Хулио Кортасар. Собрание сочинений в четырех томах. Том 1. Выигрыши. Рассказы

Забавно, но действо напомнило мне "высотку" балларда. Некое закрытое пространство, созданное искусственным образом, влияет на поступки и, в целом, на жизни невольных обитателей клетки. Ситуация абсурда и нарочитой театральности так же роднит эти истории. Но почему-то "высотку" ругают куда как больше. Хотя то, что баллард дошел практически до конечной точки жесткого сюрреализма и даже предрек возникновение виртуальной реальности, по моему мнению, - очень-очень круто.
В случае же кортасара... Со своими философскими выкладками от лица одного из персов он близко-близко прошел по красной линии, за которой я жму на крестик и безжалостно вышвыриваю из читалки всяких там гессе, коэлье и иже с ними. Спасло его то, что этот поток сознания реально был красивым и не высокопарным (что очень важно), несмотря на неистовые закосы в не пойми куда. И да, я поняла, откуда растут ноги у рассказчика из фильмеца "амели".

Начинается все с того, что народу привалила халява в виде выигрыша в государственной лотерее, наградой в которой является морской круиз. И тут же кортасар вываливает на читателя просто огромное количество персонажей из совершенно разных слоев общества, начиная с простецких мачо из бедных кварталов и кончая высокомерным миллионером. Реально, в них можно запутаться, ибо всех сбивают в кучу и выставляют на сцену под свет софитов. Конечно же, немедленно завязываются первые симпатии и антипатии, создаются невидимые коалиции, и все просто ждут начала вожделенного путешествия.
А потом стадо счастливчиков загоняют на странное судно, наполовину грузовое, наполовину пассажирское, и запрещают выходить на корму. Просто запрещают и все, без каких-либо внятных обяснений. И тут начинается.

По сути искусственно создана ситуация диктатуры в миниатюре, когда любые мнения и вопросы игнорируются, если не хуже. Поступила директива сверху: "сегодня ты играешь джаз...", "кукуруза - царица полей", "нельзя выходить на корму". И как же реагирует общественность?
А в общем-то ничего нового. Традиционно сеют смуту и делают революцию низы и верхи (даже объединяясь на время). Прослойка же, которая посередине, ни разу не хочет никаких волнений, ее все устраивает, и в самых идиотских, просто оскорбительных объяснениях ситуации немедленно находится разумное зерно. Бунтовщиков же следует расстрелять, и не играют рояля ни любовь, ни дружба, ни кровные узы.

Так проходят три невразумительных, но довольно приятных дня, во время которых пересматриваются симпатии и антипатии, завязываются новые связи, разводятся сплетни и творятся интриги. Такая совершенная бытовуха-бытовуха, которая не стоит выеденного яйца. Но я такое как раз и обожаю.
Причем, самые ретивые туристы таки пытаются пробраться на корму, ибо находятся лазейки, сквозь которые их довольно вяло пытаются не пустить. Короче говоря, все сильно смахивает на несколько бессмысленную провокацию со стороны командного состава экипажа.
В общем, тянется оно, тянется, пока не случается кризис, когда низы и верхи больше не могут терпеть, ибо речь идет о здоровье и, возможно, жизни ребенка, на которого наплевать серединной прослойке, ибо своя шкура и комфорт для них важнее.

Ну там, пишут, что кортасар работал в жанре магического реализма. И... это моя первая, однако не последняя книга (поглядим, что он еще наваял), и с маркесом тут его не сравнить. Короче, у него свой магреализм, видимо. Слишком глубоко закопанный в философских рассуждениях о том, да о сем.
Но, кажется, я поняла в чем фокус-покус. Ребенок должен был умереть, судя по всему, и спасло его самопожертвование другого человека.

Как это связано с кормой? Очень сильно похоже, что вообще никак. По ходу - это было просто тупое и злобное самодурство экипажа, недовольного тем, что им навязали нежеланных пассажиров.
Но тем не менее, за эти три странных, абсурдных дня нечто все же случилось в жизнях пассажиров. Кто-то нашел себя или друг друга или что-то там, потерял, нашел и потерял, как это случается и на берегу в менее трагических обстоятельствах. Ничего особенного, просто жизнь, которая сама по себе и есть магия.

