть до дома? Совершенно чудесные персонажи, непростые "испытания" и дядюшка Римус, собственной персоной. Сидит себе вечерком на перекошенное крылечке, в клетчатой рубахе и старой соломенной шляпе. Покуривает. Лицо изборождено глубокими морщинами, натруженные руки, а улыбка щербатая...

Это все Детское Радио виновато) Очень люблю как они книги оживляют. Вдохнуть жизнь в каждого, чтобы дорожка вилась, солнышко теплым ласковым лучом по лицу. Чтобы детство возвращалось к слушателю.
Вообще африканские сказки мне с детства знакомы. С зайцами, черепахами. Только в аутентичном варианте они не Братцы, зато все такие же пройдохи-хитрецы, ловкачи, для которых голова не только чтобы есть.

И Братец Кролик, прославившийся тем что может обвести вокруг пальца и Братца Лиса, и Братца Медведя, и Матушку Корову, переодически попадает сам в искусно расставленные ловушки.
И Братец Лис, самолапно изготовивший то самое знаменитое смоляное чучелко и ни единожды "пострадавший", вполне себе мирно покуривает со своим верным врагом.
И Братец Черепаха отлично пристроенный на полке, любитель огня и издающий странноватые звуки керблонкети-блинк при погружении в воду.
И Матушка Корова, любительница фиников, та самая которую выдоил Братец Кролик, пощипав травки на лугу.

Все они не такие уж однозначные персонажи, никто не удосужился разделить их на хороших и плохих. Иногда, их шутки совсем не безобидны. Вот Братцу Волку, однозначно, не очень весело в крепком ящике, да ещё и кипяточком если полить.
Житейские истории, немного в стиле вестерн. С юмором и шпорами))

Воскресный ленивый на небольшую сказку.

Читал давно еще в детстве и мультфильм помню еще.

Одна из сказок дядюшки Римуса.

Написана в 1881 году.

Веселая и поучительная история.

Ну погоди, по Северо Американски.

Что вы узнаете.

Братец Кролик попадает в ловушку Братца Лиса, прилипает к смоленому чучелу, и кажется, что Братец Лис его съест.

Подробнее.

Давным давно, что кажется уже и неправдой читал, эту книгу. Но тогда не обращал внимания, ни на личности Римуса или малыша Джоэля.

Но сейчас задумался, малыш Джоель, это скорее всего сам автор.

В детстве на плантациях своего отца он слушал истории различных чернокожих работников, работников от слово РАБ. Маленький белый господин приходил на кухню и слушал своих рабов. Там вроде все дружно жили, но сам факт.

Но когда вышли сказки, они понравились, как белым так и черным.

Как и любая сказка Дядюшки Римуса, начинается с того, что мальчик приходи к этому Дядюшке.

Еще сказки Дядюшка рассказывал в стиле Шахерезады, то есть, что бы оставить, какую то загадку на следующий раз.

Вот и эту сказку, начал говорить вечером, а продолжение только утром.

И начал вечерний рассказ свой так.

Найти бы мою старую книгу, а то эти словечечки "прикольного чёрного человечка", как будто бы я снова в 80-90-е годы и слушаю gangsta rap, на котором и выучил свой английский. Учителям всегда нравился, мой гарлемский акцент.

West Coast и East Coast, baby.

Подложил  это  чучелко, на дорогу Лис, а сам стал ждать в засаде.

В США, даже целый термин придумали, насчет этого смоляного чучела. В оригинале Tar-Baby, термин означает, проблемную ситуацию, чем больше ты пытаешься из нее выпутаться тем хуже становиться.

Кролик видно был вежливый, или тогда было так принято.

Слово за слово. Кролик был из горячих парней, терпеть всякое не привык. Чуть, что сразу за "ствол". А если нет оружия, то кулаком в глаз.

Казало бы, ну сидит какой то, не пойми, по среди дороги, не сказал он тебе привет. Плюнь да забудь, но нет кровушка кипит.

Мне эта история напомнила Хоббита.

