Магеллан. Америго

С детства люблю книги о путешественниках и мореплавателях. Давно и нежно люблю творчество Стефана Цвейга. Здесь все это слилось в единое целое.
Итак, португальский подданный Фернан де Магельаеш, вошедший в историю под именем Магеллана.
Нет, не так. Вначале были пряности. Все великие мореплаватели того времени, включая Колумба и Васка да Гаму, ставили своей целью открытие новых, более удобных и дешевых путей на Восток, к «Островам специй». Не стал исключением и Магеллан.
Цвейг много внимания уделяет объяснению причин приведших Магеллана к главному в его жизни плаванию, к осуществлению авантюрного, абсурдного, немыслимого по тем временам проекта. Дотошно, очень подробно, с большим знанием архивных материалов доводится до сведения читателя о подготовке этого проекта. А сколько интриг и козней сопровождало его!
Не буду пересказывать, но прочитав, узнаешь, как папой, не мудрствую лукаво, был поделен весь мир между двумя державами: Испанией и Португалией и почему в плавание португалец Фернан де Магельаеш ушел под именем Магеллана на кораблях с испанским флагом.
Магеллан у Цвейга очень противоречив. Неразговорчивый, замкнутый, этот нелюдим, распространял вокруг себя атмосферу ледяного холода, стеснения и недоверия. В нем было необъятное, непонятное честолюбие. Угрюмый нрав Магеллана рождал противодействие.
Поддерживая в своей флотилии железную дисциплину, он не ведал ни снисхождения, ни жалости…
И в тоже время ничто так не возвышает Магеллана в нравственном отношении над всеми другими конкистадорами его времени, как это неуклонное стремление к гуманности. Если он был беспощаден, то к чести его следует признать, что жестоким он никогда не был.
Цвейг не пытается приукрасить, обелить своего героя. Он просто показывает, насколько разным был этот человек. Точно также не рисует в черных красках его спутников в этом плавании, поэтому интерпретация событий этого путешествия временами отличается от той, которую я знала до сих пор.

… только сумма преодоленных препятствий служит истинно правильным мерилом подвига и человека, его совершившего.

Открытия не совершаются просто так или по первому желанию. Тем более географические открытия связаны с лишениями, голодом, холодом, бунтом. Через все это прошел и Магеллан. Умный, терпеливый, находчивый, он не хотел просто сидеть на нищих подачках со двора, хотел сделать что то великое, принести пользу. И он принес. Но все награды получили другие, все почести достались недостойным людям. А его завещание так и не было исполнено. Хотя он пожертвовал своей жизнью ради открытия новых островов и пролива. Вот за это обидно. Но он не забыт. Книга написана легко, читается быстро и с интересом, нет сильных нагромождений фактов и каких то неприятных подробностей. Книгу интересно будет прочитать как школьнику, так и взрослому человеку. С удовольствием отправилась с командой на открытия новых неизведанных мест и не пожалела. Время проведено с удовольствием.

Я не очень люблю исторические произведения. Сухое перечисление фактов наскучило мне ещё в школе, а выдуманное автором в таком тексте воспринимается не догадками, а чем-то большим и совсем неправильным. Но в этой книге меня совсем не смущали предположения автора.
Начинала читать я с опаской скуки, и первые страниц 100 (в электронном формате) эту опаску подтвердили. Книга начинается не с самого путешествия, а с рассказа обудет открытии различных пряностей, вскруживших голову Европе. Нынешний чёрный перчик мы, не задумываясь, кладем в корзинку в магазине, а тогда его стоимость достигала баснословных высот. Рассказывается немного о жизни Магеллана, о его участии в морских походах и наземной войне, о прениях с королём Португалии и переходе под испанское знамя, о начале снаряжения экспедиции.
В книге много дат и выдержек из дневников того времени и документов. Но читать и впрямь интересно - чувствуется восторженность автора, она настолько объёмная, что поневоле заражаешься ею. В моменты особо напряженные (особенно, конечно, в момент открытия пролива) я ежилась от мурашек - такой накал эмоций, вложенный в текст.
Не смотря на все восхищение автора, он честно описывает Магеллана, не наделяя его героическими качествами. Отмечается и его угрюмость, и его неумение разговаривать с людьми, и его настойчивость, что порой являлась и отрицательным качеством. Но с другой стороны, не будь какой-то из этих составляющих, и, возможно, эта экспедиция не состоялась бы вовсе, либо развернулась домой на полпути, не дойдя до своей цели.
Мужество людей того времени колоссально. Отправиться в полную неизвестность, полагаясь на мнение капитана и ошибочные сведения, фактически на верную смерть. Восхищение автора всей этой экспедицией вполне оправдано.

