В ноябре 1929 г., после разнообразных неприятностей, восходящих ещё к долетнему периоду (регулярно срывавшиеся любовные приключения, пьяные скандалы, кровавые подтеки на руках от укусов женщины, в которую я когда-то был влюблён, ночная пьянка после которой, не добившись своего с американской чернокожой танцовщицей, я завалился в 5 часов утра к своему другу и стал требовать у него бритву, намереваясь – скорее, всё-таки для виду – себя кастрировать, на что друг ответил, что бреется безопасной бритвой), я осознал, что во всём этом есть что-то болезненное, и решил пройти курс психоанализа.