Джек Лондон. Собрание сочинений в четырнадцати томах. Том 13

Да, все так и было. Огромное семейство дедушки Таруотера ни в грош не ставило старика. Его планы немедленно разбогатеть в рискованных начинаниях – будь то золотые акции Калифорнии или прииски Патагонии немедленно пресекались родней. Угроза заключения в сумасшедший дом останавливала все действия энергичного старика. Единственное, что его спасло – то, что он отписал все свое богатство детям и теперь признать его недееспособным означало необходимость все вернуть назад, на что дети пойти не могли. Зато они могли безо всякого уважения называть патриарха семьи старым свихнувшимся дуралеем. Такова вполне бытовая и жизненная преамбула рассказа.
А вот дальше перед нами слегка фантастическая, но очень симпатичная история о том, как не имея ни гроша за душой, без собак, снаряжения и теплой одежды семидесятилетний старик добрался до Клондайка. За счет чего – а исключительно за счет расположения к людям, легкого открытого характера и готовности выполнять несложную но такую важную работу – кашеварить, убираться, мыть посуду, заготавливать топливо к костру. И петь дребезжащим фальцетом песенку золотоискателей

Конечно, это сказка, но сказка добрая и поучительная. Как полагается, в ней есть и неприглядный финал тех, кто пытался гнобить старика или обмануть его на пути к золоту, есть и успех тех, кто поддерживал его на этом пути. Есть и совершенно случайно открытые золотые прииски, названные позже "приисками Таруотера" и принесшие владельцу полмиллиона долларов . Кстати, описание этой находки тоже из области фантастики:

Как и финал, когда нежданно разбогатевший дедушка Таруотер самолично задал хороший урок уважения к старикам своему сорокапятилетнему сынку.

Каждую книгу надо читать вовремя. Как я любила в детстве Джека Лондона – не передать. Наш восьмитомник читала взад и вперед, северные рассказы просто обожала, Смок Беллью, Малыш, дедушка Таруотер, Элам Харниш, Белый Клык, в общем все как положено. На этом и стоило остановиться.

А вот дилогию про двух терьеров читала не всю. Как-то странно составители включили в восьмитомник только историю про Майкла, брата Джерри. А с самим Джерри познакомилась только сейчас. И знаете, разочарована. Нет, сам герой – чудесная собака. В той степени, в какой собака может быть чудесной. Отважный, драчливый, сметливый, преданный пес.

Преданный – ну, пока он живет у одного хозяина, он предан ему, меняется хозяин, меняется и преданность. Нельзя требовать от щенка верности Хатико.

Драчливый – ну так его воспитали. Белые – боги, черные – пятый сорт. Никто не ждет от Джерри современной толерантности, да и вообще интересно было бы узнать, издают ли сейчас в Штатах эту книгу, или ее переписали на современный лад:

Сметливый – а здесь ощущается перебор. Слишком очеловечивает автор своего героя. Вот он и разговаривает с одним из своих хозяев, старым слепым Наласу, рассказывает, сколько человек подкрадываются к хижине, кто из соседей прошел мимо… А вот с очередными хозяевами поговорить не удается, им Джерри будет только лишь подпевать. Я бы сказала, что слишком умильно, но как-то не вяжется суровый Джек Лондон и уси-пуси. Но оказывается, можно писать умильные повести и в контексте борьбы за выживание.

Рассказ о быте племени каннибалов, в которое судьба занесла Джерри, показался мне вторичен опять-таки с учетом прочитанных ранее книг Лондона. Все это уже было, обо всем этом я уже читала и тогда это произвело большее впечатление.

Подводя итоги, не скажу, что книга плоха, но пришла ко мне слишком поздно

Уж сколько я "жести" читала и у Кинга и у Паланика, но в этой книге я совершенно не была готова встретиться с такой жестокостью и расизмом. Из недавно прочитанной биографии Джека Лондона узнала, что его мать с детства внушила ему отвращение к людям с чёрной кожей и в "Джерри-островитянине" это заметно. Если эта книга рассчитана на детей, то я бы не стала её читать своему ребёнку - подвешенная за лапы собака, отделённые головы и уже упомянутая ненависть к неграм - всё это будет, во-первых, ребёнку неприятно, а во-вторых на подсознательном уровне может возникнуть впечатление о недоразвитости людей с тёмной кожей. Интересно, как афро-американцы читают Джека Лондона? Наверняка, школьная программа по литературе в американских школах предусматривает чтение его книг.
"Эта собака воспитана белым человеком", "собаки воспитанные белыми смелые, а воспитанные чёрными - трусливы", количество повторения словосочетания "белый бог" просто зашкаливает, "высшие и низшие боги" в глазах Джерри, уже не говорю о том, что чёрным даже не разрешалось прикасаться к собаке белого.
Вместе с тем, я понимаю, что, возможно, так всё и было, чернокожие отставали в развитие от белого населения, они говорили на ломанном английском, а их родной язык был примитивен, у них есть кровавые обычаи, каннибализм и прочие ужасы, но в этой книге это так преподносится, что у чёрных ну совсем нет ничего положительного. Нет какого-то баланса и за этим всем я не смогла разглядеть достоинства этой книги, а они там, наверняка, есть. Обычно тема цвета кожи меня не цепляет ни в книгах, ни в фильмах, но здесь всего этого слишком много, слишком часто повторяются определённые словосочетания, что волей-неволей негодование растёт.
Не понравилось, более того, оставило неприятный осадок.

