Собрание сочинений в четырех томах. Том 3. 62. Модель для сборки. Рассказы

Хулио Кортасар

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

28 оценок

5
75%
4
7%
3
7%
2
11%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 29Хотят прочитать 21

Рецензии

OlesyaSG
30 марта 2024
Казалось бы простейшая операция по удалению аппендицита и закончилась смертью. А будь сиделкой не Кора, а например, Мария, остался бы паренек жив?
Тяжело было читать. Не текст, а поток сознания. Не сразу разберешь, где паренек рассказывает и его мысли, где его мать, где Кора... Но к концу рассказа все тяжелее и тяжелее было читать. И уже не из-за манеры изложения, а из-за описанного - сердце прямо сжималось... так жаль... так жаль... Это судьба или врачебная ошибка/халатность или тогдашняя медицина виновата?..
Читать далее
111 понравилось
0
706
Morra
16 января 2013
Если бы я писал такую книгу, стандартные формы поведения (включая самые необычные, позволим себе и такую роскошь) невозможно было бы объяснить при помощи обычного психологического инструментария. Действующие лица выглядели бы больными или попросту идиотами. Дело не в том, что они оказались бы неспособными к обычным challenge and response: любви, ревности, состраданию со всеми вытекающими из этого последствиями, а просто в них то, что homo sapiens хранит в сублиминальной области, с трудом пробивало бы себе путь, как если бы третий глаз стал напряженно смотреть из-под лобовой кости.
Хулио Кортасар, "Игра в классики", глава 62
Хулио Кортасар любит странных героев (предпочитаю это определение более резким "больные" и "идиоты"), он собирает их по одному, сводит в компанию, "зону" - одиночество к одиночеству, а потом рассеивает по Европе, заставляя читателя кидаться из одной головы в другую, от одного потока сознания к следующему. При этом все они - одно лицо, все они (Элен, дикари, Марраст, даже улитка Освальд) - Кортасар, хотя самый явный - это Хуан, конечно, переводчик, мотающийся между ЮНЕСКО и Женевскими конференциями, ах, как близко.
Более точное название невозможно - это не роман, это действительно модель для сборки. Гибкая, нелинейная структура во всем - от сюжета (что в общем не сложно и уже не удивляет) до самого повествования (то, что начинается, как описание автором номера в Лондонской гостинице и парочки героев, терзающихся тем, что случилось у красных домов, перерастает в мою тоску от того, что ничего нельзя исправить, что мы были так счастливы, пока не, а теперь Марраст бродит по номеру, поглядывая на меня, и рассказывает про музей и анонимных невротиков, лишь бы заполнить паузу, а мне остается только рисовать пятьдесят второго гномика), благодаря чему роман хочется прочитать на одном дыхании, не отрываясь и все время ускоряя темп.
Гибкость самой реальности - где пролегает грань, отделяющая настоящую Вену/Париж/Лондон от неведомого города, где пролегает грань между переездом из отеля в отель и ночным блужданием вслед за графиней Мартой? Ведь этой дивной компании даже сны снятся общие, одни на двоих/троих/и так далее. Не зря же в начале сам Кортасар уточняет:"география, расположение станций метро, свобода, психология, куклы и время явно перестают быть тем, чем они были". Я бы даже не назвала это магическим реализмом - здесь нужно придумывать какой-то совершенно другой термин, потому что магии нет, если только не рассматривать магию слов, магию эмоций, магию человеческого сознания.
Гибкость происходящего, которое, как ветка ивы, гнется в обе стороны (можно объяснить так, а можно этак) и оставляет тьму вопросов.
Вообще, у поклонников и представителей магического реализма часто проглядывается один, с моей точки зрения, недостаток - они воспринимают происходящее предельно серьезно, драматично, чего совершенно нет здесь. Это не просто ирреальность, не просто абсурд, но еще и удивительная кривобокая ирония, усмешка, несколько раз искаженная зеркалами в комнате смеха. Ситуация с анонимными невротиками и картиной - это же феерия от начала до конца. Хотя не сомневаюсь, что какая-нибудь сколопендра назовет ее глупой. Ну так, а чего вы хотели от "больных" и "идиотов"?..
Читать далее
76 понравилось
22
1,5K
Marikk
12 марта 2025
Кто из нас не стоял в пробке? Пожалуй, все. А пробке, которая длится дней 5? Едва ли...
Эта пробка началась в воскресенье, когда отдыхающие решили вернуться в Париж. И тут пробка. Эка невидаль! Но прошел вечер - и ничего, потом ночь - и ещё день, а машины проехали метров 100, может чуть больше. Пришла вторая ночь. И снова день. В какой-то момент я уже перестала считать дни и ночи. Слухи по пробке ходили самые невероятные - то самолёт на шоссе упал, то много-много машин столкнулись, то асфальт меняют. Однако - всё ложь. Но человеку помимо слухов нужно воду и еду, а где их брать, если рядом нет магазинов? Так люди вынуждены сплачиваться, чтобы добыть пропитание. В те дни погода менялась от резкой жары до легкого холода и снегопада. Люди выживали, как могли. Что удивительно, особых подлецов там не было. То ли автор нас пожалел, то ли они не стали лишний раз светиться.
Кортасар в кои-то веки в данном рассказе практически не прибегает к магическому реализму и так характерной для него двойственности. Тут в целом все просто и понятно. Вот пробка - надо выжить. Люди сами организуются, сами добывают еду, совместно заботятся о детях и больных, совместно спасаются от непогоды. Но всё меняется, когда кончается пробка...
Читать далее
61 понравилось
0
426