Роберт Бернс

В горах мое сердце... Доныне я там. По следу оленя лечу по скалам. Гоню я оленя, пугаю козу. В горах мое сердце, а сам я внизу. Прощай, моя родина! Север, прощай, - Отечество славы и доблести край. По белому свету судьбою гоним, Навеки останусь я сыном твоим (Перевод С.Я.Маршак)

С поэзией Бернса меня познакомил Маршак, в чьих переводах печатались стихи шотландского поэта, а еще великолепные песни из двух любимейших фильмов: ''Любовь и бедность'' из ''Здравствуйте, я ваша тётя!'' и ''Моей душе покоя нет'' из ''Служебного романа''. Вспомнили эти песни? Кто бы мог подумать, правда? Настолько современно они звучат до сих пор, однако, написаны были в 18 веке простым шотландским фермером, который стал достоянием Шотландии, а 25 января, - день рождения Роберта Бернса, - является национальным шотландским праздником, в этот день в невероятных количествах поедается национальное блюдо – пудинг хаггис, воспетый Бернсом в стихах: В тебе я славлю командира Всех пудингов горячих мира, - Могучий Хаггис, полный жира И требухи. Строчу, пока мне служит лира, Тебе стихи.

Вот такого размаха достигла слава поэта, которого долгое время считали алкоголиком и бабником, что проверить и опровергнуть уже почти невозможно, потому как были и незаконнорожденные дети от разных женщин, да много чего было. Однако, его поэзия полна жизненных соков, национального колорита, свободы и юмора. Если писать биографию поэта, то только так, как это получилось у Риты Райт-Ковалевой – легко, изящно, с уважением и любовью к жизни и творчеству. Ни единого занудного слова или пошлого клише, ни единого слова осуждения. Великолепная вещь. Райт-Ковалева, прежде всего, известна, как переводчик Воннегута, Кафки, Бёлля, Сэлинджера, Фолкнера, её переводы до сих пор считаются одними из лучших, наверное потому, что у неё было потрясающее чувство слова, языка, не только иностранного, но и родного - её слог легок, изящен, почти прост, но в тоже время глубок и деликатен. В какой-то миг я пожалела, что биография Бёрнса – единственная вещь, написанная ею вне переводов, как её самостоятельная книга. Очень жаль, что только одна самостоятельная книга вышла из под её пера. С огромным уважением написано о том, кто родился в семье простого фермера, с малых лет выполнял работу наравне со взрослыми, но, тем не менее, благодаря отцу учился, читал, впитывал стихи и историю борьбы шотландского народа против Англии, восхищался Брюсом, любил девчонок, любил жизнь, национальные баллады и песни, категорически выступал против религиозной косности. А затем стал сочинять стихи о простом народе, о шотландской земле, о шотландской еде, о шотландских девушках, в которых бесконечно влюблялся, он использовал национальный язык, перемежая его с английским. Бёрнс считается основателем современного шотландского языка. Из безвестности и нищеты он выбрался в высший свет Эдинбурга, к аристократам, которые зачитывались стихами простого фермера. Издания его книг в Шотландии расходились мгновенно, они были дерзкими порой, били точно в цель, воспевали свободу. Но поэт и его многодетная семья продолжали нуждаться, работать на ферме, считать гроши – к сожалению, вложенные в новую ферму деньги дохода не принесли: земля была сурова, урожай скуден. Основным заработком стала работа на должности сборщика акцизов в Дамфрисе. Великий поэт Шотландии вынужден унижено просить и должность, и денег за издания своих стихов. Райт-Ковалева для написания своей книги использовала переписку Бернса, его воспоминания, воспоминания его друзей и близких людей, в тексте очень много писем самого Бёрнса, поэтому присутствие поэта ощутимо в книге. Много стихов, баллад, песен. Благодаря этой книге, далекий и любимый шотландский поэт стал чуть ближе. Его страстные увлечения женщинами, его творчество, тяжелая работа, жизнь на грани нищеты, грозная тень долговой тюрьмы над отцом Роберта и над ним самим, практически накануне смерти, увлечение масонством. Это все Роберт Бёрнс – сын прекрасной Шотландии, которая чтит и любит своего сына до сих пор.

Эта книга не идёт ни в какое сравнение с подробной, напичканной фактами и трактовками биографией Диккенса. Не потому, что она хуже. Просто она совершенно другая: легкая, увлекательная, написанная даже не как хороший роман, а как хорошая поэма. И здорово, ведь это биография поэта. Помню в глубоком детстве нескромные песенки Роберта Бёрнса про то, чем занималась Дженни поздно вечером во ржи, повергали меня в немалое смущение. А Бёрнс - он такой. Шутник, балагур, но ни секунды не пошляк. Его стихи совсем просты, почти прозрачны, в них нет сложной философии, скорее, радость жизни, её безоговорочное принятие. И это при том, что жизнь его не была лёгкой, особенно в молодости. Вкалывать на ферме приходилось с утра до вечера, но весёлый Роберт постоянно что-то придумывал: то занимался самообразованием, то организовывал клуб холостяков, то учился танцам. Рита Райт-Ковалёва известна, главным образом, как великолепная переводчица, одна из лучших, за всю историю русской словесности. Очень жаль, что книгу она написала только одну. Вот эту самую, о Бёрнсе.

Единственным недостатком этой книги является, на мой взгляд, то, что она была написана в советское время. Соответственно, Райт-Ковалёва была вынуждена вставлять всякую идеологическую муть.

В остальном же - прекрасно написанная биография, с частым цитированием стихотворений, писем и воспоминаний самого Бёрнса. Он действительно встаёт на страницах книги, как живой. Конечно, надо было пытаться придать ему высокий моральный облик (автор с негодованием отметает "мифы" о пьянстве поэта), но совершенно затушевать его многочисленные романы просто невозможно.

И ещё ужасно жалко Бёрнса, просто всю дорогу. Много ли мы знаем поэтов, которые писали стихи, пропахав (в буквальном смысле слова) целый день на ферме? Как у него ещё силы на девушек-то оставались... Бедность, из которой невозможно вылезти, долги. Авторские права он за 100 фунтов продал, и потом не получал доходов от своих книг. Мечтал стать акцизным чиновником, а когда получил место, то уже не смел высказывать явно свои политические взгляды (ведь у него было 12 детей...). В конце концов, он умер совсем молодым, в мистическом для поэтов 37-летнем возрасте. Деталь, которая показалась бы выдуманной - когда Бёрнса хоронили, его жена Джин рожала их последнего ребёнка.

Кстати, это была, судя по всему, чудесная женщина. Одна из любовниц поэта умерла родами, и Джин воспитала ребёнка вместе со своими, не делая никаких различий. И естественно, вместе со всеми детьми она осталась по смерти мужа без гроша в кармане... В общем, прав Кюхельбекер - "горька судьба поэтов всех времён".