Базовая прививка к разно-пониманию ролей и статусов "человек-собака" у меня была получена с нетленным "Собачьим сердцем". Да, нельзя мерить все своей меркой, она у каждого непохожа на остальных. В данной книге автор предлагает нам совершить полное разнообразных событий путешествие в роли прекрасного пса, породистого терьера Майкла. Джек Лондон очень талантливый писатель, и его меткие описания людей и их отношений для меня в свое время были чуть ли не откровением. Но тут что-то у нас с ним не совпало. То ли сюжет мне не близок, то ли герои... Да и про людей в целом мне читать интересней, чем про животных. Хотя главный персонаж данной книги - замечательный пес, талантливый и активный, храбрый и любознательный. Люди, которые его окружают, как и во все времена - люди разные. Есть и добрые, есть равнодушные, есть импульсивные, а есть жестокие. И показаны они в различных ситуациях - от захватывающих, до неприглядных, от неплохого отношения к своим "соплеменникам" до отвратительного к братьям нашим меньшим. Кстати цирк я никогда не любила, так что книга подтвердила только мои ощущения, подпитала их можно сказать, уверена что сейчас мало что поменялось в общей концепции.
Книга будет интересна всем любителям живности и собак в частности, хорошего слога и стиля изложения и приключений.

Краткое содержание этой книги: если у вас нет собаки - срочно заведите! Если есть - заведите вторую. И никогда, никогда, никогда не ходите в цирк!

Продолжение "Джерри-островитянина" оказалось таким же увлекательным и трогательным, только более трагичным и даже жестоким. Если Джерри много скитался, но почти всегда выходил сухим из воды, то его брату Майклу путешествий досталось поменьше, зато испытаний - побольше. Самое страшное из них - это, конечно, цирк. Я и так-то в них с детства не ходила и не собиралась, но после стараний Джека Лондона и вовсе возненавидела. Чего и всем советую :)

И вот еще удивительное дело: к чтению книги я подходила со сдержанным любопытством, поскольку уже отдала сердце Джерри и сомневалась, что Майкл может меня еще чем-то удивить. Однако, Лондон настолько удивительно описывает собак, что, видимо, я готова влюбляться в каждую, как в первый раз!

А знаете почему? Потому что все мы очень нуждаемся в ком-то, кто будет любить нас бескорыстно и преданно, несмотря ни на что, в ком-то, кто не будет думать каковы наши достижения в карьерном плане, на какой мы ездим машине, какие смотрим фильмы, для кого мы будем единственно возможным самым лучшим существом на планете.

Именно по этой причине невозможно остаться равнодушным к Джерри - любящему, преданному, такому храброму и сообразительному. Бесспорно, Джек Лондон, этот великий мастер пера, несколько чересчур очеловечил Джерри, но так как "чем больше узнаю людей, тем больше люблю собак", то я и не против.
Итак, увлекательное, легкое повествование переносит нас из нашего цивилизованного времени, где всю люди - братья, на Соломоновы острова начала XX века. В 1893 г. Британия объявила свой протекторат над Соломоновыми островами и предприимчивые белые господа стали создавать на них плантации кокосовых пальм. Для работы на плантациях вербовалась дешевая рабочая сила из аборигенов - чернокожих дикарей, промышлявших натуральным хозяйством и примитивной торговлей с белыми, ведших друг с другом бесконечные войны, апофеозом которых становился пир из мяса убитых врагов, а головы тех самых врагов подвергались специальному процессу высушивания и хранились, как семейные или племенные реликвии. Я думаю, не стоит объяснять, что голова белого человека ценилась много выше головы чернокожего из соседнего племени, так как получить ее было не так-то просто - у белого человека были винтовки, динамитные шашки, военные корабли, что давало ему некоторое преимущество. Однако, все-таки немало белых людей - отважных путешественников, незадачливых предпринимателей, заблудившихся в джунглях матросов, расстались со своими жизнями и головами. В этом опасном, рассово-разделенном мире и живет Джерри, щенок ирландского терьера, лучшая собака из помета, и другого мира он не знает. С младенчества Джерри внушали,что негры (заранее прошу прощения - это не неуважение, а цитирование книги) - низшие существа, на которых нужно охотиться и которым нельзя доверять. По своему положению Джерри (заметьте - собака) был выше любого чернокожего работника плантации, члена команды на судне и даже вождя чернокожих.

