«Ключ». «Бегство». «Пещера». Трилогия

Как же я расстроилась, когда поняла, что в книге открытый финал и что есть продолжение! Не люблю такие сюрпризы :) Хотя, я знала, что это трилогия, но не думала, что книга может так оборваться. Что называется "на самом интересном месте". Придется читать продолжение, деваться некуда :)

А вообще, мне понравилось!
Во-первых, книга написана очень приятным языком. В ней масса замечательных цитат. К примеру:

Во-вторых, мне очень понравился стиль и идея книги. Первую часть книги я вообще думала, что это чистый детектив. Расследование убийства, допросы подозреваемых, следствие. Ближе к середине перед нами стали раскрываться люди - главные и второстепенные действующие лица и их семьи. А к концу всё рухнуло в революцию и вообще конец света...

В-третьих, тут есть место отличном тонкому юмору. Правда, он иногда какой-то грустненький, что-ли. Но всё равно очень приятный.

В-четвертых, книга интересна с психологической точки зрения. Тут отличные герои повествования, которые раскрываются перед нами с разных сторон. Очень интересно за ними наблюдать по ходу действия.

И в-пятых, полезно с исторической точки зрения.

Рекомендую! Но нужно понимать, что придется читать всю трилогию, иначе неполная картина получается.

Очень стильное и необычное произведение автора-эмигранта. Как и у всех, потерявших Родину,в его книге мы видим тоску по ушедшему, по невозможности вернуться, но не жестокую безнадежно-ядовитую тоску, а осознанную, лирически-фаталистическую. Этот настрой проявляет в новом свете героев, их действия и фоновые события перед "грозой" 1917 года. Прекрасный язык произведения дополняет удовольствие от чтения. Автор вводит нас в Петербург юридический, в город блестящих умов и непревзойденных ораторов, где каждый первый интересуется политикой, а каждый второй - литературой и искусством. Город, где живут люди, тревожно ощущающие предвестие чего-то мрачного, но ждущие чуда и "авось все сложится хорошо". Для пущей интриги, да и для введения в необходимые автору слои общества сюжет завязан на преступление. Еще б немного, еще б чуть-чуть и мы бы получили превосходный ретро-детектив, завязка для него была очень многообещающей. Но автор очень тихонько, почти незаметно, шажочек за шажочком уводит нас в сторону от детективного расследования как такового, наводя ракурс на более широкую панораму. Так мы узнаем как жили следователи, адвокаты, их семьи, знакомые. Чем жили, чем занимались, как организовывали досуг, какие условности их сковывали, как сказывался дух эпохи на их жизни. Автор обволакивает словами так, что создается достоверный эффект присутствия, как при рассуждениях состоявшихся людей средних лет и среднего класса, так и при вращении среди молодежи - в меру размеренности, в меру легкомыслия, в меру глубины. Герои в книге разноплановые, с разным жизненным опытом и уровнем развития, но все они принадлежат к одному примерно слою общества - от убитого банкира, до следователя по его делу. Мне показались наиболее интересными Федосьев и Браун, антагонисты и каждый с сильным характером, к остальным симпатия менялась на протяжении книги по разному. Заканчивается книга очень символично (сразу аналогия всплыла про пир во время чумы, и огонь еще этот, тоже почти библейская аллегория), я было даже посетовала на открытый финал и стала придумывать у кого как судьба сложилась после 1917 года (начиная от Муси в ватнике у буржуйки, заканчивая печальным концом восторженного Вити, отчего-то мне кажется что такой не выжил бы). И тут я увидела, что есть продолжение! Это же чудесно, теперь обязательно надо сравнить наши с автором версии на сколько они совпали в прогнозах.
Итог: еще один прекрасный русский автор, которого мне подарил этот год. К прочтению обязателен. Только яти эти в моем экземпляре очень мешали читать быстро, спотыкаешься на каждом втором слове с непривычки.