Там где, Гэндальф серый, троллит Бильбо. Есть вот такие люди, их хлебом не корми, дай к кому нибудь прицепится.

Помню, одна женщина сказала, что есть люди, что готовы до любого фонарного столба доколебаться. Вот Кролик, как раз такой. Видно накопилось в нём эмоций, и надо было их из себя выплеснуть.

Чучелко сидело, никого не трогало. Молчало в тряпочку. Нет вот, пришел, хам и угрожает.

И началась грязная драка. Удар еще удар. Но чем больше бьет, тем больше в смоле увязает.

Руки и ноги уже прилипли.

И ржёт.

Если, честно то мы же Лиса понимаем, обычно такие ролики,  снимают и куда нибудь в молодежные соцсети отправляют. Что бы миллионы лайков получить.

А дальше лис в стиле голливудских злодеев, толкает речь, о том, что издевался, над ним Братец Кролик, рожи корчил и потешался. И вот попался в ловушку.

По делу все "базарит" Братец Лис. Вы заметили они тут все Братки.

Лис хочет, его вздернуть, а потом и съесть.

Казалось, бы участь Кроля предрешена, не сможет он уже девушек на хвостике катать.

И Кролик решается.

А Лис то, не особо хочет убивать сам Кролика. Добрый очень, вот повесить или утопить, это другое дело.

Мне это напоминает, кино, как то помню жена смотрела "50 оттенков, чего то там" , что то у них в этом стиле происходит.

Все же Лис думает, что раз этот длинноухий боится куста, значит, надо попробовать. А тот, его еще и подначивает.

Но Лис парень сильный был, размахнулся и как кинет, Кроля.

В разных переводах по разному.

В одном вот почитал, Кролик из куста сказал, лису следующее:

А я помню. Вот такое.

Как пишут в некоторых фильмах, где есть животные. Ни одно животное не пострадало на съемках фильма, а все трюки исполняли каскадеры.

Каждый получил свой урок. Лис, что не нужно быть таким чистоплюем, решился Кроля съесть, то бери на дело веревку и нож.

А Кролику, что надо быть добрее. Иди своей дорогой.

А теперь моя история. Истинная.

Смоленое чучелко.

Я не красивая девушка, многие называют меня "смоляное чучелко", за мое лицо и лохматые волосы. И одевали меня, как мальчика в комбинезон и шляпу.

Родители за мной не смотрят, вечно работают на нашей ферме и чаще брожу по полям и дорогам.

И вот в этот раз, шла по дороге, а тут змея, она была не ядовитая, но её укус действует парализующе. И вот укусила меня за ногу. От испуга села возле камня. Все понимаю и вижу, а тело не движется и язык не шевелится.

А тут как назло, парень с соседней деревни идет. Ходок до женщин, его так и прозвали "Братец Кролик", что всех домогается.

Увидел меня и подошел.

Здоровается.

– Ну, добрейшего утречка! - и добавил – Погодка не плохая, не так ли?

А, что я могу сказать, даже мычать не могу.

Он смотрю говорит больше и злиться тоже.

Шапку мою сбил, увидел, что я девушка. А ему, что хоть страшная, но девушка. Смотрю глазки масляные стали.

Схватил он меня повали на землю. и давай руками мацать и губами к лицу. Тошнить, захотелось, да не могу.

Вот думаю, стану девушкой. Что родителям расскажу.

А этот насильник уже во всю разошелся. Одежду с меня снимать начал.

Не знаю, чем бы закончилось, но тут тяжелый сапог сбил с меня, этого насильника. На мое счастье или беду, еще не решила. По этой дороге шел старый дядька Фокс Малдер.  Отделал он этого насильника, заставил раздеться и голым в терновый куст прыгнуть. Говорят с тех пор, он уже к женщинам не подходит, стыдится.
А меня домой довел.

Вот такая история.

Все спасибо, кто прочитал.

