Собрание сочинений в 22 томах. Том XIX. Письма. 1882 – 1899 гг. Том XX. Письма. 1900 – 1910 гг.

Издание 1984 г. Сохранность хорошая. Полный комплект. Тома 17-18 и 19-20 спаренные, т.е. представлены двумя книгами. В книгу включены письма Л.Н.Толстого 1882 – 1910 гг.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

8 оценок

5
75%
4
0%
3
13%
2
13%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 7Хотят прочитать 9

Рецензии

M_Aglaya
4 апреля 2022
Вторая половина писем… В этом с/с постарались и все втиснули в два тома (хотя и сдвоенные – странное решение). В общем, деление получилось даже логичным. В первой половине, так сказать, более менее обычная, нормальная жизнь. А вот тут – на ЛНТ явно нашло какое-то озарение, религиозно-мистического толка. Даже – вполне можно сказать – мессианского. Крепко, в общем, его повернуло на религии… а также на желании нести свет истины в массы. Сколько получится.
Религиозные воззрения у ЛНТ, конечно, были с индивидуальным подходом. В смысле, он был убежден, что официальная религия искажена. Надо вернуть как было/сделать правильно. И он, ясное дело, точно знает как! Поэтому начало тома было достаточно тяжелым для чтения – ЛНТ очень много и подробно излагал эти свои взгляды. А учитывая, что в первую очередь он старался обратить своих родных и близких – злосчастное свое семейство – как-то это меня совсем вгоняло в уныние (да, мне их всех было жалко).
Что касается этой его религиозной системы, или как он это все считал… По мне, так это все ужасно, просто голимый адский трэш.
(дальше заключаю под кат, чтобы не забивать ленту)
Говоря коротко, заключалось это все в чем: все-все вокруг должны были просто много работать, точнее даже это я неправильно формулирую – слово «работать» здесь не совсем подходит – должны были заниматься тяжелым физическим трудом. То есть, хочу сказать – не то чтобы достичь какого-то определенного результата, имеющего ценность для отдельного человека/общества, а просто что-то делать, в плане тяжелого физического труда. Труд не как средство, а как самоцель, сам по себе. ЛНТ был свято уверен, что это облагораживает нравственно и духовно и препятствует всяким мерзостям и непотребствам. После завершения дневной нормы этого всего населению разрешалось для развлечения – то есть, не для развлечения самого по себе, этого ЛНТ не одобрял, считая излишним и потому вредным – а для просветления и поучения – молиться и приобщаться к духовной пище в виде поучительных и нравственно полезных историй. Все подряд, разумеется, никак не надо давать населению, а вот просветленные в этом плане индивидуумы – пастыри, так сказать – должны будут отбирать для населения то, что ему полезно и духоподъемно будет употребить. Сам ЛНТ, конечно же, готов был это все отбирать и готовить для населения, он же знает, как лучше и что лучше населению надо. То есть это, например, если взять романы Диккенса – которые ЛНТ в целом одобрял, так все-таки не надо их просто давать целиком, как они есть, там же много лишнего и неполезного. Надо их обработать, лишнее и неполезное убрать, оставить нужные и полезные куски, ну, может, их еще лично обработать, чтобы лучше выразить это самое полезное и придать какой-нибудь лучший вид. И тогда, когда вот это все мироустройство широко распространится, то – по мысли ЛНТ – настанет всеобщее благоденствие и красота. Ну да, мир ведь кругом несправедлив, полон насилия и войн, а вот так ничего не будет! Ни насилия, ни войн, ни классового угнетения, ни эксплуатации, ни государства, ничего… Это, значит, ЛНТ, ничего не смысля в политэкономии, принципах устройства государства и прочих сложных и скучных вещах, рассудил, что их и не нужно знать, а надо все сделать просто! Просто все должны заниматься тяжелым физическим трудом с утра до вечера, после чего молиться и спать. Зато нет всех этих кошмаров с насилием.
Я все думала, что же мне это напоминает… Ну, концлагерь какой-нибудь, определенно… arbeit macht frei, нет? А потом до меня дошло – да это же просто проект секты! Любой из самых тоталитарных и радикальных сект, которых после этого много развелось. Вот интересно, во времена ЛНТ они уже были? Или он выступил в каком-то роде родоначальником движения и идейным вдохновителем? Ну ладно, думаю, что ЛНТ, вероятно, подсознательно ориентировался на монастырскую жизнь.
И с этого ракурса именно так выглядит и поведение самого ЛНТ – рассорился со всеми домашними (то есть, не одобрял их образ жизни и страдал, призывал следовать за ним и т.д.), отказался от собственности, выходил регулярно заниматься своим тяжелым физическим трудом… Разве это не выглядит, как типичное поведение жертвы сектантов? Как это все описывают в современных исследованиях? Ну, с той разницей, что ЛНТ вроде как сам возглавлял эту примерно говоря секту и являлся ее лидером. И я не отрицаю, что лично у него были самые лучшие намерения и он изо всех сил лично старался следовать этим своим принципам. Но вот если вместо такого просветленного подвижника – или рядом с ним, чисто для докучных мирских вопросов! – окажется человек, настроенный на извлечение для себя пользы… Кстати сказать, личность Черткова в этом плане для меня очень подозрительна. Вот как-то сложилось у меня ощущение, что именно после того, как ЛНТ познакомился/сошелся с Чертковым, в нем и начались эти религиозные сдвиги, и он отошел от своих прежних знакомых (Страхов, Фет), а также родных и близких. Ну, а о том, как СА воевала с Чертковым за права на издание сочинений ЛНТ, и так всем известно. Но я ни на чем не настаиваю. Просто не знаю. Вопрос надо дополнительно изучать. Вот если что где попадется…