Вряд ли возможен объективный рассказ о русской революции в художественном произведении. Тем ценнее иметь несколько качественных книг, которые позволяют взглянуть на этот период нашей истории в разных ракурсах и глубже его постичь. К числу таких (немногих) книг и относится трилогия Марка Алданова.
В «Бегстве» продолжается история героев первой части трилогии, для многих из них она сложится не лучшим образом, а нескольких к концу книги мы не досчитаемся… Что не удивительно: свершился октябрьский переворот, в Петрограде торжествуют невежество, хамство и насилие. Революционный народ дорвался до дворцов и теперь с тупой завистью жаждет тех же удовольствий, что имели их прежние обитатели. Большевиков автор изображает мало, но зато не жалеет при их описании чёрных красок. Коммунисты у него – наглые, ограниченные и преступные бесы, которые не имеют собственного мнения и во всём полагаются на руководящие указания партийных вождей.
Впрочем, Алданов не слишком жалует и господ либералов, представляя их в сатирическом ключе. Дореволюционным либералам становится неловко за свои прежние «левые» взгляды, и они с готовностью становятся контрреволюционерами, оставаясь при этом всё теми же болтунами, да ещё без малейшей привычки к конспирации. Между тем чека не дремлет, набирает обороты красный террор, сметая без разбора и действительных, и мнимых заговорщиков. Всё больше бывших буржуев покидает Россию: кто из них устремляется на юг, в «Белое движение», кто – на оккупированную немцами Украину, а кто – просто удирает из страны в разные европы.
Попутно все спорят о том, кто же просвистел матушку-Россию… Продолжают свою интеллектуальную битву и господа Браун и Федосьев, которых судьба на время свела в одну упряжку. Бывшему жандарму по-прежнему любопытно, кто же убил господина Фишера, но циничный учёный так и не доставил ему желаемого удовольствия…

Роман о русской революции, для большей занимательности замаскированный под детектив. На самом деле Марк Алданов показывает читателю довольно широкий срез русского общества накануне февральской революции 1917 года. Среди персонажей книги нет известных исторических личностей, а если каждый образ имеет свой прототип (что сам автор отрицает), я не стану его искать: здесь это не важно. Более ценной является созданная автором предреволюционная атмосфера, которую так или иначе - с надеждой, страхом или сомнениями - ощущают герои романа. Интересны и мысли, которыми обмениваются персонажи. Некоторые актуальны и сегодня, как, например, вложенные в уста начальника политической полиции Федосьева:

Наиболее любопытные страницы книги связаны, пожалуй, с противостоянием Федосьева и Брауна. Так и ждёшь, что вот-вот детективная интрига романа подойдёт к развязке, но… не тут-то было. И в самом деле: что там убийство какого-то миллионера, когда на Россию надвигается гроза?..
Пошёл читать вторую книгу трилогии – «Бегство».

Марк Алданов (1886-1957) — один из лучших русских прозаиков первой половины XX века. Творчество Алданова высоко ценили его знаменитые современники, имена которых давно принято предварять эпитетом "великий" — Иван Бунин и Владимир Набоков. Однако широкой, что называется, публике Алданов известен куда меньше. Что, на мой взгляд, довольно странно — Алданов отнюдь не является формалистом-экспериментатором, который упражнялся в зауми или модернистских вывертах. Его книги весьма и весьма увлекательны (литературный кумир Алданова — Лев Толстой).

Лучше всего тему трилогии Алданова "Ключ. Бегство. Пещера" передает отрывок из стихотворения другого выдающегося русского эмигранта, Георгия Иванова:

"Невероятно до смешного:
Был целый мир - и нет его.

Вдруг - ни похода ледяного,
Ни капитана Иванова,
Ну абсолютно ничего!"

Россия накануне февральской революции. Мы наблюдаем жизнь нескольких семей, которые сами создают свое счастье (то есть не дворяне и не богатые наследники). Глава одной семьи — успешный адвокат, другой — следователь. Хорошие дети, налаженный быт, планы, надежды, стремления — в общем, спокойное обывательское счастье (на всякий случай замечу, что слово "обыватель" для меня ни в коем случае не ругательное). Единственное отклонение от нормы — странное убийство и следующая за этим детективная история, которой с разных сторон занимаются следователь и адвокат. Но тут случается февраль 17-го, и постепенно налаженная жизнь начинает давать сбои. А после октябрьского переворота эта уютная, в общем-то, жизнь вдруг как та Россия, о которой писал Василий Розанов, "слиняла в три дня". У Алданова в первых двух частях трилогии подробнейшим образом показан процесс этой ужасающей линьки. Следователя без предъявления обвинения сначала сажают, а потом как-то буднично расстреливают, а адвокат бежит на Украину, где еще есть относительная свобода и даже какая-то опереточная политика. Потом и туда приходят красные, и адвокату приходится бежать в Европу. Третий роман трилогии повествует о довольно печальной жизни героев (в частности, — детей адвоката и следователя) в эмиграции. Во всех трех романах присутствует еще один персонаж, альтер-эго автора — сотрудник царской секретной службы, который после переворота пытается бороться с большевиками, а потом тоже эмигрирует. Эволюция взглядов этого персонажа на происходящее — отдельная сюжетная линия. К слову, эта тема напомнила размышления героев-антагонистов Б. Акунина из фандоринскогор цикла.