Забавная детская книга, с множеством историй про Братца Лиса и Братца Кролика. Но обыграно всё так, словно все эти истории рассказывает дядюшка Римус мальчику Джоэлю. И каждая история перерастает в следующую, наслаивается, обрастает деталями) А вот иллюстрации в этом издании не особо впечатляют. Их, видимо, хотели сделать под "вестерн", но получилось немного грубовато. Но это на мой девчачий вкус))
Что касается героев, то Братец Кролик тут получился очень отталкивающим персонажем. Он ворует молоко у Коровы, обманом забирает у Волка и Лиса их улов и охотничью добычу, обманывает и вообще ведёт себя отталкивающе. Он не хитрый, а подлый какой-то получился. Хотя пару раз и его звери проучили. Даже один рассказ был, очень похожий на нашу сказку про улов на хвостик. Так зимой ловил Братец Кролик рыбку на свой хвостик, по совету зверей, а он примёрз и оторвался, и вместо шикарного пушистого хвостика остался куцый отросточек.
Не сказать, что мне понравилось. Звери оказались какие то злые и подлые. Но в рамках расширения кругозора - прочитано.

«Сказки дядюшки Римуса» любимы с детства, задолго до книжек даже — по диафильму, который мы смотрели, кажется, не один десяток раз. Позже пришли в нашу читательскую жизнь тексты в разных изданиях, и я, будучи уже давно взрослой, заинтересовалась не только самими сказками о плутоватых зверюшках, но и различными вариантами иллюстраций к ним.
Самое свежее приобретение, «В гостях у матушки Мидоус», оказалось нетолстой книжечкой — всего-то 48 страниц, зато в твёрдом переплёте и с потрясающими иллюстрациями Геннадия Калиновского, одного из любимых моих художников детской книги. В книге рассказано девять историй, на которые приходится 32 рисунка. Но давайте сначала всё-таки о сказках.

Старый негр, которого все называют дядюшка Римус, нет-нет, да и расскажет мальчику Джоэлю (будущему писателю Джоэлю Харрису) очередную баечку о приключениях Братца Кролика, Братца Лиса, Братца Черепахи и других забавных животных, очень-очень напоминающих жителей американской глубинки позапрошлого века, когда живы ещё воспоминания (и очевидцы) рабовладельческого Юга. Несмотря на то, что все персонажи именуют друг друга «братцами», отношения между ними братскими не назовёшь: они строят друг другу козни, обманывают, а то и на жизнь покушаются. Что касается Братца Кролика — то это блистательный трикстер (как сказали бы сейчас), который то и дело плетёт интриги, сталкивает окружающих лбами, но и сам иногда оказывается в дураках. В свободное от этих занятий время он спасает свою шкурку от Братца Лиса и Братца Волка, помогает соседям. А дядюшка Римус не забывает о том, что сказки должны не только развлекать мальчика Джоэля, но и чему-то учить:

Иллюстраторы по-разному трактовали...

Иллюстраторы по-разному трактовали мир сказок дядюшки Римуса. Например, в этом издании (оно, кстати, содержит 25 историй в том же переводе М. Гершензона, что и в обсуждаемой книге, и не только их, но об этом в другой раз) рисунки Назарова почти мультяшные, потешные такие, с мягкими и яркими цветами. Иллюстрации Олейникова (например: раз , два , три ) немного сумасшедшие, с фантастическими ракурсами, динамичные, напоминающие кадры из фильма, с выраженной фактурой, в которой прямо чувствуются движения кисти и шероховатость акварельной бумаги.
Разительно отличаются от них созданные в 1976 году иллюстрации Калиновского: чёрно-белые, занозистые, эмоционально напряжённые… Послушаем, что сам художник говорит о своей работе над этой книгой:

Эта фраза Геннадия Владимировича: «мир держится добром, а движется злом», — поразила меня до глубины души. Так, кажется, к сказкам Харриса ещё никто не подходил. И вот как мастер кисти решал поставленную самому себе задачу:

Цитаты из статьи Г. Калиновского «Работа — это тишина и покой» («Детская литература», 1978, №2) воспроизвожу по изданию «Художники детской книги о себе и своём искусстве» . Оттуда же и пару рисунков «процитирую» — книгу «В гостях у матушки Мидоус» невозможно раскрыть на 180 градусов, чтобы поместить в сканер, а фотографии с изрядными искажениями получаются, я пробовала :(

