Я - легенда. Путь вниз

И вдруг он понял: это же я не в норме, а не они. Норма — это понятие большинства. Стандарт. Это решает большинство, а не одиночка, кто бы он ни был.

Книги - вот все, что осталось от интеллекта планеты. Записки слабоумных. Пережитки прошлого. Сочинительство писак. Все это оказалось не в силах спасти человечество от гибели.

Как реагировал бы на крест вампир-мусульманин?

В искаженном мире искажается все - в том числе и юмор.

Норма - понятие большинства. Стандарт. Ее устанавливает большинство, а не одиночка - кто бы он ни был (Роберт Нэвилль)

Круг замкнулся. Гибель рождает террор. Террор рождает страх. И этот страх будет осенен новыми предрассудками… Так было, и так пребудет вовеки… и теперь…

Я — легенда.

Чувство - это такая штука, которая, однажды умерев, навряд ли воскреснет.

В конце концов, мораль погибла вместе с цивилизацией. Иной мир - иная этика.

Кое-что можно послать к чертям, но только не здоровье.

Как можно противостоять чему-либо, не поверив в него?

Мужчина, если надо, может приспособиться к чему угодно.

Когда-то я считал, что птицы поют тогда, когда в этом мире всё в порядке. Теперь я знаю, что ошибался. Они поют оттого, что они просто слабоумные.

Чувство — это такая штука, которая, однажды умерев, навряд ли воскреснет.

Даже то, что кажется очевидным, не всегда оказывается правдой, если тому нет адекватных доказательств.

Как быстро мы приемлем невообразимое, если видим это раз за разом своими глазами.
*
Как реагировал бы на крест вампир мусульманин?

Как быстро мы приемлем невообразимое, если видим это раз за разом, своими глазами.

Погибнуть, - подумал он, - не ощутив полноты наслаждения жизнью, не познав счастья в объятиях любимого человека. Погрузиться в коматозный сон, чтобы умереть, - или, может быть, вновь ожить, только ужасным, безумным, бесполым, бродячим существом. И никогда не познать, что значит любить и что значит быть любимым. Это похуже, чем стать вампиром.

Несмотря на то, что все эти годы он жил бок о бок со смертью, ходил по проволоке над пропастью, в которой его поджидала смерть, зубами выцарапывал себе право на жизнь, то и дело лишь по воле случая избегая неминуемой гибели, несмотря на это, разум его был не готов. Он не был готов принять смерть.

Всякое новое государство в начале своем бывает примитивно.

Кое-что можно послать к черту, но только не здоровье.

Норма - понятие большинства. Стандарт. Ее устанавливает большинство, а не одиночка - кто бы он ни был.

Что может быть унизительнее для человека, чем быть предметом жалости. Можно стерпеть ненависть, обиду, гнев, самое жестокое наказание, но жалость - никогда. Если человек становится достойным жалости, он обречен. Жалость - это участь беспомощных созданий.