Коненков

Книга посвящена выдающемуся ваятелю XX века Сергею Тимофеевичу Коненкову, художнику, связавшему современность с традициями русской национальной культуры.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,8

5 оценок

5
20%
4
40%
3
40%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 6Хотят прочитать 21

Рецензии

ToPa_jan
23 июня 2024
Есть ли бог или его нет?
Сергей Тимофеевич вырос в деревне в Смоленской области. Он тянулся к образованию и имел дар художника. Его родной дядя смог отпраить его учиться в гимназию, в Рославль, а потом и в школу исскуств в Москве.
Учеба ему нравилась, он был всецело ей поголощен. Но без денег жилось очень тяжело.
Это социальное неравенство и сформировало его взгляды. Он встал на сторону революции, чтобы поддержать своих, крестьян.
Он активно участвует монументализации революционного движеня. Его настенный памятник, посвященный жертвам революции открывает лично В.И. Ленин на Красной площади. он входит во всевозможные художественные комитеты.
Нужно обратить внимание, что книга издана в СССР, во время, когда еще был ценз. Поэтому видна яркая приверженность Конненкова к революции и революционерам.
Но на деле, кажется что не совсем так. Великий скульптор Коненков уезжает жить на более чем 20 лет в США. Там может сделать только человек разочарованный результатами революции.
А разочаровываться было чем. К власти приходит тот самый рабочий класс, которому до исскуства нет дела совсем. Приходят чекисты, которые экспроприируют все у людей имущих. Уничтожая и выравнивая достижения русского народа.
Мноогие в то время уехали за границу: Шаляпин, Рахманинов, др.
Коненков поддерживал связь с СССР все время, когда был за границей.
И ему удается вернуться на родину, причем даже и получить поддержку. Странно, что возаращается он после окончания войны.
Есть мнение, что его супруга была разведчицей и активно помогала передавать информацию по Манхетенскому проекту в СССР.
В США они Коненковы были управляющими фонда помощи для СССР.
У Коненкова были двойные жизенные стандарты. с одной стороны он за равноправие и справедливость, но с другой ему нужны деньги и влияние, чтобы помогать другим, чтобы он был в центре внимания.
Об этом говорит и поступок, когда он выполнял работу за большое вознаграждение у мецената и участвовал в революционном движении.
Когда он полностью поддерживает революцию и уезжает в США.
Всегда решает свои вопросы с мастерскими и выставками через личные связи, а это уже не равенство.
А есть ли бог? На этот вопрос отвечает, что нет. Но, почему-то кажется, что на самом деле верит в него. А так говорит, потому что живет в СССР.
Каким бы дуалистом не был Сергей Тимофеевич, он безусловный талант. И внес большой вклад в развитие нашей страны. То, что он лепил наших классиков: Пушкина, Достоевского, Чехова и др. помогло их популяризировать. Можно сказать, он не дал нам их забыть. И во многом это его заслуга. Потому что в России после очередной смены режима все старое критикуется и забывается. Но Коненков не дает стереть из памяти нашей великих поэтов, писателей и деятелей культуры наших!
Читать далее
4 понравилось
0
125
JohnMalcovich
2 апреля 2020
«Кривое не может сделаться прямым, и чего нет, того нельзя считать» (Екклесиаст 1:15 – Еккл 1:15)
«Микеланджело навсегда стал для меня путеводной звездой в творчестве»