P.S. Картинки смотреть тут

Уж и не знаю, как в наш политкорректный век еще не запретили эту книгу. Ведь в ней черный старый раб дядюшка Римус вечерами в своей хижине рассказывает господскому мальчику Джоэлю занимательные истории. Если расскажет дюже хорошо, то ему и коржик перепадет. Да к тому же дядюшка постоянно сажает мальчика к себе на колени и поглаживает при этом по волосам. Просто шок-контент для современных реалий. Будем надеяться, что под запрет книга не попадет, и наши и дети и внуки смогут тоже насладиться сказками дядюшки Римуса. Ведь его истории не просто увлекательные, но и полезные с практической точки зрения. Так из них мы узнаем, что есть животные травоядные - такие как кролики, а есть и плотоядные - лисы, волки, медведи, а также еноты и опоссумы. И как по разному ведут себя эти животные, в одинаковых ситуациях. Например, в случае опасности опоссум легко притворяется мертвым, а с виду безобидный енот может запросто "намять бока" собаке. Также ним дана альтернативная версия появления белого кончика на хвосте у Братца Лиса и голого хвоста у Братца Опоссума
Все звери называются Братцами (Братец Лис, Братец Кролик, Братец Сырач и т.д.), ведь они и есть братья наши меньшие. Корова ласково именуется Матушкой.
Сказки учат, что не всегда нужно идти напролом к своей цели, и если что-то не получается, то возможно, всего лишь, не настало подходящее время. Так корова, не сумевшая сбить финики (а они-то просто еще не созрели и по этому не падали), бодала дерево до тех пор, пока ее рога не застряли в его стволе. Она не добыла желаемого, а сама была досуха выдоена кроличьим семейством.
А уж если ты попал в ситуацию угрожающую твоей жизни борись до конца, здесь сгодятся любимые ухищрения и даже обман. Так, как боролся приклеившийся к смоляному чучелу всеми лапками Братец Кролик. Поняв, что выбор у него в данный момент только между тем, как быть зажаренным или повешенным, Братец Кролик сумел спастись, сменив вектор действий Братца Лиса на выгодный для него. С детства помню эту фразу: "Делай со мной что хочешь, братец Лис, только, пожалуйста, не вздумай бросить меня в этот терновый куст." которая давно уже стала крылатой и применяется по сей день.

Сказки без морали. Забавно, но именно персонаж-ребенок все время поправляет рассказчика, спрашивая его – а не слишком ли плохи поступки персонажей? Почему Братец Кролик безнаказанно всех обманывает?

Настоящая классика, вдохновлявшая Киплинга и Ричарда Адамса (в Обитателях холмов «Сказки дядюшки Римуса» названы прямо как один из источников), не стареет. Читать о проделках Кролика и забавно, и интересно.

Но меня, как всегда, интересует восприятие. Иллюстратор Владимир Любарский сделал Братца Лиса и Братца Кролика довольно похожими на жителей Дикого Запада, вероятно, именно такой он представлял себе Америку. Но книга-то о Юге США, о местах, где было укоренившееся хлопковое хозяйство, основанное на рабском труде негров.

А вот иллюстрация А.Б. Фроста из американского издания 1895 года. Насколько другой здесь Братец Кролик!

А еще меня всегда удивляет - сколько может рассказать книга. И не только своим содержанием, но и просто сама по себе. Это издание «Сказок дядюшки Римуса» я нашел у тестя на полке, среди других детских книг жены. Книга издана в 1994 году в Днепропетровске (одновременно с выпуском второй части тиража в Симферополе), с аннотацией и на русском, и на украинском. Как она попала в середине 90-х в Плесецк?