Вторая книга трилогии отличается более пронзительным настроением. Если в первой мы только предчувствовали нечто надвигающееся и тревожное, то в этой книге герои находятся в эпицентре урагана. Говорят в эпицентре тихо, но невероятно опасно, так и тут. Все умом сознают, что произошло непоправимое, и дальше ничего хорошего ждать не нужно, но сердцем сопротивляются этому знанию. Этот диссонанс звучит в каждом по своему. Но автору удалось передать его буквально в каждом персонаже. Либеральная инертность, ненавистная им самим, не может смениться пламенной активностью ибо нет катализатора, того активиста, который смог бы всех "зарядить". Этот настрой ощутим с первых страниц. И невольно думается, что осуждение совершенно неуместно, если бы нас сейчас в те условия, вряд ли мы повели бы себя блестяще и сразу бы адаптировались. Дворяне, адвокаты, мещане и их иждивенцы - сложно им перестроить свой образ мыслей, свои ориентиры, заставить не жить прошлыми ценностями и убеждениями. Молодежь живет благоглупостями, не желая серьезно задуматься о будущем (Муся и компания), чиновники, потерявшие места, как-то не пытаются устроиться или заняться каким-либо делом... И не кому их встряхнуть как пыльный коврик и сказать, соберитесь, вы сейчас и именно сейчас теряете не только надежду, Но шанс на корректировку будущего страны. Одни сидят и втихомолку мечтают чем займутся "когда кончится война", вторые думают о сиюминутных развлечениях и не знают цену деньгам (вот папа еще пришлет, ага, сейчас).
И потихоньку начинают приспосабливаться, некоторые успешно, другие так и не могут переломиться.
В книге показан сложный период, когда грань между сословиями уже истончилась, но еще ощущается. И тем и другим трудно переделать себя, переступить, оставшись человечными не теряя достоинства.
Сам заговор, и его участники полные еще идеалов, (как говорят - побеждает тот, кто готов зайти на шаг дальше противника), эти - не показали себя готовыми. Они сами как-то без запала, все через философствования, туман выспренних слов. И не совсем верна аннотация - не все выедут за кордон, не все окажутся за границей. Между тем автор вполне добр к героям своим - лишений в меру, трагичности тоже, не через край, не взахлеб. Аккурат чтобы ощутить безграничную тоску по безвозвратному. Аккурат чтобы подтвердить, что когда гибнет что-то такое привычно-незыблемое, оно так пронзительно прекрасно! И задуматься над извечным "если бы..". Да, если бы одни не жили только завтрашним днем, а другие вчерашним благополучием, то не пропустили бы шанс передвинуть линии силы в настоящем, в теперешнем...
Замечательное продолжение истории столетней давности! И как же быстро читается текст, не перегруженный устаревшими "ятями", так же быстро, как и летят события книги! Хорошо, что есть продолжение, автор превосходно расставляет акценты и передает ощущения того времени. С надеждой на такое же стильное продолжение завершаю рецензию и бегом читать третью часть.