Автопортрет из мрамора
Сергей Тимофеевич Коненков, скульптор.
В младенческом возрасте он страдал от болезненных судорог. В простонародье эту болезнь называли «родимчик». В какой-то степени эта болезнь, вероятно, сказалась на его творчестве. Но об этом позднее. Пока же, читая повествование о становлении Сергея Тимофеевича как личности, можно даже получать какое-то удовлетворение от того, что человек это, согласно опять же повествованию, предстает настоящим и талантливым, ищущим себя в искусстве homo sapiens. С детства все прочили ему дорогу художника. В гимназии он самостоятельно изучал латынь и даже читал в оригинале Юлия Цезаря. Позднее, будучи в Италии, знание латыни помогло ему освоить и итальянский язык. Когда он увлекается скульптурной лепкой, то Коненкову не приходиться изучать разные приемы лепки и законы построения формы – все это было заложено в нем от природы. Так пишет автор книги и почему-бы ему и не верить. Сергей Тимофеевич посещает все рисовальные и научные классы. Целых три года он изучает анатомию в университете. «Совершенное знание анатомии человека уже в скором будущем даст ему возможность во имя большой правды искусства поступаться мелочной правдой буквального следования натуре. Он, зная во всех тонкостях строение человека, мог допускать самые смелые деформации форм, не теряя при этом чувства гармонического согласия частей.» Так снова утверждает автор книги и мы снова верим ему. Первую работу Коненкова приметил на ученической выставке врач-невропатолог Семен Яковлевич Уманский и купил его «Старика на завалинке». Затем ему поручали лепить кариатиды для фасада дома чаеторговца Перлова на Мещанской улице. А весной 1896 года Коненкова посылают за границу на учебу. Посылают на средства мецената П.М. Третьякова. Тут уже начинаем чувствовать какой-то подвох, когда читаем о том, что смыслом посылки российских студентов за границу было обязательное требование перенимать стили и направления западных мастеров и копировать их, а точнее – просто подражать тем. Нельзя, никак нельзя русским талантам прыгать через голову Микеланджело. Его голову можно только благоговейно вылепливать и, желательно, из заграничного же материала… Сам историк Ключевский дает рекомендательное письмо Коненкову к представителю русской православной церкви при – не удивляйтесь только – самом Ватикане. Представитель русской церкви, дьяк Флеров, сводит Коненкова с нужными итальянцами, среди которых и известные художники. После этих контактов, сам Коненков признается в том, что после его посещения Рима и Флоренции «Микеланджело навсегда стал для меня путеводной звездой в творчестве». В Италии он изучает методы работы местных мраморщиков. По возвращению на родину, Сергей Тимофеевич все делает «по уму»: устраивает свою мастерскую с мягким северным, верхнебоковым светом. В крыше с северной стороны – большое окно. Внутри стены сарая побелены. Но несмотря на эти премудрости у Коненкова хватает недоброжелателей. Его так и не взяли в преподаватели в академию. На эту должность взяли Паоло Трубецкого, который и не думал преподавать, а работал над «важнейшей» композицией – «Л.Н. Толстой верхом на лошади». Коненкову позволили присутствовать при этом таинстве, или святотатстве и любоваться Толстым. Тот, кстати, даже перебросился парой слов с Коненковым. Академия выпускает Коненкова в жизнь внеклассным художником, то есть без высшего образования. За высшим образованием необходимо ехать в Петербург. И вот в Петербурге Коненков знакомится с неким Александром Колпинским, тем самым товарищем, который выпустил в свет первые рассказы товарища Горького. И вот начинают эти товарищи из стаи – а Горький частенько останавливался в доме Колпинского – промывать мозги Коненкову. И вскоре Коненков для конкурса соискателей золотой медали Академии Художеств начинает лепить образ бунтующего Самсона. Мифологическую историю Коненков извращает в пророческое предсказание русской революции. И лепит вот это:

И спрашивается: для этого надо было три года изучать анатомию человека, учиться в Италии и так далее??? А дальше, продав душу Горькому, Коненков становится «звездой» на тусклом небосводе большевизма. Его статую рекламируют среди студентов-бунтарей, затем используют в качестве надгробий и символов убиенных царизмом борцов с деспотизмом. Сергей Тимофеевич сам не брезгует «барыжить» оружием и дружить с убийцами жандармов. Подтягивается и другой персонаж серии ЖЗЛ, А.И. Куприн и пишет статью о том, что в произведении Коненкова искусство согласовывается с революцией. Ну, в общем, началась раскрутка скульптора по полной программе. Кого только не лепит Коненков: и Достоевского, и Добролюбова и самого царя Ленина…
Мерзостно, но этот пророк русской революции, параллельно соглашался на предложения архитектора Щусева, который предложил ему ни много, ни мало: вырубить статую Христа для распятия для одной из церквей.
А апофеозом творчества Коненкова стала мемориальная доска павшим в борьбе за мир и братство народов. Сия доска была торжественно открыта Лениным. Коненков даже изготовил коробочку для ножниц, которыми Ильич разрезал ленточку. Коробочку эту, опосля торжественного открытия, Ленин в музей приказал отдать.

И посыпалась на голову Коненкова слава. И заказы от большевиков. К слову сказать, доска эта была выполнена Коненковым на совесть. Когда в 1948 году комендант Кремля приказал доску демонтировать, то понадобились чрезвычайные усилия – такими прочными оказались материалы, из которых Коненков слепил памятник борцам за революцию. Лепил он многих, со знанием дела Согласовывая свое искусство с идеями большевиков, Сергей Тимофеевич «творил» кривое зеркало реальности, забыв о том, что «Кривое не может сделаться прямым, и чего нет, того нельзя считать»
Аминь!

Читать далее
1 понравилось
0
203