The Moon and Sixpence

«Луна и шесть пенсов» Сомерсета Моэма стала для меня вторым разочарованием в творчестве этого автора. (первым был "Театр")

Перед чтением я пребывала в радостном предвкушении. Дело в том, что я была в полном восхищении от книги Ирвинга Стоуна «Жажда жизни», посвящённой Ван Гогу. Поскольку Гоген и Ван Гог были знакомы, а «Луна и шесть пенсов» якобы рассказывает о Поле Гогене, я ожидала с головой окунуться в мир искусства и не вынырнуть до последней страницы.

Однако мои ожидания не оправдались. Мне показалось, что Моэм попросту решил воспользоваться славой великого художника, чтобы привлечь внимание к себе (добавил хайпа) . Большая часть книги выглядит не как повествование о Гогене, а как ода самому Моэму. И эти повествования максимально затянуты и часто уходят от основной темы.

Произведение написано от первого лица, и хотя имя Гогена скрыто за литературным персонажем, автор неоднократно намекает на своё знакомство с ним: утверждает, что встречался с будущим знаменитым художником ещё до его признания, даже давал ему деньги в долг — при том, что их встречи ограничивались всего парой-тройкой случаев за всю жизнь.

Если собрать воедино всё, что в книге сказано непосредственно о художнике, едва ли наберётся больше 30-40 страниц. Остальное пространство занято рассказами автора о самом себе. При этом Моэм откровенно признаётся, что кое‑что «немножечко додумал» — и вряд ли события развивались именно так, как он описывает.  Думаю, ну ладно, это же художественная литература основанная на реальности , ну чуток додумал...

Я продолжала читать, терпеливо собирая по крупицам информацию о Гогене, пока не наткнулась на утверждение, что Гоген не то, чтобы не видел Ван Гога, но наверное и никогда даже не слышал о нем. Этот момент стал для меня настоящим потрясением!  Тут я просто выпала в осадок. Думаю, либо лыжи не едут, то ли я ..... на земле. А как же влияние двух этих авторов друг на друга после совмстного двухмесячного проживания в городе Арль на юге Франции? А как же история с ухом Ван Гога после ссоры с Гогеном? А как же картина, где Гоген рисует Ван Гога, который рисует подсолнухи?

Я дочитала этот опус любви Моэма к самому себе уже из чистой ненависти. После этого я обратилась к реальной биографии Гогена и окончательно убедилась в своём разочаровании.

Выяснилось, что всё в романе — вымысел. Из достоверных фактов — лишь то, что Гоген уехал на Таити. Более того, Моэм вообще не был лично знаком с художником. А придуманная автором версия смерти Гогена в книге выглядит совершенно неправдоподобно и даже ужасно.

В итоге у меня нет никакого желания обсуждать литературного персонажа, созданного Моэмом. Помимо того, что образ художника выписан с явным пренебрежением, он к тому же не имеет ничего общего с реальным человеком.

Пожалуй одно из лучших произведений Моэма. Гоген-Стрикленд очень живой вышел... Думаю лучшая биография Гогена, других попросту не читал)) но Моэм автор топ 10 в моем списке. Заключительная часть весьма поучительна, последние несколько глав меняют смысл написанного имхо.
Гений и его 'особенности'... Наверное гении именно такие. Очень своеобразные, часто со скверным характером и трагическим концом, не признанные при жизни...

Но если в романе слово "грош" встречается десяток раз что, то луны я как то не заметил... Может от меня что то укрылось???

Прочитав эту удивительную книгу, становится понятным, что проблема поиска себя всегда была, есть и будет актуальна.
Эта книга-размышление о привратностях судьбы и их преодолении. Ну скажите, сложно ли в 40 лет бросить все и начать новую, совсем иную жизнь. Мне кажется ответ утвердительный. Оценивая сейчас свое положения, с уверенностью могу сказать две вещи:

• Я занимаюсь любимым делом.
• Я не смогла бы бросить то, что есть у меня сейчас.