Прекрасная книга! Читанная в детстве, перечитанная сейчас. И не зря перечитанная: во взрослом состоянии принимаешь ее совсем поиначе. Ведь все животные в книге – это люди, разные типажи, точно обрисованные и – уникально! – точно нарисованные художником Геннадием Калиновским. Вопрос только с Матушкой Мидоус с дочками – кто они? Люди или животные? Дядюшка Римус уклоняется от точного ответа: «Не перебивай, дружок. Ну просто так говорится в сказке: Матушка Мидоус с дочками, а больше я ничего не знаю». Но художник на последней странице рисует нам матушку Мидоус с дочками в человеческом облике. Художник знает. На самом деле, это вообще не важно…

Только взрослый увидит уникальный абсурд большинства сказок дядюшки Римуса. Они необычные. В предисловии сказано, что это – настоящие сказки негров «глубокого юга» САСШ, африканские сказки, прошедшие через долгие годы бытования на американских плантациях и сохраненные Джоэлем Харрисом для потомков. Верю.

Дядюшка Римус («примус» – это «первый», а что значит «Римус»? Remus? Ребус? Или все дороги ведут в Рим? When in Rome do as the Romans do?) гонит абсурд с непроницаемым лицом, с промельком лукавой улыбки, поколачивая о лавку свою трубочку.

Не могу удержать себя от двух примеров этого абсюрда.

Вот разговор Братца Кролика и Братца Сарыча («Как Братец Кролик опять перехитрил Братца Лиса»). Сеттинг: Кролик сховался в дупло, которое сторожит Сарыч:
 
«…Лис убежал, а Сарыч стал, стоит у дупла. Вот, как стало тихо, Кролик подошел к дыре и кричит:
– Братец Лис! А Братец Лис!
Но Лис был уже далеко, и никто не ответил. Тогда Кролик закричал:
– Ах, ты не хочешь отвечать, Братец Лис? И не надо! Все равно я знаю, что ты тут сидишь. А мне и дела нет. Я просто хотел сказать тебе: вот если бы тут был Братец Сарыч!
Тогда Сарыч ответил лисьим голосом:
– А зачем тебе нужен Братец Сарыч?
– Да так, просто тут серая белка в дупле, а жирная, – сколько живу, такой не видал. Был бы тут Братец Сарыч, уж он бы полакомился белочкой.
Сарыч опять лисьим голосом:
– А как бы поймал ее Братец Сарыч?
– А тут, на другой стороне дерева, маленькая дырочка, – говорит Кролик. – Был бы тут Братец Сарыч, стал бы он возле той дырочки, а я бы выгнал оттуда белку.
– Ну гони, гони, – сказал Сарыч, – а я постараюсь, чтоб она не ушла от Братца Сарыча.
Тогда Кролик поднял шум, будто гонит кого-то, и Сарыч побежал в ту сторону ловить белку. А Братец Кролик шмыг из дупла – и во все лопатки домой.»
(с. 34–35)
 
Или вот Братец Кролик дурит несчастную Матушку Корову («Как Братец Кролик выдоил Матушку Корову»). Сеттинг: Корова гонится за наглым Кроликом, после того, как, простояв ночь с застрявшим в дереве рогом, он у нее сам вышел:
 
«…Кролик вперед ускакал, да вдруг с разлету – в терновый куст.
Подбежала Корова к кусту, а из-под куста голова торчит – глаза большие, как пуговки.
– Здравствуй, Матушка Корова! Далеко ли бежишь? – спросил Братец Кролик.
– Здравствуй, Братец Большие Глаза! – сказала Матушка Корова. – Не пробегал тут Братец Кролик?
– Вот только-только пробежал, – сказал Кролик. – Да усталый такой, запыхавшийся.
Тут Корова – во всю прыть по дороге, будто псы за ней по пятам.
А Кролик – тот лежал под терновым кустом и катался со смеху, пока у него не закололо в обоих боках.»
(с. 45)
 