Романтика и суровая реальность в одной книги. Конечно, Магеллан был мечтателем, погнавшимся за мечтой. Безусловно, он был расчетливым человеком, надеявшемся многое получить за свои старания. И конечно он был человеком суровым и даже жестоким, но, наверное, только такой и может перевернуть мир и войти в историю. Цвейг не идеализирует своего героя, старается показать его непредвзято. В этой книге есть все и трудности, и лишения, и много смертей. Да, многие решения принятые Магелланом были очень жесткими и считаются оправданными только с точки зрения «победителей не судят». И, тем не менее, он победитель, но в тоже время и проигравший. Кругосветное путешествие – первое в мире - совершено, оно ассоциируется с именем Магеллана, но он умер прежде, чем оно осуществилось. Магеллан вошел в историю, оставив свой подвиг в наследство целой планете, и, тем не менее, ничего из его завещания, его последней воли не воплотилось в жизнь.
Замечательная книга о подвигах и их цене.

До этой книги, я стороной обходила биографические повести. Все-время находились интересные художественные книги. Но по воле случая довелось мне прочитать историю Магеллана. С жизнью Магеллана я была знакома по школьной программе, так же были сведения о жизни Европы в те времена. Таким образом, можно сказать, что основные сведения не стали для меня каким-то открытием. Однако, оказалось интересно прочитать как бы изнутри подготовку к такому грандиозному путешествию.
Вообще представьте себе размах исследовательской миссии. В те времена были только деревянные корабли. В то время за 12 часов не пересечешь Атлантику, это сейчас можно практически в любую точку мира достаточно легко попасть и при этом знать, что тебя там ожидает. В те времена проводили такие миссии наугад. Это один из величайших подвигов человечества, хоть все складывалось не гладко.
Стефан Цвейг не стал делить историю жизни Магеллана на простые главы, он сделал отличный ход - разделил по ключевым временным отрезкам. Хоть повесть ближе к сухому научному стилю написания, но это даже пошло на пользу, сразу погружаешься в то время и понимаешь, что это произошло на самом деле. Вот бы учебники и справочную литературу также писали. Думаю, что и учиться и работать было бы интереснее.
Отличная книга для расширения кругозора.

Для меня книга оказалось тяжелым чтением. Может, потому что мои знания с географии подобны тому же Магеллану, слепо бродившему столько времени по враждебному океану. Может, потому что огромное количество событий и имен никак не хотели гладко ложиться в память. Не знаю. Но чтение показалось настолько тяжелым, насколько и увлекательным. Цвейг ― потрясающий скриптор, который посредством высокохудожественного слога сумел запечатлеть на бумаге биографию одного из величайших путешественников. А ведь все началось с обычных пряностей.

Что самое интересное, несмотря на громкие титулы «героя», «великого смелого» и прочие восхваления из-под руки автора, Магеллан предстает перед нами обычным человеком, у которого, помимо достоинств, есть еще и пороки. Вместе с храбростью ему не чужд эгоизм, вместе с решительностью ― честолюбие и чрезмерная скрытность, вместе с организационностью ― неспособность признать свою неправоту. На самом деле крупная заслуга Цвейга в том, что он не делит героев по принципу: «этот был очень хороший, а этот ― отпетый злодей». Нет. Нам он дает лишь факты и пищу для размышлений. Поэтому и испанские капитаны, поднявшие в свое время бунт, не вызвали у меня никакого отторжения.

В книге интересно описаны не только путешествие, но и события, предшествующие ему. И тогда понимаешь этот человек (то бишь Магеллан) был полностью предан своей идее, которая породила в нем фанатичное упрямство добиться ее даже ценой собственной жизни. Ведь сколько сложностей на пути к заветному проливу предстояло перешагнуть, начиная с преклонения перед Карлом и тяжелой полуторалетней организацией снаряжения и команды. Будь человек хоть немного подвержен сомнениям, вряд ли бы у него хватило духу броситься в опасную авантюру.

Наблюдая сейчас, с вершины двадцать первого века, сложно поверить в реальность описанного события. Слишком страшным, слишком опасным и преисполненным огромными жертвами кажется оно, так что невольно начинаешь проникаться уважением к людям, решившим отдать ему свои жизни. Хотя, бедняги-туземцы совершенно не заслужили такой участи, открывшись белым людям со всем радушием. Увы, критиковать подобное не имеет никакого смысла. И на фоне этого кончина Магеллана кажется столь нелепой как неуместная шутка во время торжественной речи.