Кадр из одноименного фильма, взят в сети Интернет

В самом начале книга кажется немного легкомысленной, но Моэм мастерски уводит в дебри осмысления жизни и бытия.
Жизнь художника наполнена яркими красками, ведь теперь он может творить и это самое главное, то к чему он стремился. Задумывался ли он о чем-то другом: о хлебе насущном или как прожить? Нет, он жил только своим искусством, а вот заботится о нем приходилось другим людям.
Вообще любая творческая натура нам кажется непонятной, не осознаем, чем они живут, на что направлен их труд.
Мы являемся только потребителями их таланта и труда. Мы наслаждаемся произведниями прошлого, посещая музеи и выставки. Но никогда не задумывались как они жили, как творили. И только благодаря писателям, которые преподносят нам истории жизни великих творцов, мы погружаемся в мир творчества и забвения.

У Моэма, конечно, получился весьма нестандартный образ, вызывающий даже не осуждение, а жгучую неприязнь и отвращение. Как я ни пыталась переключиться на его гениальный талант, на его тяготы жизни, всё равно перед глазами становился до того жутко неприятный субъект, что почти все его злоключения прошли мимо, не задевая и не вызывая отклика в душе.
Мало быть просто гениальным, необходимо оставаться человеком, а не так по-скотски себя вести со всеми. Да, можно назвать потребительским отношением и его жены с детьми, но он переступил черту, в нём словно совсем нет человеческого. И это даже не пугает, а отвращает. Я задумалась, нет ли у него психического заболевания, настолько антисоциальным быть и при этом являясь здоровым, хм, разве только и вправду оставаясь животным, а не человеком.
Но, несмотря на то, что мне совершенно не понравился главный герой, не могу не отдать должное Моэму. Написано вдумчиво и проникновенно, стиль хорош и через спектр эмоций тебя пропускают, а потом долго ещё сиди и переваривай, мол что это было. Правда, притяжение автора к Чарльзу Стрикленду мне не понять, но да это его дело конечно.
И как-то иронично получилось, что такой силы талант вёл к разрушению. Всех вокруг и себя заодно, что он до последнего вздоха направлял Стрикленда, заставляя творить при ужасных муках, а потом сгинул вместе с тленной оболочкой. Иронично, сильно, горько и весьма печально. А ведь не будь его, и он остался бы обычным, ничем не примечательным, клерком. Только было бы ему от этого счастье? Правда я не уверена, что он был счастлив в любом случае, хотя может по-своему и был, пока мог творить, выпуская наружу то, что требовало выхода. Гениальное, прекрасное, мятежное и жуткое. Как огонь, лишённый своей функции согревания, а только как изначальное, пугающее природное явление, устрашающее и сжигающее всё на своём пути, но, тем не менее, и завораживающее, отчего становясь ещё более трагичным. Таким был и талант Стрикленда.
Сердце на его счет дрогнуло лишь в самом конце и не потому, что он написал свой шедевр, а потом заставил его уничтожить, а от тех мук, испытывая которые он умер. Потому что не знаю, как для других, но человек мне важнее художника и творца и оплакивать я бы стала именно его, а не его творение, каким бы гениальным и удивительным оно бы ни было.

В аннотации заявлено, что это одно из лучших произведений Сомерсета Моэма, а для меня каждое его произведение по своему прекрасно и интересно. Любую историю, рассказанную им читаю-слушаю с неослабевающим интересом и нахожу для себя спорные мысли, рассуждения, в чем-то мысленно соглашаясь, в чем-то нет. Но зачастую -да.

Опять -же аннотация говорит нам о том, что в историю трагической жизни и смерти английского художника Стрикленда автор внес черты биографии Поля Гогена и данный вопрос вызывает споры литературных критиков уже не одно десятилетие.

Но настолько ли важно так на самом деле это или нет ? Мне кажется, в первую очередь Сомерсет Моэм историей художника Стрикленда, начавшего активно заниматься рисованием уже после сорока лет, в одночасье разорвавшего семейные узы и покинувшего все то, что входило в его жизненный круг, хотел показать природу творческой натуры и неспособность большинства увидеть великое и значительное в том, что поначалу вызывает только недоумение и различные кривотолки, за которыми скрывается нежелание понять и принять то, что непонятно нам.