P.S. Что удивило. В 1960-м году чувак из католической и жестко консервативной страны очень подробно описывает существование гомосексуалиста и его дружбу с женщиной. Такую дружбу, при которой у них нет практически никаких шансов устроить личную жизнь. То есть это чувство больше, чем любовь, особенно, со стороны дамы. И в конце путешествия таки создается трио из дуэта: с натуралом, которому позволили сделать крохотный шажок в святая святых. Понятное дело, если он только попробует брыкаться и чего-то там требовать, то полетит за дверь со скоростью света.
В общем, прочитала я эту интересную штуковину и сказала себе "хм-хм".

Это третий рассказ, который я читаю у Кортасара. Пока отношусь к нему с осторожностью, но уже тянет прочитать ещё рассказ и сравнить его с уже прочитанными.

Пока читала, мне вспомнился фильм с Гвинет Пелтроу "Осторожно! Двери закрываются". Там тоже был двойственный сюжет. Как две реальности. В одной она успела зайти в транспорт до закрытия дверей, во второй - нет. И тут жизнь пошла совершенно разными путями.

Так и тут. Вот вроде он, герой наш, вместе с женой. И не с женой, она ушла, покричав напоследок.
Вот они любят друг друга, сминая постель. И нет, он одинок в холодном ложе.
Вот она, любимая, ласково поглаживаешь её. И нет, её вылавливают мертвую с реки.

Так где же реальность? Как понять, что сон, что явь?
Вот вам и магический реализм.

Я пребываю в некой растерянности. Я только что, впервые в жизни, читала Кортасара. Маленький рассказ. Пара страниц. Всего 853 слова. Самым честным будет охарактеризовать мои впечатления, от знакомства с известным автором, фразой - "Это был интересный опыт!" Необычным опыт назвать не могу, из-за схожести стиля Кортасара с (уже точно любимым) Маркесом. А, значит, впереди новые попытки если не понять, то хотя бы прочувствовать аргентинский магический реализм.

Он, она и свет люстры, подаренной им в день свадьбы. Струящиеся линии скомканной простыни. Она негодует, размахивает руками и жалуется. По ту сторону текста слов не разобрать, но уверена, там не обошлось без "И этому человеку я отдала тебе лучшие годы своей жизни". Он молча курит и засыпает, убаюканный привычными проклятиями. Вместе сложно и врозь невозможно. Классика! Любовь, спустя годы, проведенные вместе. Когда не понятно, чего больше хочется - придушить или приласкать. Удержать в объятиях или отпустить. Пускай уже идет топится, раз так решила.

Не скажу, что покорена автором с первой строчки. Кортасар пока не попал в фавориты, но заинтриговал. Хочется читать дальше. Даже если там не будет никаких ответов. Только новое погружение в эту реку пограничной реальности. Коварной. Затягивающей. Опасней всего размер рассказа. Он настолько мал, что, начав движение, не успеваешь затормозить, когда слова заканчиваются. И ты возвращаешься к первой строчке и начинаешь читать еще раз. И еще. И еще. Где ты окажешься спустя пару часов такого времяпрепровождения - Кортосар его знает.

Что я поняла насчёт романов Кортасара — так это то, что их действительно надо читать в той последовательности, в какой они написаны (хотя "Игра в классики" и "62. Модель для сборки" и без моего великого откровения на это намекают). "Выигрыши", они же "Счастливчики", — самый первый роман, так что от него плясать и надо, прежде чем браться за "Игру в классики". Необязательно, но желательно. Ниже упомяну, почему.

Роман не слишком мудрёный. Автор формирует некую "песочницу" с экстремальными условиями, куда помещает разные характеры и типажи людей, а потом следит, как они себя будут вести в критической, экзистенциальной ситуации. Песочницей на деле становится корабль, прямая отсылка к Ноеву ковчегу, и пресловутый ковчег будет потом долго грезиться пассажирам, например, визионеру Персио и единственному зрячему — мальчику Хорхе, потому что дети-то как раз всегда всё верно секут. Хорхе говорит о сне про зоопарк, где не люди пришли посмотреть на зверей, а все пришли посмотреть на людей, и эти люди — они, пассажиры корабля. Так и есть, все мы смотрим на несчастных подопытных тварь-по-парей, а они в этот момент чувствуют неприятную постмодернистскую щекотку связи читателя и персонажей.

Рассказывать в отзыве о поведении пассажиров особенно и нечего, это надо прочесть самому, а дальше хоть в табличку оформляй. Гражданин такой-то, работает там-то, класс такой, во время паники действует так-то. Следующий. Местами этот эксперимент настолько очевиден, что становится скучноват, тем более, что действительно ярких персонажей среди пассажиров нет, разве что вышеупомянутый визионер Персио, который удостоился даже отдельных мозговыносящих эмпатических глав. Этот же Персио и выносит приговор всем остальным типажам: настолько клишированные, что серые, серые, серые. Поэтому в эксперименте и участвуют. Что интересно, участие самого Персио в эксперименте неочевидно, что есть он на корабле, что нет. Появляется, что-то говорит эдакое всё в лунном свете и с образами, а потом несколько глав ошивается неизвестно где и не принимает участия в общей заварушке.