Вообще-то, отправляясь в очередной раз в библиотеку, я намеревалась взять почитать другой роман Цвейга - "Мария-Антуанетта". И я его взяла. Но быстро поняла, что в выборе ошиблась. Если от "Марии Стюарт" была в восторге, то "Мария-Антуанетта" впечатления не произвела и осталась (в этот раз), не дочитанной.
А вот о "Магеллане" я и не слышала, но взяла, тем более объём небольшой. Теперь - в числе любимых.

Это надо же уметь так писать! Так описывать реальные события, чтобы дух захватывало! При полном отсутствии диалогов и минимальном описании природы. Этот роман лучше любого приключенческого с вымышленными персонажами и событиями.
Причём плавание Магеллана показано в романе не само по себе, а в тесной связи с другими событиями начала эпохи Великих Географических Открытий, эпохи, значение которой трудно переоценить. Автор вообще начинает с того, что подробно и увлекательно расписывает, какой проблемой когда-то являлись поставки умопомрачительно дорогих пряностей из Индии. А собственно это и заставило европейцев искать морские пути, более лёгкие и близкие (в реальности это оказалось не совсем так).
Если бы все авторы исторических романов писали так увлекательно, при этом строго придерживаясь истины! Прочитав книгу за два дня я узнала столько новых подробностей! И об Энрике Мореплавателе, и о том, каким образом Бразилия оказалась под властью Португалии, и о представлениях европейцев в Средние века о мире.
И, собственно, о плавании Магеллана, начиная с подготовки. А это оказалось так интересно! Зачем что-то выдумывать?! Читается на одном дыхании (точнее, при его задержке). Серьёзно.
При этом, чтение не слишком весёлое. Уж очень много было трудностей у экспедиции, да и дальнейшие события не очень-то весёлые.
Ну и, конечно, образ самого Магеллана, человека с тяжёлым характером, его взаимоотношения с другими людьми, конфликты во время путешествия, в которых отчасти виновен был и он.
Печальная история. Романтическая и реальная.
Однозначно советую всем любителям исторического жанра и тем, кто любит литературу о море.

"Комедия случайностей" заставила не один век историков и ученых поломать голову и отделить действительно произошедшее в далеком 1497 и 1499 годах от вымышленных и искаженных фактов. В 1497 году Колумб открыл новую землю на земном шаре, ранее неизвестную и не отмеченную на картах, но до самой своей смерти он был уверен, что открыл на западе Индию. Его уверенность сыграла с ним злую шутку, двумя годами позже простой купец Америго Веспуччи повторил его путешествие и в в 32-страничной книжонке впервые увлекательно и живописно описал увиденное и пережитое, "как гуманист, как ученый, наблюдал он и описывал жизнь чужих народов, их нравы и обычаи, не хваля и не порицая". Как отметил Цвейг, история любит игру малых совпадений, честолюбивые итальянские издатели, прославляя своего соотечественника без его ведома, неверно перевели на латынь сообщение Веспуччи о его четырех путешествиях в той форме, в какой оно появилось во Флоренции. "В седьмой главе внезапно впервые мелькает предложение, которое примут последующие века; говоря о четвертой части земли, «quarta orbis pars», Вальдземюллер высказывает свое личное предложение – поскольку эту четвертую часть света нашел Америко, ее следовало бы с этого дня называть Землей Америко, или Америкой". С этого часа Америку вписывают в карты мира, а Америго Веспуччи предстает в ореоле бессмертия. Спустя почти пятнадцать лет после выхода книги (в 1538 году) "король картографов Меркатор составляет карту мира, на которую наносит как единое целое весь континент, каким мы его знаем сегодня, обе его части, обозначая все вместе названием «Америка»: А М Е – стоит над Севером и Р И К А – над Югом". Весь 16 век незаслуженная слава Веспуччи, как первооткрывателя Нового Света, не подлежит сомнению, о Колумбе совсем позабыли. Но позже раздался голос великого епископа Лас Касаса, отец которого сопровождал Колумба во втором плавании, ставившего под сомнение открытие Америки Веспуччи, назвав его обманщиком и зародив новые сомнения у ученого мира, по его разумению Новый Свет должен называться Колумбией. Лас Касас детально анализирует все найденные им факты и приходит к мысли, что в 1497 году Веспуччи не достигал берега Нового Света! Слава Веспуччи меркнет, в 17 веке вспоминается полузабытое имя Колумба. Неиссякаемая потребность в героизации противопоставляет Колумбу обманщика и фальсификатора Веспуччи. "Без их ведома слава одного вступит в борьбу со славой другого; ошибки, непонимание, страсти и споры исследователей будут вновь и вновь разжигать соперничество между этими двумя великими мореплавателями, соперничество, которого никогда не было при их жизни." Но история всё расставила по местам, "три письма Веспуччи, найденные в архивах и до сего времени отвергавшиеся его защитниками как поддельные, в действительности, будучи написаны рукой самого Веспуччи, являются единственными достоверными документами, а прославленные произведения «Mundus Novus» и «Четыре плавания» следует считать недостоверными публикациями, в которых содержатся всевозможные добавления, изменения и искажения." Незаслуженная слава пришла к нему не по его желанию, а благодаря чужому вмешательству и "комедии случайностей", так бывает.