Конечно, Август Стрикленд своими поступками, злобной иронией, зачастую на грани сарказма, отсутствием нужды в людях и одобрения с их стороны навряд ли может вызвать у читателя симпатию и уж тем более любовь. Но здесь дело в том, что читая его историю, мы наблюдаем как рождается искусство, как человек, живущий желанием творить не в силах противостоять ему и возраст не помеха для того, чтобы изменить жизнь и делать то, ради чего ты был рожден.

Читая историю лишний раз убеждаешься как необычны интересны и притягательны порой могут быть творческие люди. Но не стоит приближаться к ним слишком близко. Ведь для них в первую очередь есть только их способ творить, полет мысли, фантазии, самовыражения. Все остальное вторично, в том числе и люди, боготворящие их и жертвующие собой, о чем их никто не просил.

Как всегда у автора удивительным образом в одну историю вплетены еще многие различные темы и вопросы, рассказанные живо , легко и интересно, когда чтение действительно в удовольствие и даже возьмись перечитывать, ты снова найдешь для себя очередные вопросы.

Последний раз Моэма читала давно. И это был "Театр". То ли за давностью дет, то ли из-за того, что произведение другое, он мне понравился больше.
Повествование в романе ведется от лица некого молодого писателя. В определенный момент жизни ему встречается на пути некий Чарльз Стрикленд. Человек как человек, ничего особенного: женат, имеет 2 детей, работает маклером. В следующий свой визит этой семьи он узнает, что Стрикленд в Париже и стал художником. Потом на протяжении примерно 20 лет повествователь часто сталкивался с ним при разных обстоятельствах, но художник всегда был очень гордым и часто вел себя не самым лучшим образом. А что слава? А деньги? При жизни он не получил ни того, ни другого. Но он был счастлив, что может творить.
Не скажу, что книга читалась совсем легко, мешало многословие автора. Да и сам главный герой производит крайне негативное впечатление!

Первое знакомство с Сомерсетом Моэмом вышло неудачное. Во-первых ужасный стиль. Моэм от лица рассказчика и каких то второстепенных персонажей показывает своего героя Стрикленда. Автор не дает возможности понять причинно-следственные связи в поступках героя. Все преподносится как факт. Это было очень скучно, грустно и тоскливо, так, что хотелось бросить после первых же глав.
Стрикленд, состоятельный человек бросил семью и детей и стал бедным художником, которому чтобы творить и создавать шедевры никто и ничего не нужно. Он стал беспринципным, наглым, омерзительным человеком, который использует людей и выбрасывает их. Использовал знакомого, его дом, его доброту, его жену. Выздоровел, поел, написал картину, и послал всех и вся. А то, что его поступок привел к самоубийству, это не важно. Никаких сожалений. Автор на протяжении всей книги осуждает Стрикленда, но одновременно восхищается им. Автор как бы показывает. Талантливый художник, отвергнув людей, мораль, материальное способен написать шедевры. Как бы делая противопоставление или луна, как высокий дар живописца, или грошь, как все обыденное и материальное.
Но книга настолько линейна, однообразна и пуста в своих предложениях, что просто диву даешься. Ни главный герой, ни кто либо другой в книге не меняются, совсем. Рассказчик как преподносит художника мерзким человеком, но гением живописи, так и преподносит. На протяжении всей книги, от начала до конца. И никакие подробности его жизни и его отвратительных поступков, не меняют мнение о нем, ни у кого. Люди которые встречаются Стрикленду на протяжении всей жизни — все однообразные. Все видят какой он ужасный, но все равно помогают, кто чем может. Почему, зачем, из-за чего, не ясно. Автор этого опять не показывает.
Очень плоская и пустая книга. Она могла начаться и закончится на первых десяти страницах, ничего бы не поменялось. Здесь нет истории, нет развития героя, нет развития сюжета. Здесь нет ни оправдания героя, ни наказания героя. Просто перечисление событий и фактов. Бессмысленная и беспощадная книга.