Геннадий Калиновский: Братец Кролик; на заднем плане – Братец Лис
 
Что до главного героя – Братца Кролика – то он конкретный негодяй в нравственном и житейском смысле. Жалости к нему никакой. Бездельник, лентяй, практически люмпен, живет с многочисленным потомством едва ли не в нищете, детей своих если и учит, то хитрожопничеству, которое есть скрепа его пустой жизни. Наглость и везение Братца Кролика (куда же хитрожопому без везения!) столь велики, что им зашугана вся плантация. Все крупные животные – местные добропорядочные фермеры – его боятся. Братец Лис, Братец Волк и Братец Медведь с некоторых пор с Кроликом уже не связываются – столько раз он их обкрадывал, обманывал, поливал кипятком или подвешивал вниз головой на дереве. Но этот мелкопузатый негодяй еще не перешел красную черту, которую ему нарисовал Обама держат в душе здешние обыватели. Нет не перешел, паразит, бежит по лезвию, балансирует как гуттаперчевый. Но, как говорят в Джорджии, сколько бы пеньковому канату не виться, а узелок затянется…

Мерзость Братца Кролика – в наглости ради наглости. Например, неоднократное превращение Братца Лиса в верховую лошадь («…Разве я не рассказывал вам, что Братец Лис еще моего папашу катал? Он потерял немножко резвость, но я натаскаю его снова за месяц-другой»). Или как всей семьей выдоил дочиста Матушку Корову («…Немного спустя воротился с женой и со всеми детками и, сколько их было, каждый тащил по ведру. У большеньких были большие ведра, у меньшеньких – вёдра поменьше»).

Подлость Братца Кролика – в страхе перед возмездием, в сваливании своей вины на невиновных и в провоцировании их жестоких избиений. Например, он подвесил Братца Медведя вниз головой, потом сбегал за Братцем Лисом, а потом подзуживал: «По зубам его, Братец Лис! По зубам!» Или когда спустил Братца Лиса в колодец и побежал за хозяином колодца, рассказывая: «…Старый Лис забрался в колодец и мутит там воду!» Или когда он обрёк Матушку Корову простоять всю ночь с рогом, воткнутым в дерево («Всего доброго, Матушка Корова! Тебе сегодня в поле ночевать недоенной! Вот я и подумал: нужно выдоить тебя, чтобы ты не мычала всю ночь»).

А что остальные немногочисленные персонажи? Матушка Мидоус с дочками ходят у Кролика в друзьях, и они, эти лупоглазые жителки кантрисайда, содержательницы местного трактира, производят впечатление хотя честное и основательное («…Так заведено было у матушки Мидоус: кто придёт, оставляй все раздоры за дверью»), но недалёкое («Ужас какой! Слышите, девочки? Старый Лис обозвал Братца Черепаху Грязнухой-Ползухой!»). Братец Енот – мужественный и принципиальный человек («Енот – тот мастер быть драться, подмял под себя собаку и ну трепать») – держится от никчемного Кролика где-то в стороне. Братец Сарыч – падальщик («Увидал, что Лис лежит как дохлый, – дай, думает, закушу дохлятинкой»), чтó о нем говорить? Братец Опоссум просто труслив и не в счет («Еще один финик, и удеру, еще один финик, и удеру… Драки я не боюсь никакой, но щекотка – это другое дело. С кем угодно согласен я драться, но только – чур – без щекотки»). Остаётся, конечно, Братец Черепаха. А вот этот парень, даром что с ладонь размером, хитрее всех хитрых. Причем его хитрость основана на еще бóльшей наглости, чем наглость Кролика. Он врёт, как жабрами дышит. И при этом всё покачивается и покачивается, да посматривает на патоку, чтобы та не убежала через край. Но Черепах не подл.

Возникает крамольная мысль: А чему учат эти сказки?… Да ничему хорошему. Ну, я же сказал, что они – для взрослых, которых учить уже поздно.
 

 
В моем представлении «Сказки дядюшки Римуса» стоят, как скала в реке – всякая плывущая по воде плавучая ерунда их турбулентно обтекает и не липнет. Или стоят, как остров Пасхи в океане – стоят себе и стоят, сами так по себе стоят, стоят и смотрят в небо, как будто ждут появления Братца Всевышнего. Для нас, русскоязычных, нет никакого культурного контекста, в который книга была бы погружена, кроме того, что мы росли с этими сказками и что с ними росли наши родители (ну или нам так кажется). Мы ничего не знаем про автора, ничего не знаем про судьбу книги.