И вот волей злой судьбы наш избалованный маленький друг, ненавидящий негров всей душой и разумом (ведь так было угодно его белым богам) попадает на один из островов, в плен к племени Сомо. Туземцы с удовольствием ели и собак, так что Джерри остался жив только благодаря поистине мудрейшему человеку - вождю племени, старому Башти. И если бы Джерри мог мыслить логически, то он, конечно же, понял бы, что именно Башти был сильнейшим из всех богов, которых он - Джерри - знал.
С радостью и тревогой я следила за бесконечными перепитиями в судьбе Джерри, знала, что у повести хороший конец - и все равно волновалась. Ведь это Джек Лондон, и это повесть про собаку, лучшее создание Бога, в чем я уверена абсолютно.
Несмотря на историческую рассовость повести, автор показывает нам через Ламаи, Башти, Наласу, Леруми, что люди по природе своей одинаковы, что белые, что черные. А еще Джек Лондон фантастически умеет создавать атмосферу и описывать бытность совершенно чуждую нам так, чтобы она стала хотя бы понятна. Вот за это - рекомендовано к прочтению - не только детям, но и взрослым. Помните, что для кого-то вы - целый мир.

Это совсем не тот Лондон, который полюбился мне после книги "Время-не-ждет" и подтвердивший эти чувства "Зовом предков".
Да, здесь целое море моря и всех возможных морских терминов, суровые мужчины-моряки с личными трагедиями, но добрыми сердцами и животное в центре внимания.
Точнее, все повествование ведется от лица шестимесячного щенка терьера по имени Джерри.
А вот чего здесь еще очень много, так это поклонения белым богам в брюках и ботинках и ненависти к второсортным рабам-неграм, которых нужно грызть.
Богов так много, что в определенный момент это начинает откровенно отвращать. Хорошо, делаем скидку на время написания сего романа и оставим в покое этот нюанс.
Если говорить о приключениях, то история жизни щенка на корабле - радостные игры, падение за борт, то это наиболее правдивая по описанию часть.
Приключения же на острове вызывали больше омерзение и недоумение. Совсем не детские казни и умения щенка на грани реальности, минуя задумку автора не восхищали, а еще сильнее отталкивали от книги.
Зацепиться было совершенно не за что в итоге.
Порадовал разве что хэппи энд для Джерри, который помог сделать вид, что это действительно история про очаровательную и умную животинку, а не исключительно зеркало расизма для автора.

Раз моя рецензия на эту книгу будет первой, постараюсь поподробнее описать, с чем столкнется читатель.
Мы привыкли к Джеку Лондону, как к северному писателю, снег, страшные морозы, золотоискатели - вот основной набор, с которым у меня ассоциировался этот автор. Остальные его произведения я считала лишь исключением из правила. И эта книга тоже станет исключением, поскольку в ней мы будем плавать по теплым южным морям, переживать настоящие морские приключения, чем-то даже сравнимые с Жюлем Верном. И, как уже видно по обложке, сопровождать нас в ним будет ирландский терьер Майкл. Да, эта книга для настоящих любителей собак! Поскольку книги о животных взрослые традиционно стараются не читать сами, а подсунуть детям с нравоучительной проповедью, что это очень полезно, то я замечу, что эта книга больше подходит к среднему школьном возрасту.
Теперь палу слов о том, что книга является продолжением приключений терьера Джерри, "Джерри-островитянин". Тем, кто случайно решил начать чтение с Майкла, а не Джерри, напишу, что могут смело читать. Общих событий там нет. В начале книги Вы услышите, что у Майкла был брат Джерри, с которым он давно расстался, и в конце книги ... нет, не буду спойлерить, но Джерри еще упомянут. Обе книги самостоятельные, и вы не испортите себе удовольствие от чтения, даже если познакомитесь с ними в обратном порядке.
Правда, если их сравнивать, первая книга понравилась мне больше. Основная ее идея - конфликты между неграми и белыми. Основная идея в книге о Майкле - жестокость к животным вообще, и у дрессировщиков цирка в частности. Не знаю когда Лондону удалось заглянуть за цирковые кулисы и подсмотреть за приемами дрессировки, которые тщательно скрывались от зрителя. Очень хочется верить, что те времена жестокостей ушли безвозвратно, изменился зритель, изменились его требования, изменилась политика поведения по отношению к животным. Хотя, вспоминая скандал, разразившийся некоторое время назад вокруг Питерского цирка, сложно утверждать это уверенно.
Памятуя о Белом клыке, многие из нас не рвутся возвращаться к рассказам Джека Лондона о животных, поскольку конец повествования часто совпадает с концом их жизни. К счастью, и, думаю, этот спойлер мне простится, хотя неприятностей на жизненном пути Майклу встретится немало, он все-таки останется жить.