Но интереснее всего для последовательного читателя Кортасара вовсе не Персио, а некто Лукас. Если к нему присмотреться, то становится очевидно, что уж очень он смахивает на старого доброго Оливейру из "Игры в классики" (хотя, если мы и правда читаем последовательно, то мы ещё этого не знаем). Что интересно, это как раз Оливейра "доигрывклассического" периода. Можно вспомнить, что Оливейра в "Игре в классики" сознательно отказывается от действия, но мы так и не можем до конца понять причины этого отказа. Помочь в этом может как раз "предок" Лусио. Лусио в экстремальной ситуации пробовал действовать соразмерно с собственными представлениями о правильности и морали, а в итоге из этого вышла одна ерунда и разочарование. Так что, возможно, по аналогии и персонаж Оливейра разочаровался в своё время в активном действии, как таковом, потому что оно иной раз способно дать только видимость результата.

Вообще же роман интересно почитать с ещё одной точки зрения: сопричастности рождению сюжета. Кортасар и сам об этом говорит в послесловии. Будучи литератором по специальности, он всё же решился на эксперимент — засадить характеры в "песочницу" он засадил, но сюжет заранее не продумал. И ситуации тоже. Поэтому писатель по мере продвижения сюжета знает ровно столько же, сколько и мы, герои ведут его, а не он героев. В итоге с одним из персонажей происходит занятная метаморфоза, которую сам автор изначально и предположить не мог. Так что из раздражающего типчика тот превращается в едва ли не единственного адеквата.

Но в целом роман немножко скучноват. Слишком искусственна ситуация, чтобы влиться в него всем сердцем. А вот для подготовки к другим вещам Кортасара — вполне себе неплохо.

Далеко не первое, что читаю у автора, но первое большое произведение, прочитанное с университетских времен.
Условное настоящее. Группа людей, большинство не знакомых друг с другом, выиграло в национальную лотерею и теперь отправляется в круиз. Куда? Кто-то говорит, что в Европу, другие - что в Японию, третьи утверждают, что недалеко уедут от родной Аргентины. Наконец-то корабль подан, швартовы отданы и - в добрый путь! Вот тут-то и начинается всё самое интересное и самое загадочное. На корабле обнаружен карантин, отчего кормовая часть судна недоступна для наших героев. Да и на "их" территории полно запертых комнат. Зачем? Надо так.
Кортасар оставляет своих героев в полной изоляции от внешнего мира и позволяет им "вариться в собственном соку", что позволяет увидеть их истинную сущность. Каждый пассажир решает сам: смириться ли ему с волей администрации и плыть в счастливом неведении или попытаться выяснить, чем вызван таинственный запрет.

И вот мы снова встретились, один из моих любимейших новеллистов и миниатюристов (потому что, как ни крути, "Непрерывность парков" — скорее миниатюра, хотя какое определение к этому ни приставляй, всё равно будет недосказанно, разве что "эксперимент, но без цели получить результат" подойдёт в полной мере). Так уж получилось, что романы Кортасара я люблю меньше, чем его небольшие вещи и сборники рассказов. Романы слишком однообразны, затянуты, местами чересчур сильно отдают ванилью (не ставлю это в вину Кортасару, скорее, это читатели заездили произведения до непотребства, пересластив отношение к произведениям на подсознательном уровне), а вот рассказы почти всегда сияют яркими диамантами специально для Люси. Говоря проще — чтобы их вкурить, нужно слегонца медитнуть, накатить или выйти за рамки любыми другими способами.

В этом плане "Непрерывность парков" подходит идеально. Миниатюра, которая рушит все представления об устоявшихся ранее отношениях товар-деньги-товар' "читатель – литературное произведение – автор". Кортасар изящным и невесомым движением вдребезги разносит все представления о дистанции между произведением и читателем, можно сказать, он подходит к читателю до непристойности близко, так что можно уже почувствовать его дыхание. Читаешь миниатюру и понимаешь, что твой взгляд на литературу уже не может быть прежним, потому что у любой книжки могут отрасти маленькие и цепкие ручки, которые — хочешь ты этого или нет — затащат тебя в самую глубь произведения, где тебе может быть, но, скорее всего, вряд ли, удастся не задохнуться. Главное, чтобы произведение пропитало тебя в достаточной степени. Романам это сделать проще, столько времени для нагнетания атмосферы, создания образов и прочего бла-бла-бла, к которому успеваешь привыкнуть, как к хорошо знакомым героям длиннющих сериалов. А вот попробуйте сделать то же самое в миниатюре! Кортасару — удаётся.

