Ваша оценкаРецензии
ilarria12 марта 2018Читать далееВсе, прочитанное в книге, говоря простым языком, принято к сведению. Потому как, лично мне,как человеку, определившему самостоятельно свой выбор в религиозном отношении, чуждо мировоззрение протестантов, в частности, последователей Реформации, Лютера, Кальвина.
Книга достойна уважения. Великолепный труд Великого человека ХХ века, в котором автор трактует Евангелие в свете протестантской теологии. Для себя сделала вывод, что вера для меня не есть путь интеллекта и разума. Вера есть путь сердца. А мое сердце принадлежит Восточной Православной Церкви. Поэтому и воспринимаю, сравниваю написанное с этой точки зрения просто необходимую в своё время проповедь о Христе от Дитриха Бонхёффера как "суховатую" и рационалистичную. Мне кажется, я бы не смогла прийти ко Христу через эту проповедь. Однако, учитывая условия, в которых она создавалась, и личность проповедника, книга ценна,особенно если своими словами автор привёл ко Христу множество людей.
Не жалею, что познакомилась с трудом немецкого теолога,но больше заинтересована в его антифашистской деятельности. Планирую обязательно узнать о жизни немецкого мыслителя в книге Э.Метаксаса "Дитрих Бонхеффер. Праведник мира против Третьего Рейха. Пастор, мученик, пророк, заговорщик".
20 понравилось1,8K
Krysty-Krysty2 июля 2014Читать далее“Хождение вслед” Бонхёффера – экстракт христианства. Узкий путь, который не оставляет маневренности для самооправдания, двуличия, компромиссов.
Путь от призыва идти за Христом
Юноша искал ответа на свой вопрос. Ответ гласит: Иисус Христос.
...хождение вслед Христу — это не особая заслуга избранных, а божественная заповедь всем христианам.Через понимание его заповедей (значительная часть книги – объяснение Нагорной проповеди)
С человеческой точки зрения, Нагорную проповедь можно понимать и толковать бесчисленными способами. Иисус признает лишь одну возможность: просто пойти и повиноваться.
"Блаженны чистые сердцем, ибо они смогут увидеть Бога". Кто чист сердцем? Лишь тот, кто до конца отдал свое сердце Иисусу, чтобы лишь Он в нем царил; кто не запятнал своего сердца ни злом, ни даже собственным добром. Чистое сердце — это простое сердце ребенка, не знающего о добре и зле, сердце Адама до падения, сердце, где царит не совесть, а только воля Иисуса.
Через простое послушание Ему
Иисус сказал бы: кто тебя ударит по одной щеке, подставь ему и другую; а мы бы поняли: именно в битве, именно в ответном ударе и может вырасти настоящая любовь к брату. Иисус сказал бы: ищите прежде всего Царствия Божьего; мы бы поняли: естественно, сначала нам надо искать всего остального. А иначе как же нам жить? Ведь имеется-то в виду просто окончательная внутренняя готовность всё отдать ради Царства Божьего. Повсюду то же самое: сознательная отмена простого, буквального послушания.
...Отец говорит ребенку: иди спать! — и ребенок понимает, о чем речь. А ребенок, вымуштрованный лжетеологией, рассуждал бы так: отец говорит: иди спать. Он имеет в виду, что я устал; он не хочет, чтобы я уставал. Я могу справиться с усталостью, если пойду играть. Значит, хотя отец говорит: иди спать! — он на самом деле имеет в виду: иди играть.Через принятие Креста
Пусть христианин остается в мире. Не ради богоданных благ мира и даже не из-за своей ответственности за ход дел в мире, но ради тела вочеловечившегося Христа, ради общины. Пусть он останется в мире ради прямой схватки с миром, пусть он живет своей "внутримирской жизнью долга и призвания", чтобы стала вполне зрима его "чуждость миру". Но это может произойти только благодаря зримому членству в общине. Противоречие с миром нужно внести в сам мир. Потому Христос стал человеком и умер среди своих врагов.Через рисунок идеальной Церкви – Тела Христова –
до упорядочения отношений с “братом”, общиной, миром
Суд — недозволенная рефлексия о другом. Он разлагает простую любовь... Судя, я слеп и к своему собственному злу, и к милости, дарованной другому. А в Христовой любви ученик знает о всякой мыслимой вине и грехе, ибо знает о страданиях Иисуса Христа, — и в то же время любовь узнаёт в другом того, кто был с креста прощен. Любовь видит другого в свете креста, и потому она действительно зряча. Если бы, когда я сужу, мне действительно важнее всего было истребить зло, то я искал бы зло там, где оно мне, собственно, и грозит, — в себе самом. А когда я ищу зло у другого, то сразу ясно, что я ищу еще и своей правоты, что, судя другого, я хочу остаться безнаказан в своем собственном зле.