И снова декорации сменились. Сменилось и звучание книги, ее интонации и ощущения. Господа, мы в эмиграции! Да, господа, как англичане в семнадцатом, а французы в восемнадцатом веке.. И вот мы, господа, люди без родины, люди с богатым прошлым и без будущего.. Так ли это? Живуч, живуч человек, устроится всяко удобно, если постарается... В начале книги мы в Париже, встречаем старых знакомцев, не поверженных тяготами быта и бедности, приспосабливающихся и (ничему жизнь не учит) все рассуждающих о политике - яростно и безапелляционно. И снова мне кажется, что добр автор к своим героям, нет чувства тяжелейшей безысходности, чернейшей тоски, невыносимых тягот, все шуршат, крутятся, устраиваются. В этой книге ничего не происходит и происходит бесчисленное множество событий. Вот так противоречиво, да. Люди общаются, ревнуют, сходятся близко со старыми знакомцами, бывают на знАчимых собраниях и съездах, даже не интересуясь в сущности их политической важностью. Организуют похороны с кремацией и черствым любопытством, посещают боксерский поединок, морской курорт и прочее, прочее. И при этом все человечное блекнет, оставляя вялотекущее описание. Вот кого мне было жаль, так это Мусиного англичанина, который в принципе делал все возможное для приличных отношений, но его старания пропали втуне. Он по-хорошему мог еще в Питере бросить эту девчонку и сделать более удобную для себя партию. И "рельефный" характер самой мадам Марии Семеновны, описанный так в послесловии, показал только превращение от избалованной и легкомысленной но приятной и доброй пустышки в циничную эгоистку, раздраженную и не желающую строить благополучную семью. Хоть и сама вроде корила себя за это, но ничего не предпринимала однако. Героев поштормило при этом хорошо, в сущности за три года, прошедшие за время от первой до третьей части, каждый из них изменился, впитал условия времени, но каждый по-своему. Федосьев и Браун встретятся нам и в этой книге, и расстанемся мы с ними по-разному. И узнаем мы про Фишера наконец. И про книгу, написанную Брауном. И про то, как проходит жизнь оставшихся в раздираемой гражданской войной России героев. Так что будет возможность и сравнить и подумать над выводами.
Этот роман содержит множество философских отступлений и полон символичных отсылок, прекрасно отражает состояние тех людей, оказавшихся в разных условиях, но объединенных проблемой состояния эмигрантов. Прекрасное завершение трилогии.

Это третья, последняя часть трилогии и поэтому возникло сожаление, что подошло время расставаться с героями романа. И это довольно удивительно, потому что вчитываясь в ее первую его часть "Ключ" с уголовным началом не без труда я уговаривал себя, что надо дочитать до конца. Интерес к событиям и героям во второй части "Бегство" с описанием политического заговора возрастал по мере того, как становилось понятно что произведение с непривычной для российских читателей стороны раскрывает историю предреволюционных лет, судьбы людей, как сегодня бы сказали, "среднего класса". Возрастанию интереса способствовали и размышления героев и их оценки происходивших событий. Правда следует отметить, что внутренняя связь "Пещеры" с первыми двумя частями довольно слаба. Хотя роман был написан в тридцатых годах прошлого века, он вполне современен и представляет интерес для российского читателя.

Князь Горенский, член Думы, либерал, который борется с миром царского "кнута и мракобесия", после октябрьского переворота остается без крыши над головой, а затем по случайности оказывается на большевицких танцульках в собственном, но отнятом тупицами в кожанках доме и встречается со своим "избавленным от ига" кучером. Откуда эта иронично-печальная история? Это из трилогии эмигранта Марка Алданова.

Я уже давно мечтал об умном нормальном романе (т.е. в традициях нормальной человеческой литературы, а не той, что в огромном, достойном иного примения количестве поставляли тогдашние авторы) про революцию; и я его нашел! Хоть и звучит его описание оксюмороном, но это действительно так -- умный, ироничный, изобретательный, отрезвляющий, вегетарианский, местами очень смешной, а в целом печальный, причем не один, причем написанный русским автором роман про нашу революцию. Упоительно радостная находка! Нет, в самом деле, нечасто найдешь воистину умный (!!) роман, написанный хорошо и даже чересчур хорошо, а тем более про русский XX век: звучит восхищенный крик "Кто-то это все-таки сделал!".

Кстати, ум Алданова обоюдоострый, что удивительно и редко: любая журналистика-публицистика-литература стремится к "своему углу", соборности, пропаганде, горлопанству, проповеди, а позиция тактичного наблюдателя считается как бы второсортной, чистоплюйской, хотя, собственно, это и есть, в сущности, задача писателя. В трилогии Алданова достается -- как вот в случае и с вышеназванным князем -- не только и не столько тупоумному большевизму, но и "прогрессивной общественности", такой справедливой, такой имеющей идеалы, такой бестолковой. Удивительно, что Набоков со своим, скажем, "Даром" (которым в юношестве я упивался, как бражник -- нектаром) кажется мне гораздо более пошлым, плоским, бессмысленно-усложненным стилистически и даже (не бейте) более близким к ненавистному соцреализму, нежели его менее удачливый современник и друг Алданов, -- вот ведь тоже ирония.