О, кстати! Вот у меня возникла идея – почему на западе так почитают ЛНТ! В смысле, Достоевского тоже… но, мне кажется, в определенном ключе… Изучают, как бы сказать… И вот я когда-то выдвинула для себя такую версию, что Достоевского на западе любят/уважают, потому что он в своих романах изобразил как раз такой типаж русского человека, который их устраивает – мрачный и неприятный тип, с большими проблемами по части психики, явно опасный для себя и окружающих. А вот что ЛНТ… А тут продиралась через эти его религиозные послания и прямо осенило – да вот за это самое! Ведь по ЛНТ главное что – непротивление злу! То есть, никаких революций не надо, если кто тебя будет гнобить – смирно терпеть и покоряться, война – ни в коем случае не сопротивляться… А плюс к этому еще и тотальный вечный концлагерь, где основная масса населения просто тупо что-то там работает, а микроскопическая часть элиты – интеллектуальной – руководит всем этим процессом и занимается культурно-мыслительными делами. Это же просто мечта…
Ну, а так жизнь в семействе Толстых шла своим чередом. Дети подрастали, с ними начались проблемы… Точнее, с сыновьями – ЛНТ они по тому или иному поводу всё не устраивали. Не так жили, не так думали… Что касается дочерей, тут как-то сложнее. У ЛНТ вообще, по ходу, было странное отношение к женщинам, и к дочерям особенно. Он, судя по всему, желал, чтобы дочери всегда находились рядом. Вот просто рядом, и все. При том, что СА его раздражала чем дальше, тем больше. Но дочери – то и дело в письмах мелькает, что вот Таня (Маша, еще кто) уехала – и прямо плохо без нее, и никуда. Эта самая Таня – старшая – один раз имела неосторожность захотеть выйти замуж. ЛНТ категорически вмешался и все эти планы разрушил. Причем жених был одним из самых верных его последователей и фанатов, какой-то молодой человек, Попов. Неважно. ЛНТ усмотрел, что в нем были – до того! – какие-то непотребства и нечистота! А значит, он плохо подействует на Таню! Все, брак отменили. Через какое-то время Таня опять решила выйти замуж! Отважная женщина. Ну, ей тогда уже было, кажется, хорошо за тридцать, и жених был много старше… ЛНТ опять резко воспротивился. Опять усмотрел разврат и непотребство – известно, когда мужчины много старше хотят жениться на невинных девушках, о чем они думают. (По себе что ли судит?) Писал Тане длинные письма с нравоучениями и уговорами, договорился до того, что любовь вообще надо относить к опасным заболеваниям. Но Таня уже не стала так покорно слушать и все-таки вышла замуж. Как написано в комментариях, потом ЛНТ все-таки вынужден был признать, что ее супруг человек хороший… но все равно так и относился к нему с подозрением… Ну вот разве это нормальная семейная жизнь? К сыновьям он хоть по поводу женитьбы не приставал…
Отношения с СА зашли в такой тупик, что вообще. Если судить только по письмам ЛНТ, то СА – просто какой-то воплощенный кошмар, несчастье всей жизни бедного ЛНТ. Ну да, наша интеллигенция так и судит. (Вообще, мне сдается, что это у нашей интеллигенции уже такая традиция – всячески гнобить жен великих классиков великой русской литературы. Припоминаю, какие гадости несли, к примеру, про Натали Гончарову Цветаева и Ахматова! А ведь умные женщины, поэты, в конце концов… ) Не знаю, лично я все равно склоняюсь на сторону СА. Она, конечно, тоже со своими задвигами, но не до такой степени, как ЛНТ… Я вот думаю, что надо и другую сторону почитать! Уже хочу добраться до дневников СА. Не знаю, где взять. Если у нас в библиотеке нет… Буду думать, искать…
И вообще – прежде чем осуждать СА, которая якобы сделала жизнь ЛНТ невыносимой – может, и на самого ЛНТ посмотреть? Вот этот трагический инцидент, случившийся в семье – смерть самого младшего сына Вани, он умер ребенком семи лет от скарлатины. Это просто подкосило СА. И – что-то мне показалось по письмам – от ЛНТ ей никакой поддержки не было. Во всяком случае, в письмах он по этому поводу выразился, что такая смерть (маленьких невинных детей) идет нам всем во благо! Это, конечно, очень помогает несчастной матери. СА тогда уехала в Москву что ли, и что-то там как-то общалась с Танеевым – это я не знаю, не буду строить теории об измене и все такое, я вообще не удивлюсь, если СА просто с удовольствием слушала музыку, чтобы отвлечься. Но если бы и было какое-то увлечение… Почему бы ЛНТ не отпустить ее? Тем более если он к тому времени уже всячески ее принижал… Нет, он еще и написал «Крейцерову сонату», и всем ее зачитывал, СА первой. Я не читала (я говорила!), но насколько я понимаю оп отзывам там выражено совершенно скотское отношение к женщинам?
Нет, не нравится он мне. Что человек интересный, я признаю – но не нравится. От таких лучше держаться подальше, мне кажется… И вообще, вот он свою собственную религию изобретает, что-то там формулирует… звучит красиво и возвышенно – то есть, если не вдумываться, к чему это может привести – но он же сам по сути собственным заповедям не следует…
Не-не-не. Читать ЛНТ я вряд ли буду. У меня мелькала мысль – может, почитать «Анну Каренину»? Это я на буктьюбе наслушалась, возникли кое-какие идеи, так чтобы их проверить… Но честно скажу, что вероятность этого стремится к нулю. Вот дневники у меня еще тоже взяты в библиотеке, два тома, дневники – это я почитаю.