...пусть плоть узнает в ежедневном и чрезвычайном навыке и дисциплине, что своих прав у нее нет.
Это лживая гордыня и лжедуховная страсть ветхого человека, желающего стать святым помимо видимой общины братьев. За смирением такой погруженности в себя кроется презрение к телу Христову — к зримой общине оправданных грешников. Презрение к телу Христову — ибо Христу было угодно зримо принять мою плоть и вознести на крест; презрение к общине — ибо я хочу святости для себя помимо братьев; презрение к грешникам -ибо я ухожу от греховного образа моей Церкви в самовольно избранную святость. Освящение вне видимой общины - это самоканонизация.Лично для меня эта книга стала определенной апологией протестантизма. Всегда смущала реформатская (хотя разве многие православные не думают так же?!) уверенность: ты уже спасен, а значит, все равно, как живешь. Введение Бонхёффером понятий дешевая милость и дорогая милость ставит все на места. Дешевая милость (псевдомилость), к которой не устает призывать этот мир: живи как хочешь, Бог хороший, все прощает. Дорогая милость (настоящая): Бог простит, ведь ты пойдешь за Ним и ни за что не свернешь с Его пути, не нарушишь ни одного Его слова.
Хождение вслед Христу – не сухой набор ежедневных правил, выполнив которые ты можешь быть свободен от думания и этического выбора, а ежеминутный этический выбор, искание Христа и многократное исповедание Его.
Мне кажется, эта книга будет очень полезной и вдохновляющей для тех, кто уже знаком с Христом. Она не заменит Евангелия и не расскажет об особенностях той или иной конфессии – она внеконфессиональная.
Нельзя забывать и того, что написанное в книге автор утвердил собственной жизнью, заплатив “дорогую цену”.Тое самае па-беларуску:
“Хаджэнне ўслед” Банхёфера – экстракт хрысціянства. Вузкі шлях, які не пакідае манеўранасці для самаапраўдання, двудушнасці, кампрамісаў.
Шлях ад закліку ісці за Хрыстом
Юноша искал ответа на свой вопрос. Ответ гласит: Иисус Христос.
...хождение вслед Христу — это не особая заслуга избранных, а, божественная заповедь всем христианам.Праз разуменне Яго запаветаў (значная частка кнігі – тлумачэнне Нагорнай казані)
С человеческой точки зрения, Нагорную проповедь можно понимать и толковать бесчисленными способами. Иисус признает лишь одну возможность: просто пойти и повиноваться.
"Блаженны чистые сердцем, ибо они смогут увидеть Бога". Кто чист сердцем? Лишь тот, кто до конца отдал свое сердце Иисусу, чтобы лишь Он в нем царил; кто не запятнал своего сердца ни злом, ни даже собственным добром. Чистое сердце — это простое сердце ребенка, не знающего о добре и зле, сердце Адама до падения, сердце, где царит не совесть, а только воля Иисуса.Праз простую паслухмянасць Яму
Иисус сказал бы: кто тебя ударит по одной щеке, подставь ему и другую; а мы бы поняли: именно в битве, именно в ответном ударе и может вырасти настоящая любовь к брату. Иисус сказал бы: ищите прежде всего Царствия Божьего; мы бы поняли: естественно, сначала нам надо искать всего остального. А иначе как же нам жить? Ведь имеется-то в виду просто окончательная внутренняя готовность всё отдать ради Царства Божьего. Повсюду то же самое: сознательная отмена простого, буквального послушания.