Не хочу бросать спойлеры к такой крошке, так что о сюжете ни слова, тем более, что это будет сепулька. Скажу только, что это очередной фрактал от мастера безцентрового развития сюжета, от которого расходятся ну очень странные узоры во все стороны. И кто может гарантировать, что в тот момент, пока вы в течение пары минут читаете эту миниатюру, где-то рядом не скрипнет дверь и в комнату не войдёт...

Читала на днях статью, написанную к столетию со дня рождения Хулио Кортасара под названием "5 рассказов Кортасара, которые нужно прочесть". Так вот "Захваченный дом" там шёл первым.

Что я могу сказать. Этот рассказ очень короткий и на первый взгляд приводит в полное недоумение. Ну живут себе люди, монотонно живут, а когда кто-то чужой захватывает их дом - просто сдаются и уходят. Я вот тоже вначале ничего не поняла, закончила читать с мыслью: "И что это было?"

Но! Это не просто рассказ. Это великолепный образец латиноамериканского магического реализма. И самое интересное в том, что каждый читатель интерпретирует эту историю по своему! Толкование может быть бытовое, социально-политическое, метафизическое, духовное.
А для кого-то это аллегория событий, происходивших на родине Кортасара, когда Аргентина по сути исчезала под натиском авторитарного режима президента Хуана Перона.

Я же увидела тут страх перед переменами. Когда череда монотонных, одинаковых дней в один прекрасный момент заканчивается. А люди уступают страху, ограничивая себя комната за комнатой, пока их собственный страх не лишает их всего.

Это первое впечатление. Но, подумав, можно привести еще множество толкований, и каждое из них будет иметь право на существование.

Вот такой коротенький рассказик, который запускает шестерёнки в голове...
Любителям "пораскинуть мозгами" может понравится.

Магический реализм в худшем лучшем своем проявлении.
Брат и сестра живут в доме… никого не трогают… он читает, она вяжет… все спокойно и рутинно… а потом кто-то (или что-то) занимает несколько комнат в их доме… а потом еще несколько… и каждый раз герои уступают, отказываясь от привычных вещей и занятий… уступают и отступают… пока, наконец, не оказываются на улице…
Первое впечатление: «Что это было?»
А потом – перечитываешь. Благо, рассказ совсем короткий. Причем, перечитываешь уже не просто поглощая текст, а анализируя каждую фразу в попытке поймать и удержать ускользающий смысл написанного.
И что самое интересное, скорее всего, для каждого этот смысл будет свой. Кто-то увидит здесь откровенную мистику (которую, конечно, вряд ли стоит ожидать от этого автора, но версия имеет право на существование). Да и социально-бытовой подтекст тут тоже полностью исключить нельзя.
Но больше всего, безусловно, напрашивается метафорическое раскрытие сюжета о существовании некоего мира/дома/судьбы, где царит покой и безмятежность. Но затем появляется нечто и отбирается это родное и уютное «своё» часть за частью, кусочек за кусочком. И герои уступают без возражений и сопротивления, хотя в результате лишаются всего.
А, может, они просто меняются для новой, неизведанной жизни… Кто знает…
Странная вообще-то история. Я, если честно, не очень люблю такое. Но глубинного смысла на этой паре-тройке страничек черпать-не перечерпать, иному толстенному роману фору даст.

