Жуки, финансы и все, все, все...

— ... мы всё ещё являемся организацией, призванной поддерживать законность, а одно из главных правил, которое всегда должно учитываться при такой деятельности, состоит в том, что никогда нельзя прибегать к неоправданному насилию для завоевания и сохранения поддержки со стороны общества. Это означает, что, если кто-то толкнул вас случайно на улице, вы не имеете права сломать ему руку. Если мы дойдём до того, что начнём мстить с лихвой за каждую нанесённую нам обиду или причинённый ущерб, мы никогда не получим общественной поддержки. — глава 6

— Просто я немного на взводе. И терпеть не могу копаться во всем этом. Он указал на рабочий стол перед собой.
— Ежегодные финансовые отчеты? — Рамона слегка приподняла брови, раздражение сменилось в ней удивлением. — Мне всегда казалось, что тебе доставляет удовольствие возиться с цифрами, любимый.
— Всему есть предел! Девяти ящиков с бумагами и дискетами слишком много даже для меня.
— Почему бы тебе просто не просмотреть итоговые сводки? — посоветовала она.
— Это и есть итоговые сводки. Исходные данные для них заняли бы несколько грузовых трюмов.
— Ну, по крайней мере, проблема твоего свободного времени решена, — заметила в шутку Рамона. — Хотя, если говорить серьезно, зачем тебе из-за этого беспокоиться? Я имею в виду, что уже само то обстоятельство, что каждый капитан обязан представлять тебе ежегодные отчеты, может служить средством, надежно сдерживающим растраты, причем без всякой необходимости для тебя просматривать все их полностью.
— Я бы за это не поручился, — вздохнул Тамбу. — Рано или поздно эти люди обязательно догадались бы, что я просто собираю у себя их отчеты. Иногда… Вот, позволь мне прочесть тебе хотя бы это.
Он порылся среди лежавших на столе бумаг в поисках нужного листа, нашел его, положил поверх стопки и прочитал: «Если вы добрались до этого места в нашем отчете, мы обещаем купить для вас ящик вашего любимого виски. Только сообщите, какой сорт нам приобрести».
— Ах, вот оно что? — рассмеялась Рамона. — И ты намерен принять подарок?
— Разумеется, — ухмыльнулся Тамбу. — Я обнаружил спрятанные записки подобного содержания еще в восьми других отчетах. Мне также придется разослать около дюжины кратких выговоров за намеки на мое происхождение или сексуальные предпочтения.
— И что ты собираешься делать со всем этим виски? — осведомилась Рамона. — Ты же не пьешь ничего, кроме легкого вина.
— Еще один год вроде этого, и я готов буду приняться за кое-что покрепче. Но на самом деле я не могу принимать на борт грузы. Не говоря уже обо всем прочем, это сразу бы выдало мое местопребывание. А посему я отдам распоряжение каждому дарителю отправить презенты на определенные корабли с извещением, что команда данного звездолета может наслаждаться подарком с моими наилучшими пожеланиями.
— Звучит заманчиво. А к моему кораблю это часом не относится?
— Надо будет проверить списки, — отозвался он с наигранной строгостью. — Ты же знаешь, что я не выбираю себе любимчиков. Из того, что тебе весьма успешно удалось меня соблазнить, вовсе не следует, что ты вправе рассчитывать на какие-то особые привилегии.
— Мне досталось по заслугам, — заявила она, мелодраматически понурив голову.
— Возвратимся к прежней теме. Итак, шутники, вроде этих, были бы в состоянии тут же точно определить, читал я их отчеты или нет.
— Что могло бы ввести их в искушение подделать счета, — согласилась Рамона.

— Должен, однако, признаться, что мне почему-то никогда прежде не приходило в голову, что и грозный Тамбу иногда наведывается в ванную, как и любой другой человек.
— Это обычное заблуждение относительно жизни знаменитостей, — произнес Тамбу. — Когда средний обыватель думает о каком-нибудь выдающемся артисте, политике или спортсмене, он всегда видит в них только профессионалов. Мысль о том, что время от времени им приходится заниматься самыми заурядными вещами, как, например, чисткой обуви или стиркой белья, просто не укладывается в воображении.
— Вы правы, — согласился Эриксон. — Я полагаю, что все дело тут в защите собственного «я».
— Защите собственного «я»? Мне кажется, я не совсем понял суть вашей мысли.
— Когда какой-нибудь обычный рядовой Джо видит перед собой знаменитость, у него подсознательно возникает один и тот же вопрос: «Что в нем есть такого, чего нет у меня?» Если он будет смотреть на знаменитость как на человека, во всем подобного ему, то, следовательно, сам вынужден будет признать себя стоящим ниже его. А так как большинство людей склонны считать, что имеют способности выше среднего уровня, они отвергают саму мысль о том, что каждый из них мог добиться столь же значительных успехов при равных стартовых условиях. Вместо того чтобы принижать свой образ в собственном представлении, они находят более удобным приписывать знаменитостям некий сверхчеловеческий статус. Точка зрения их при этом такова: «Я выше среднего уровня, но они — исключительные! Мне даже не приходится сравнивать себя с ними, потому что они принадлежат к совершенно особой породе людей». Как я уже говорил, это является для них средством самозащиты, или, вернее, защиты собственного «я».

Питер отключил интерком и встал из-за стола. Он подошел к южной стене, и панель отодвинулась, пропустив его в служебный коридор для руководства, к ленте ползущего в восточное крыло транспортера. Хорнсби кивнул знакомому, целеустремленно шагающему по встречному транспортеру, однако остался стоять, предоставив неторопливо ползущей ленте нести его со скоростью четыре мили в час. В каждом секторе сложилась собственная манера передвижения по коридорам. У кого-то было принято шагать, у кого-то бежать, дабы демонстрировать окружающим кипучую деятельность или собственную значимость. Эдди завел иной порядок в своей рабочей группе. Пусть это делает за тебя машина. Мы достигли таких высот, где не подобает метаться и суетиться, словно испуганные крысы.