...Отец говорит ребенку: иди спать! — и ребенок понимает, о чем речь. А ребенок, вымуштрованный лжетеологией, рассуждал бы так: отец говорит: иди спать. Он имеет в виду, что я устал; он не хочет, чтобы я уставал. Я могу справиться с усталостью, если пойду играть. Значит, хотя отец говорит: иди спать! — он на самом деле имеет в виду: иди играть.Праз прыманне Крыжа
Пусть христианин остается в мире. Не ради богоданных благ мира и даже не из-за своей ответственности за ход дел в мире, но ради тела вочеловечившегося Христа, ради общины. Пусть он останется в мире ради прямой схватки с миром, пусть он живет своей "внутримирской жизнью долга и призвания", чтобы стала вполне зрима его "чуждость миру". Но это может произойти только благодаря зримому членству в общине. Противоречие с миром нужно внести в сам мир. Потому Христос стал человеком и умер среди своих врагов.Праз малюнак “ідэальнай” Царквы – Цела Хрыстовага –
да ўпарадкавання штодзённых стасункаў з “братам”, супольнасцю, светам
Суд — недозволенная рефлексия о другом. Он разлагает простую любовь... Судя, я слеп и к своему собственному злу, и к милости, дарованной другому. А в Христовой любви ученик знает о всякой мыслимой вине и грехе, ибо знает о страданиях Иисуса Христа, — и в то же время любовь узнаёт в другом того, кто был с креста прощен. Любовь видит другого в свете креста, и потому она действительно зряча. Если бы, когда я сужу, мне действительно важнее всего было истребить зло, то я искал бы зло там, где оно мне, собственно, и грозит, — в себе самом. А когда я ищу зло у другого, то сразу ясно, что я ищу еще и своей правоты, что, судя другого, я хочу остаться безнаказан в своем собственном зле.
...пусть плоть узнает в ежедневном и чрезвычайном навыке и дисциплине, что своих прав у нее нет.
Это лживая гордыня и лжедуховная страсть ветхого человека, желающего стать святым помимо видимой общины братьев. За смирением такой погруженности в себя кроется презрение к телу Христову — к зримой общине оправданных грешников. Презрение к телу Христову — ибо Христу было угодно зримо принять мою плоть и вознести на крест; презрение к общине — ибо я хочу святости для себя помимо братьев; презрение к грешникам -ибо я ухожу от греховного образа моей Церкви в самовольно избранную святость. Освящение вне видимой общины - это самоканонизация.Асабіста для мяне гэтая кніга стала пэўнай апалогіяй пратэстантызму. Заўсёды бянтэжыла рэфармацкая (хоць многія праваслаўныя разважаюць надта падобна!) упэўненасць: ты ўжо ўратаваны, а значыць, усё адно, як жывеш цяпер. Увядзенне Банхёферам паняццяў танная міласць і дарагая міласць ставіць усё на месцы. Танная міласць (псеўдаміласць), да якой не стамляецца заклікаць гэты свет: жыві як хочаш, Бог добры, усё даруе. Дарагая міласць (сапраўдная): Бог даруе, бо ты пойдзеш за Ім і ані не збочыш з Ягонага шляху, ані не парушыш ніводнага Ягонага слоўца.
Хаджэнне ўслед Хрысту – не сухі набор штодзённых правілаў, выканаўшы якія ты можаш быць вольны ад думання і этычнага выбару, а штохвілінны этычны выбар, шуканне Хрыста і шмакратнае вызнанне Яго.
Мне падаецца, гэтая кніга будзе вельмі карыснай і натхняльнай для таго, хто ўжо знаёмы з Хрыстом. Яна не заменіць Евангелля і не распавядзе пра асаблівасці той ці іншай канфесіі – яна пазаканфесійная.
Нельга забывацца і на тое, што напісанае ў кнізе аўтар сцвердзіў уласным жыццём, заплаціўшы “дарагую цану”.11 понравилось805
alexbychkov19 октября 2014Читать далееКнига Бонхеффера является довольно непростой и неоднозначной. В данный момент мне не под силу оценить ее в целостности. Для того, чтобы попробовать справиться с такой задачей, мне нужно было бы как минимум прочитать ее еще раз и у меня нет на это времени. Потому я лишь попробую осмыслить и представить одну его идею, изложенную в основном в главе «Призыв следовать».
Речь идет о взаимосвязи веры и повиновения. Бонхеффер отрицает обе следующие мысли, если они идут независимо одна от другой: «Только верующий повинуется» и «Только повинующийся верует». Первая приводит к дешевой благодати, а вторая приводит к законничеству. И та и другая, если их рассматривать отдельно, – суть неверие.