Кто ждет от истории справедливости, тот требует от нее большего, чем она намерена дать: она часто дарует среднему человеку славу подвита и бессмертие, отбрасывая самых лучших, храбрых и мудрых во тьму безвестности.

Основная трудность заключалась в том, что предстояло разрешить необычайное противоречие между человеком и его славой, человеком и его репутацией. Ибо совершенное Веспуччи деяние, как теперь известно, не соответствует его славе, а слава – его деянию. Между человеком, каким он был на самом деле и каким он предстал пред всем светом, существовала столь резкая разница, что оба портрета – биографический и литературный – оказались несовместимыми. И лишь после того как мы уясним себе, что слава Веспуччи явилась плодом постороннего вмешательства и запутанных случайностей, станет возможным рассмотреть его действительные достижения и его жизнь как нечто цельное и рассказать о них в их естественной взаимосвязи. И тогда оказывается, что с безмерной славой связаны скромные заслуги и что жизнь этого человека, возбуждавшего, как немногие другие, и восхищение и неприязнь всего мира, в действительности не была ни великой, ни драматичной. Это ли не «Комедия случайностей», в которую, сам того не ведая, был вовлечен Веспуччи?

«Америго. Повесть об одной исторической ошибке» - очень интересная новелла Стефана Цвейга. Представленное объяснение загадки названия новой части света, открытой Христофором Колумбом, мне нравиться больше, чем традиционная «конспирологическая» версия злонамеренного обмана со стороны Америго Веспуччи.

Цвейг очень ясно и убедительно показал, как складывается история. Страшно подумать насколько же отличается реальная история от того, что остается в памяти потомков!?

Дальше...

Одно ясно – человек, заставивший ученых в течение четырех столетий решать одну из самых сложных проблем, сам, по существу, прожил весьма несложную, бесхитростную жизнь. Решимся же утверждать следующее: Веспуччи был не более как человеком посредственным. Он не был первооткрывателем Америки, не был amplificator orbis terrarum , но не был равным образом и обманщиком, каким его ославили. Он не был великим писателем, но и не воображал, что является таковым. Веспуччи не выдающийся ученый, он не глубокомысленный философ, и не астроном Коперник, и не Тихо де Браге [52]; и, пожалуй, даже слишком смело ставить его в первый ряд великих мореплавателей, потому что нигде его печальная судьба не позволила ему проявить собственную инициативу. Ему не доверили флотилии, как Колумбу и Магеллану; занимая различные должности, Веспуччи всегда был лицом подчиненным и не имел возможности самостоятельно что либо исследовать, открывать, приказывать или руководить. Он всегда был во втором ряду, заслоненный чужой тенью. И если, не смотря ни на что, сверкающий луч славы пал имению на него, то это произошло не в силу его особых заслуг или особой вины, а из за своеобразного стечения обстоятельств, ошибок, случайностей, недоразумений. То же самое могло произойти с любым другим участником того же плавания, рассказывавшим о нем в своих письмах, или со штурманом какого нибудь соседнего корабля. Но история не позволяет спорить, она выбрала именно его, и ее решение, пусть даже ошибочное, пусть несправедливое, – бесповоротно. Два слова «Mundus Novus», которыми сам Веспуччи или неизвестный издатель озаглавил его письма и «Четыре путешествия», – причем даже не установлено, во всех ли плаваниях он принимал участие, – ввели Веспуччи в гавань бессмертия. Никогда уже его имя не будет вычеркнуто из книги человеческой славы, и, пожалуй, всего точнее можно определить его заслуги в истории мировых открытий парадоксом: Колумб открыл Америку, но не знал этого, Веспуччи ее не открывал, но первым понял, что Америка – новый континент. Это единственное достижение Веспуччи связано со всей его жизнью, с его именем. Ибо никогда сам по себе подвиг не является определяющим, а решающее значение имеют осознание подвига и его последствия.

И все же Америке не следует стыдиться своего имени. Это имя человека честного и смелого, который уже в пятидесятилетнем возрасте трижды пускался в плавание на маленьком суденышке через неведомый океан, как один из тех «безвестных матросов», сотни которых в ту пору рисковали своей жизнью в опасных приключениях. И, быть может, имя такого среднего человека, одного из безыменной горстки смельчаков, более подходит для обозначения демократической страны, нежели имя какого нибудь короля или конкистадора …