Хорошо, что сейчас есть Братец Википедия, источник наших разрозненных знаний о других братцах.

Братец Википедия, может, и врёт, как Братец Кролик (Br'er Rabbit) и Братец Черепаха (Br'er Tarrypin), но не так нагло, а если только низэнько-низэнько. Потому узнаём от него, что Братец Джоэль Харрис (Joel Chandler Harris, 1845–1908) был популярным в свое время американским писателем, писателем Юга, of the Deep South, известным прежде всего сказками дядюшки Римуса (Uncle Remus), которые стали выходить книгами с 1880. Всего Харрис написал 185 сказок (знатокам!) и написал их специфическим языком – собственной интерпретацией диалекта негров южных штатов, с которым и с которыми он хорошо познакомился за четыре года жизни (в возрасте 14–18 лет) на настоящей местной плантации, причем как раз во время Гражданской войны. Харрис зафиксировал, можно сказать, настоящий негритянский джорджийско-алабамский диалект. Марк Твен, сам с Юга, был весьма впечатлен умением Харриса воссоздавать диалектную речь. Но нам это вряд ли удастся оценить в оригинале: я глянул – это почти чужой язык. (А вот Фанни Флэгг в своей прекрасной книге «Жареные зеленые помидоры» о простых людях Алабамы межвоенной поры, судя по переводу, не использует местный негритянский диалект, потому что Дина Крупская наверняка вывернула бы перевод соответственно. Но тут уж кому вершки, а кому и корешки…)

Пересказ Братца Гершензона удивительный: язык такой странноватенький, что даже и не понятно, как? Это абсолютно русский язык, но какой-то такой этакий, просторечный, косноязычненьковатенький. Читать такое вслух трудно – так и хочется пропущенные слова добавлять, а какие-то и заменять для плавности хода. Но, может, это ж-ж-ж-ж неспроста? Кто такой Братец Гершензон? Одессит, писатель, переводчик, критик (1900–1942). С началом войны стал военным переводчиком и погиб, подняв бойцов в атаку, когда был убит командир. (Так же погибла Гуля Королёва .) Гершензон пересказал 25 сказок дядюшки Римуса в 1936. Теперь понятно, почему язык перевода такой корявенький: это пересоздание негритянского диалекта. Сложная переводческая задача решена виртуозно. Действительно, разве пойдет теперь в народ перевод, сделанный кем-то еще? Правда, от наших издателей можно ожидать и не такого смузи…
 

Геннадий Калиновский: Братец Енот и Братец Опоссум
 
И, конечно, у данного издания – 1976 года «Детской литературы» – абсолютно уникальные иллюстрации Братца Калиновского . Они полностью переворачивают мои представления о сказочных кроликах, лисах, волках и медведях, и теперь римусовских братцев я точно не смогу представить себе иными. Например, кроликов худыми, сусальными и веселыми, а волков мохнатыми, брутальными и тупыми. Эти иллюстрации – очевидный канон для «Сказок Дядюшик Римуса» (у американских художников другой подход). При этом я совершенно не понимаю, в какой технике они исполнены. Но кто такой Братец Калиновский? Известный книжный иллюстратор (1929–2006). Его иллюстрации к «Приключениям Алисы в Стране Чудес» (1974) получили премию Ивана Федорова. Иллюстрации к «Сказкам дядюшки Римуса» (1976) получили две международные премии (в Ляйпциге и Братиславе). Геннадий Калиновский иллюстрировал «Гулливера», «Мастера и Маргариту», «Чубурашку», «Мэри Поппинс», «Винни Пуха», Чуковского, Симонова, Катаева, Кассиля, Шукшина, Заходера, Коваля, Прокофьеву, Думбадзе, Бредбери, Толкина…
 
(Вот, кстати, американские иллюстрации:)
 

 
Таким образом, издание «Сказок дядюшки Римуса» 1976 года – уникальный издательский проект, сочетание отличного текста, отличного перевода и отличных иллюстраций. В 1960–70-е советские издатели создавали памятники, и даже при этом не отливая их в гранит.
 