Ведь при таком подходе, у верующего необходимость к повиновению устраняется самим наличием веры. Человек оправдывает себя своей верой и остается в своем привычном мире, со своими привычными понятиями и религией. Таким образом, он сам лишает себя возможности проявить веру и действительно жить верой, следуя за Христом. Тем более такая аргументация отрицает необходимость простого повиновения. Человек остается в своем комфорте и безопасности, которые ему создало учение о том, что лишь верующий повинуется. А это и есть неверие. Это отсутствие следования за Иисусом Христом, а значит и отсутствие Христа вообще.
А у неверующего необходимость к повиновению устраняется осознанием его невозможности за отсутствием веры. Он думает – сначала я должен уверовать, а потом смогу повиноваться. И такой идеей он лишает себя возможности уверовать, оставаясь в неверии. И проблема в том, что и служитель, который проповедует слово, не может помочь таким людям. Их оправдание железно. Одним из них не нужно слово по причине их веры, а другим из них оно не нужно по причине неверия. И так как служитель не может забрать веру у одних и дать веру другим – он остается бессильным.
Второе утверждение «Только повинующийся верует», кажется, дает людям карты в руки. У них что-то есть, от чего они могут оттолкнуться. На основании этого утверждения, кажется, можно разработать стратегию обращения душ к Богу. Повинуйся, как Петр – оставь твои сети и следуй за Христом. Повинуйся, как должен был бы повиноваться богатый юноша – раздай все и следуй за Христом. Повинуйся так, как повиновался сухорокий – выйди на середину и исповедуй свои грехи. В конце концов, повинуйся так, как повинуемся мы – наш орден, наша партия. Прими участие в нашей ученической программе. Но как только мы сделаем этот вывод – «повинуйся и ты уверуешь» мы тут же станем на путь законничества – спасения по делам. Мы тут же сами лишим себя веры и возможности уверовать, потому что мы будем веровать не в Спасителя, а в дела, в наши программы или даже в Библейские примеры повиновения. А это уже неверие.
Как же быть? Какой выход предлагает сам Бонхеффер? Он настаивает, что мы не можем рассматривать эти утверждения отдельно, а потому должны рассматривать их вместе: «Только верующий повинуется и только повинующийся верует». Что это дает нам?
Это дает нам и практику веры, и ее верное осознание. Точно так же как веры не бывает без повиновения, так и повиновения не бывает без веры. Ты не сделаешь даже и одного шага без веры, но ты и не уверуешь, если не сделаешь этого первого шага в вере. Бонхеффер говорит:
Как послушание может быть названо следствием веры, так же точно следует назвать его и предпосылкой верыВ таком случае и служитель имеет способ вывести тех, кто спрятался в безопасности своей веры или своего неверия, своего послушания или своего непослушания в место, где вера может быть обретена или проявлена. Он говорит:
Только верующий послушен – это сказано повинующемуся среди верующих; только послушный верует – это сказано верующему среди повинующихсяОн призовет их к вере во Христа и повиновению Его словам. Перестань оправдываться неверием – начни повиноваться и живи верой, взирая на Христа. Если ты веришь, но не повинуешься, то ты и не веришь. Потому перестать оправдываться верой – начни повиноваться и живи верой, взирая на Христа.
Те, кто не повинуются, потому что не могут, должны веровать и повиноваться верой, взирая на Христа. Точно также тем, кто повинуется и уповает на свое повиновение, рассматривая его самоценно, должно оставить это упование, и взирать лишь на Христа, повинуясь лишь Ему верой. Ведь если они не веруют во Христа, а если они уповают на свое повиновение, то они уже не веруют, то они и не повинуются.
Однако та или иная опасность будут подстерегать нас на всем пути нашего следования за Христом. Как только мы начнем верой упразднять необходимость повиноваться – мы отпадаем от веры. И как только мы начнем своим повиновением упразднять необходимость верить – мы перестаем действительно повиноваться.
Избежать уклонения в одну или другую сторону нам поможет фокус во Христе. Важна не наша вера сама по себе, но наша вера во Христа. Также важно не наше повиновение само по себе, но наше повиновение Христу. Потому, когда Он призывает нас следовать – мы повинуемся и делаем шаг верой и к жизни по вере. Но не они сами привлекают наше внимание, а лишь Христос. И это принципиально. И только это настоящая вера и настоящее повиновение. Бонхеффер пишет:
Рядом с Иисусом уже более нет другого содержания2 понравилось598