Генрик Сенкевич. Собрание сочинений в девяти томах. Том 1

Старый Мацей Кеж, умный гнетовский мужик, покачал головой:

-Ох, выиграли немцы войну, страшную войну выиграли, и мы им немало помогли, а какая нам от того прибыль - одному богу известно. Бартек вытаращил на него глаза. - Что это вы говорите? - А то, что и прежде немцы нас ни во что ставили, а теперь так носы задирают, словно и бога над ними нет. А будут еще хуже издеваться над нами, да уж и сейчас издеваются.

Вообще он считал, что вершить судьбы мира и оказывать могущественное влияние на человечество способны только люди в возрасте от восемнадцати до двадцати трёх лет, так как позже они постепенно становятся идиотами или консерваторами.

Будет ли у меня на том свете настоящая скрипка?

... Скаля зубы, скелет, казалось, предостерегал, что тот, кто здесь заблудится, отсюда уже не выйдет...

Женщины - премилые создания, только не надо принимать их всерьез.

Это была прекрасная ночь. Шум в нашем лагере составлял странный, но приятный контраст тишине спящей глубоким сном прерии.

стр. 638 (Камо грядеши. Лениздат, 1990)
В прериях, пер Е. Лысенко

...и, хотя кому-нибудь эти огорчения могут показаться ничтожными, я всё-таки скажу, что тяжесть всякого горя определяется не тем, каково оно само по себе, а тем, как его ощущаешь.

стр. 566 (Камо грядеши. Лениздат, 1990)
Ганя, пер. Е. Рифиной

К тому же когда любовь рвётся не из уст, а из сердца, то, пожалуй, нет ничего другого, о чем было бы так трудно говорить.

Чистая душа медлит и страшится на пороге любви, но слабеет, чувствуя, что уже переступает его.

Сколько счастья в моей жизни загубила эта гордость, сколько раз я в ней раскаивался потом!

... я больше успел в науках, но в смысле житейском — в понимании обстановки или истинного значения слова — я был еще довольно прост...