«Если я высказывают такие мысли, которые не касаются моей жизни и моей души и убеждения эти кому-нибудь противны и возбуждают злое чувство, то я и вперед и назад от всех их отказываюсь. А убеждения, касающиеся моей души, никому не могут быть противны, потому что они состоят в том, чтобы всем уступать и всем делать приятное».

«Вы вникните немножко в мою жизнь. Все прежние радости моей жизни, я всех их лишился. Друзья мои, семейные даже, отворачиваются от меня. Одни – либералы и естетики считают меня сумасшедшим или слабоумным вроде Гоголя; другие – революционеры, радикалы считают меня мистиком, болтуном; правительственные люди считают меня зловредным революционером; православные считают меня диаволом. Признаюсь, что это тяжело мне, не потому, что обидно, а тяжело то, что нарушается то, что составляет главную цель и счастье моей жизни – любовное общение с людьми: оно труднее, когда всякий налетает на тебя с злобой и упреком. И потому, пожалуйста, смотрите на меня, как на доброго магометанина, тогда все будет прекрасно».

«Недавно случилось: меньшая дочь заболела, я пришел к ней, и мы начали говорить с девочками, кто что делал целый день. Все стали совестно рассказывать, что сделали дурное. Потом мы повторили это на другой день вечером, и еще раз. И мне бы ужасно хотелось втянуть их в это – каждый вечер собираться и рассказывать свой день и свои грехи! Мне кажется это было бы прекрасно…»

«… Если ты вникнешь в мои мотивы, то ты увидишь, что в том, что руководит мной, не может быть крайности, потому что если допустить, что на добром пути надо где-то остановиться, то лучше уж и вовсе не ходить по нем».