Свершилось, господа! Всяческие бурные поздравления по поводу первого прочитанного мной произведения в жанре магического реализма очень приветствуются) Потому как предубеждений к этому жанру у меня были полные штаны. Но знакомство состоялось и оказалось крайне удачным. Аж два раза подряд перечитала этот рассказ, так сказать, для усиления и закрепления эффекта.
Язык Кортасара прекрасен (точка) Ох уж этот самый момент, повторяющийся два раза, который является фишкой сюжета - как же он прекрасен! А помимо впечатляющего осознания неожиданной развязки (о которой ты начинаешь подозревать гораздо раньше), я с огромным удовольствием просмаковала все эти мысли ГГ насчёт фотографий, воспоминаний, неуловимых моментов. В моей голове сразу родилось подобие раскадровки для фильма во время первого прочтения, а во время второго раскадровка приобрела больше деталей. По этому рассказу у меня получилась какая-то узнаваемая атмосфера французского кино 60-х, но с каким-то параллельным нагнетанием как у Хичкока со зловеще - смешным названием "Слюни Дьявола". Кстати, я была удивлена, когда уже после прочтения рассказа узнала, что Кортасар написал его под влиянием Хичкоковского фильма )) Вобщем атмосфера -  чистый кайф.  А закадровый мужской голос (похожий на голос Кортасара) в моей голове читал мне текст. Ну просто я - не я, если бы перед тем как подступиться к такому гиганту как Кортасар, не глянула бы интервью с ним, чтоб заценить его мимику, голос и манеру держаться и разговаривать) Почему-то увидеть писателя не просто на фотокарточке, а на видео и разговаривающим (если таковое есть) перед тем, как приступить к его книгам, мне всегда кажется очень интересным и важным.

Короче говоря, затеяно то всё было, чтобы по-тихоньку подобраться к его Игре в классики, которая меня так-то страшит и угрожает поломать последние мозги. Но думаю перед ней с удовольствием возьму читать ещё и ещё его рассказов.

Побежала смотреть Фотоувеличение Антониони по мотивам Слюней. Как ни крути, а Слюни -то, будь они не ладны, вдохновили мэтра на шедевр) Вот он какой бывает, круговорот вдохновений в природе:  Хичкок - Кортасар - Антониони.

«…безумие и безумец…
несут в себе и угрозу, и насмешку,
и головокружительную бессмыслицу мира,
и смехотворное ничтожество человека»
Н.В. Гоголь

Хулио Кортасар известен как писатель, работавший в жанре сочетания реальности с фантастикой. Но в его рассказе «Письмо в Париж одной сеньоре», при всей его ошеломительной вымышленности, нет никакой фантастики. Но есть безумие.
Говорят же люди об иных: «он тихо сошел с ума». Вот такое тихое сумасшествие и видит читатель в письме одинокого человека к квартирной хозяйке.
Главный герой рассказа, чье имя так и остается неизвестным, работает переводчиком, ходит в какую-то контору. Вечера он совершенным отшельником проводит дома.
Мы не знаем сколько ему лет, чем он обретался в своей прошлой жизни, кого любил, кого ненавидел, о чем волновался и переживал. Из его письма узнаем, что у этого человека есть одна уникальная особенность: его периодически рвет крольчатами.
Наш герой поначалу сильно не расстраивается по этому поводу. Он считает, что можно притереться, приспособиться к такому необычному явлению собственного тела, что можно жить и с этим.
Как будто человек свыкся с тем, что он исторгает из себя этих маленьких, пушистых существ. Однако с переездом на новую съемную квартиру его рвет крольчатами все чаще и чаще. Это его сильно беспокоит. Он хочет, но не может решиться на убийство милых зверьков. Очевидное сумасшествие героя углубляется.

Безумие, как и самоубийство, одинокого, маленького человека в литературе не такая уж редкая тема. В русской литературе об этом писали Н.В. Гоголь, Ф.М. Достоевский, А.П. Чехов, В.М. Гаршин, В.В. Набоков.
В произведениях русской литературы почти всегда сумасшествие является следствием какого-то высочайшего накала душевной работы. Мистического опыта, как в «Сне смешного человека» Ф. Достоевского, стремлением победить внешнее зло в мире как в «Красном цветке» М. Гаршина и в «Записках сумасшедшего» Н. Гоголя. Психическая болезнь раскрывается, как расплата за дерзание познать истину, за гордыню или тяжесть таланта …
Но не в рассказе Кортасара. У героя рассказа не просматривается никаких высших целей. Он пуст. Его ничто не беспокоит, кроме этих крольчат и наступающей разрухи в квартире.
Крольчата изо дня в день уничтожают скрупулезный порядок съемной квартиры, где живет герой. Он стремится восстановить порядок вещей и в комнате и внутри себя. Не получается. Он не успевает убирать за крольчатами. Они разбили настольную лампу, обгрызли корешки книг, изодрали портьеры, ткань на креслах… Крольчата в атмосферу упорядоченности мира внесли хаос и разрушение.
И хаос врывается в больную душу героя, и он уже не может перенести этого.
На рассвете он убивает кроликов и себя. Сбрасывает их с балкона на брусчатку улицы и собирается выпрыгнуть вслед за ними.
Вот такое обыкновенное сумасшествие. Безумие человека от внутренней пустоты.