Примечание:

*) Как часто бывает, издательское предисловие четырежды врёт:

1) В предисловии: «Джоэль Харрис прожил всю жизнь среди негров Северной Америки».

Ха-ха-ха! – сказал бы ленивец Блиц из «Зверополиса». Нет термина «негры Северной Америки», ну, хотя бы потому, что в Канаде рабов не было. Были американские негры (где «Америка» = США). И были индейцы Северной Америки. А еще есть канадские иннуиты.

2) Что касается биографии Харриса, то Братец Википедия нам подсказывает, что Харрис всего лишь четыре года прожил на реальной плантации, а всё остальное время до и после жил в городах Джорджии, в сердце Deep South, где, памятуя о тогдашней ярой сегрегации, никак не было возможно белому жить среди негров.

3) «И книгу свою Джоэль Харрис так и назвал “Сказки дядюшки Римуса”».

Харрис издал семь книг сказок, и три сборника были изданы после его смерти. И ни одна из них не называлась именно «Сказки дядюшки Римуса» (Uncle Remus Stories/Tails или Stories/Tails of Uncle Remus или Stories/Tails Told by Uncle Remus). Я вообще сходу не смог разобраться, взяты ли 25 сказок перевода Гершензона из одного оригинального сборника или из нескольких или вообще придуманы Гершензоном (а мы знаем немало литературных мистификаций)?

4) «Прадеды американских негров жили в Африке. Они привезли с собой из Африки сказки про Братца Кролика, Братца Лиса, братца Медведя и про других зверей».

Биологи нервно смеются. В  Африке нет медведей, опоссумов и енотов. Поэтому прадеды-то привезли сказки с собой, но бестиарий, естественно, на американской почве поменялся (ну не рассказывать же в штате Джорджия сказку про Братца Жирафа и Тетушку Окапи?). Вечная слава этих сказок не в животных, а в большей частью необычных сюжетах и характерах.

«Сказки дядюшки Римуса» произвели революцию в американской литературе, наравне с «Приключениями Гекльберри Финна» Марка Твена. Причиной этого стали опора на народную традицию (причём негритянскую), использование местного диалекта и очеловеченных животных. Его сказки очень сильно отличались от традиционных западных сказок. У современников и особенно внуков первых читателей сказок они встретили неоднозначный приём и продолжают вызывать противоречивое отношение в американском обществе. Некоторые современники Хэрриса полагали, что его авторский вклад пренебрежимо мал, а сам он просто записывал народные сказки. Для ряда чернокожих писателей обработки автора выглядят посягательством на чужую культуру. Кроме того, идиллические отношения между старым негром-рабом и мальчиком из семьи плантатора, которому он рассказывает свои сказки, объявляются некоторыми авторами попыткой оправдать рабство. Современные американские фольклористы отдают Х. должное как одному из пионеров литературной записи негритянского фольклора южных штатов, много сделавшему для того, чтобы сохранить местный диалект для истории культуры. Влияние Х. на детскую литературу трудно переоценить – своим учителем его признавали Киплинг, Милн, Поттер и другие, менее известные писатели. Сейчас это трудно представить, но до Хэрриса подобной литературы в современном смысле слова не существовало. Президент Теодор Рузвельт сказал: «Президенты приходят и уходят, а дядюшка Римус остаётся». На русском языке «Сказки дядюшки Римуса» были впервые опубликованы в 1936 г. в пересказе М.А. Гершензона.
Все вышесказанное я знаю сейчас. Когда же в 1942 году читал эти сказки, то я этого, естественно, не знал и об этом не задумывался. Перед моими глазами вставали забавные приключения хитроумного Братца Кролика, Братца Лиса, братца Волка и других зверей, о которых ласковой интонацией рассказывает мальчику старый негр дядюшка Римус. Озорные выходки братца Кролика и компании не оставили равнодушными и моих детей, которым я читал эти сказки. В этих сказках ненавязчиво подсказывается "что такое хорошо, и что такое плохо".