Повести Древней Руси

Возлелей же князя, господине,
Сохрани на дальней стороне,
Чтоб забыла слезы я отныне,
Чтобы жив вернулся он ко мне!

Села рады,
Грады веселы

На Немиге снопы стелют головами,
молотят цепами булатными,
на току жизнь кладут,
веют душу от тела

Вступите же, господа, в золотые стремена
за обиду сего времени
за землю Русскую,
за раны Игоревы,
буйного Святославича!

Что же сотворили вы моей серебряной седине?

Рано начали вы Половецкой земле
мечами обиду творить,
а себе славы искать.
Но нечестно вы одолели,
нечестно кровь поганую пролили

Встала обида в войсках Даждьбожьего внука,
вступила девою на земле Трояню,
восплескала лебедиными крылами
на синем море у Дона;
плеская, прогнала времена обилия

На третий день к полудню пали стяги Игоревы

Что мне шумит,
что мне звенит -
издалека рано до зари?

Дремлет в поле Олегово храброе гнездо
Далеко залетело!

Уже несчастий его подстерегают птицы по дубам;
волки грозу подымают по оврагам;
орлы клёкотом на кости зверей зовут;
лисицы брешут на червленые щиты

О Русская земля! уже ты за холмом!

А Игорь к Дону воинов ведет!

Солнце ему тьмою путь заступало;
Ночь стонами грозы птиц пробудила;
свист звериный встал,
встрепенулся Див -
кличет на вершине дерева

Оба мы - Святославичи!

Кони ржут над Сулою -
звенит слава в Киеве;
трубы трубят в Новгороде -
стоят стяги в Путивле!

Лучше ведь убитым быть, чем плененным быть

Тяжко, братья, голове без плеч,
Горько телу, коль оно безглаво.

А отец наш Феодосии дни и ночи молил Бога за христолюбца Изяслава и в ектении велел упоминать его как киевского князя и старшего надо всеми, а Святослава — как мы говорили, против закона севшего на престол — не велел поминать в своем монастыре. 

А блаженный с радостью выслушивал их укоры, постоянно помня слово Божье, которым утешал и подбадривал себя: «Блаженны вы, — говорится, — когда порицают вас, когда поносят вас словом грубым, клевеща на вас за приверженность ко мне. Возрадуйтесь и возвеселитесь в тот день, ибо ждет вас за это награда великая на небесах».