«Последние дни у меня был Орлов и начал писать для Софьи Андреевны предисловие от издательства к «Что же нам делать?». И написал прекрасную статью, в которой указывает различие моих взглядов от социалистов и революционеров. «Те хотят исправить мир, а этот хочет спасти душу».

«Насчет того, получил ли министр вашу рукопись, я не мог узнать, но узнавать это бесполезно, потому что, по всем вероятиям, он ее даже и не читал, а бросил куда-нибудь в канцелярии; а если бы и прочитал, то только бы посмеялся. Я часто читаю вашу рукопись моим знакомым, и редко кто соглашается, а большей частью встанут и уйдут. Когда ко мне собираются скучные люди, я сейчас начинаю читать вашу рукопись, - сейчас все разбегутся».

«Дорогой Илья Ефимович //Репин//. Как я рад, что разные старые кошки – чьи-то чужие – бегавшие между нами, скрылись, и между нашей дружбой нет никаких теней. В сущности же, как с моей стороны, так, я уверен, и с вашей не было и не может быть никакого изменения в тех чувствах уважения и любви, какие мы друг к другу имели. Мне особенно живо напомнила вас голова безносой женщины на виньетке о сифилисе».

«У нас на днях была скоропостижная смерть Оболенского – мужа племянницы. Все это как должно быть и хорошо. Человек был очень хороший – простой, добрый. Теперь вдова с 7-ю детьми осталась – бедная, долгов много, но и это все хорошо и много вызывает доброго в людях. Не могу никак видеть дурного, а все только разнообразный материал для самого прекрасного, которое от нас зависит из него выработать».

«Статью Страхова я не читал; но не говори этого ему, а пришли мне эту статью: я прочту и напишу ему, а то, сколько помнится, он прислал мне, а я отложил, чтоб прочесть, да так хорошо отложил, что теперь не могу найти. Можешь ему вместо этого сказать, что я его очень люблю».

«Недаром Герцен говорил о том, как ужасен был бы Чингис-Хан с телеграфами, с железными дорогами, журналистикой. У нас это самое совершилось теперь».

«Как жаль, что Таня ковыряет себе зубы, пускай бы сами портились, а не дантист».

«Для меня эта смерть //сына// была таким же, еще более значительным событием, чем смерть моего брата. Такие смерти (в смысле особенно большой любви к умершему и особенной чистоты и высоты духовной умершего) точно раскрывают тайну жизни, так что это откровение с излишком возмещает за потерю».

«Назад ехал через лес тургеневского Спасского вечерней зарей: свежая зелень в лесу и под ногами, звезды в небе, запахи цветущей ракиты, вянущего березового листа, звуки соловья, гул жуков, кукушка и уединение, и приятное под тобой бодрое движение лошади… И так мне ясно было, что так же хорошо, хотя и по-другому, будет на той стороне смерти, и понятно было, почему евреи рай изображали садом. Я постарался вызвать в себе сомнение в той жизни, как бывало прежде, - и не мог как прежде, но мог вызвать в себе уверенность».

«Если бы больные неизлечимые чахоткой, раком знали свое положение и то, что их ожидает, они не могли бы жить. Так и наше правительство, если бы понимало значение всего совершающегося теперь в России, они – правительственные люди – не могли бы жить. И потому они хорошо делают, что заняты балами, смотрами, приемами и т.п.»

«Ненадежен для царствия божия взявшийся за плуг и оглядывающийся назад, что есть, что кто пашет, тот не может думать о последствиях, но твердо знает, что по мере его работы изменяется и само дело, а как, в каких формах оно изменится, это надо предоставить богу».

«Не тужите о своей болезни. Это хорошо. А то без болезней уж слишком тяжело было бы умирать».

«Мое отношение к революции такое же, какое было бы у человека, советовавшего людям не вкладывать голову в железный ошейник, которым их приковывали к цепи, когда бы эти люди, вместо того, чтобы перестать самим надевать на себя ошейник, решили бы, что надо переделать ошейник на ножные кандалы и наручники для того, чтобы было удобнее, чем при ошейнике».
***
«Пишу на станции и вокруг меня толпа. Чувствую тяжесть шапки Мономаха».
Читать далее
65 понравилось
10
177