Любое новое изобретение у всех вызывает только досаду и насмешку.

Люди, как пчелы на мед, готовы лететь на любой шум, ну хоть если начать бить в ржавую жестянку. На этом основано искусство управления людьми. Нужно только убедить их, что жестянка - не жестянка, а чистое золото.

"Предпочтительнее говорить "папа", моя милочка. "Отец" звучит несколько вульгарно. И кроме того, слово "папа" придает изящную форму губам. Папа, пчела, пломба, плющ и пудинг - очень хорошие слова для губ; в особенности плющ и пудинг. Чтобы наружность соответствовала требованиям хорошего тона, весьма полезно, находясь в обществе, время от времени - например, входя в гостиную, - произносить про себя: папа, пчела, пломба, плющ и пудинг, плющ и пудинг."

Джентльменом я был, джентльменом остался и джентльменом умру. Это мое ремесло - быть джентльменом.

Глотайте на здоровье всех кого хотите! А я не дамся – такой уж у меня странный нрав, сударыня, не желаю, чтобы меня глотали живьем.

Какое заблуждение, какая детская наивность! Разве можно искусственно изменить сложившиеся человеческие отношения - разве можно внушить расположение к тому, кого не приемлет душа?

Диковинны и страшны языческие идолы, встречающиеся путешественникам в далеких варварских странах; но самые чудовищные из них не сравнятся с теми грубыми и отталкивающими изображениями божества, которые мы, исчадия праха земного, творим по образу и подобию своему из низменных своих страстей.

Вы не представляете себе, как много людей жаждет лишь одного: чтобы им не докучали.

Оказалось, что нынче вечером он ничего не делает (обычное его занятие, к которому он имел исключительные способности).

У миссис Дженерал был свой способ отделываться от непорядков: она поворачивалась к ним спиной и делала вид, что их нет. Это входило в ее систему - все затруднительное затолкать подальше в ящик, запереть на ключ и сказать, что этого не существует. Самый легкий выход и безусловно самый удобный.

Цветы, бледные и призрачные в лунном свете, плыли все дальше, уносимые течением. Так и в жизни многое, чем некогда полна была душа и сердце, уплывает от нас, чтобы затеряться в океане вечности.

Наши суждения зависят от множества соображений, которые подчас неожиданно для нас самих могут оказаться несправедливыми, и потому следует быть очень осмотрительным, когда судишь о людях. Потворствовать своим безотчетным антипатиям - удовольствие сомнительное.

Все они исповедовали здравый и узаконенный национальным общественным мнением принцип: пусть иностранцы убираются восвояси. Они никогда не задавались вопросом, скольким их соотечественникам пришлось бы убраться из разных стран, если б этот принцип получил всеобщее распространение; они считали, что он применим только к Англии.

Его сделала мечтателем неискоренимая вера во все светлое и прекрасное, чего он был лишен в жизни.

Всем нам свойственно обманывать себя относительно причин, побуждающих нас к тому или иному поступку.

«быть может люди как корабли где мелко и дно каменисто, там не за что зацепиться якорю, и судно плывёт по волне волн»

Конечно, каждый новый премьер и каждая новая партия, получив бразды правления обещанием сделать то-то и то-то, тотчас по достижении власти начинали напрягать все свои способности, чтобы не сделать этого.

Но все знали ( или, во всяком случае, были наслышаны) о его колоссальном богатстве и оттого  раболепствовали перед ним  с самоуничижением, куда более постыдным и куда менее оправданным, чем у невежественного дикаря , который простирается ниц перед ящерицей или деревянной чуркой , обожествляемой  им в простоте души.