Сердце Зимы. Книга 2

Великие полководцы завоевывают славу не блестящими замыслами, а умением добиться победы в случае, когда эти замыслы проваливаются.

Любую женскую суровость можно смягчить широкой искренней улыбкой.

После нескольких поцелуев большинство женщин становятся сговорчивее.

Ничего не говори тому, кого плохо знаешь, если только не хочешь, чтобы об этом стало известно всем.

Женщины любят, чтобы мужчина вел себя тихо, был воспитанным. И сдержанным. Сдержанным и, может, чуточку стеснительным. Развивай в себе эти качества, и все будет хорошо.

Женщины любят проявлять сочувствие, если играешь по правилам.

Дурак – человек, который доверяет всем, сказал Льюс Тэрин, и человек, который никому не доверяет – тоже дурак.

" Она не права, – пробормотал Льюс Тэрин. – Битвы могут изменить ход истории". Но доволен этим он явно не был. "Вся беда в том, что иногда нельзя сказать, как измениться история, пока не станет слишком поздно".

Обо всем знать невозможно, – тихо сказал Лан, – а часть известного всегда оказывается ложью. Возможно, даже самая важная часть. В том, чтобы понять это, и есть некая доля мудрости. И доля храбрости – в том, чтобы продолжать делать свое дело.

Великие полководцы завоевывают славу не блестящими замыслами, а умением добиться победы в случае, когда эти замыслы проваливаются.

– Миру редко известно, что же ему известно на самом деле, –  промолвила Мерилилль голосом, от которого в шатре  заметно повело холодом.

– Лучше чувствовать себя дурой, чем быть ею, – проворчала Бергитте не слишком громко.

Когда отыщешь шпиона, – учил её Том, –  заверни его в пелёнки, нянчись с ним, корми с ложечки.

Шпион – орудие твоего врага, – не раз говорила Илэйн мать, – но когда ты знаешь, кто он, он становится твоим орудием.

Вращается Колесо Времени, эпохи приходят и уходят, оставляя в наследство воспоминания, которые становятся легендой. Легенда тускнеет, превращаясь в миф, и даже миф оказывается давно забыт, когда эпоха, что породила его, приходит вновь. В эпоху,  называемую Третьей, в эпоху, которая еще будет, в эпоху, которая давно миновала, над  Аритским океаном поднялся ветер. Не был ветер началом. Нет ни начала, ни конца оборотам Колеса Времени. Оно – начало всех начал.

А разве ты не останешься собой? Твое тело – всего лишь покров. Твоя плоть усохнет, но ты – это твои сердце и разум, а они не изменятся, разве что станут сильнее.

— Храбрость как колодец, – сказала Виендре на ухо Илэйн, – в одном человеке глубокий, в другом – мелкий. Глубокий или мелкий, но со временем колодцы пересыхают, даже если позже вновь наполняются.

Лучше чувствовать себя дурой, чем быть ей.

Ну вот, получите. Я - развратник.

объяснять свои решения нужно как можно реже: чем больше ты пускаешься в разъяснения, тем больше их требуется, и так до тех пор, пока они не займут все твое время