Интересная классика! В начале думала, что немного прогадала с настроением, но потом повествование затянуло и прослушала книгу за этот день.
Повествование скачет по разным временным отрезкам. Рассказчик вспоминает первую встречу с художником, дальнейшую судьбу и перипетии в жизни Стрикленда (собственно сам художник), потом резко читателя бросает в будущее, которое уже тоже в прошлом (но не настолько как первое знакомство, к примеру), и повествователь по рассказам и свидетельствам жителей острова, узнает дальнейшую судьбу Стрикленда.
Рассказчик не любит Стрикленда как человека, поступки Стрикленда вызывают у него злость. Но так же есть черты характера и талант живописца, которые рассказчик в нем уважает и сам в этом себе признается, хотя это и вызывает у него дискомфорт.
Само повествование и предложения мне показались немного рубленными что ли, резковатыми. Это создаёт ощущение у меня, что я не книгу читаю, а слушаю рассказчика здесь и сейчас, на каком-нибудь ужине в Париже, среди других людей из богемы. Так же это ощущение углублялось из-за того, что книгу слушала, а не читала глазами.
Во время чтения у меня было ощущение, что я как будто знаю такой сюжет про художника, рисовавшего туземцев на острове. Но никак не могла вспомнить кто это был. После прочтения романа узнала в интернете, что основой романа послужила жизнь и судьба Поля Гогена. И тут я вспомнила, что была серия сториз про него у блогера-искусствоведа и оттуда видимо отложилась часть информации. Судьбы у них разные, но основные вехи одинаковые: несостоявшаяся семейная жизнь, разрыв с супругой, потом переезд на Таити (жизнь с туземцами, рисование и новая семья), болезнь, смерть и слава как художника лишь после смерти.
В целом, роман понравился. Думаю, то, что это классика о многом говорит. Было интересно читать про такую сложную и невероятную судьбу человека, бросившего семью и хорошую работу ради тяги к искусству в целом, и к рисованию в частности.

Роман прослушала в исполнении Максима Суслова. Читка понравилась. Тембр, дикция приятные, чёткое произношение. Ошибок особых не заметила. В меру эмоционально. Слушала на скорости 2-2,1.

Когда я первый раз прочитала эту книгу, то, помню, была в восторге, может быть потому что она полностью укладывалась в классическое понимание гения от искусства. Гения, который как человек -так себе (и это ещё мягко говоря), а вот как увлеченный своим искусством художник - именно такой, какой и представлен в этой книге... И видимо именно таким и был в жизни протагонист главного героя художник (и бывший банкир) Поль Гоген.
Да, а вот сегодня я уже не могу почему -то так однозначно сказать, что если ты "гений", то тебе позволено всё: и грубость, и жестокость, и подлость (и весь прочий негативный набор). И Моэм в этом своем романе дает нам всю эту картину целиком, как бы говоря при этом, что вот, я вам рассказал эту историю как есть, а как вы ко всему этому относитесь - вам самим решать.

Этот роман о том, как сильно люди хотят быть свободными и не подчиняться правилам общества. Главный герой, Чарльз Стрикленд, успешный биржевой маклер, решает бросить всё и стать художником. Он бросает жену, с которой прожил вполне счастливо (ну, по мнению жены) 17 лет, детей, сытую, спокойную, устоявшуюся, можно даже сказать, рутинную жизнь ради неизвестности, голода и нищеты. Зато сам по себе, свободен, занимается тем, чего требует его душа.

История рассказывается от лица безымянного персонажа, который пытается понять, почему Стрикленд так поступил. Он напрямую спрашивает Стрикленда, почему он так сделал, не волнует ли его, что скажут об этом люди. В ответ получает резкие, но четкие ответы: нет, его ничего из этого не волнует. Такие ответы шокируют рассказчика, вызывая неприязнь к художнику, потому что непринято не думать о мнении общества. А вот Стрикленд так не считает. Пожалуй, эти диалоги мне больше всего запомнились.

Стрикленд — сложный персонаж. Он эгоистичен, груб и не заботится о других. Его единственная страсть — искусство. Моэм не пытается его оправдать, а просто показывает, как он есть; не восхваляет и не осуждает Стрикленда, а просто рассказывает его историю. Это заставляет задуматься о том, что такое гениальность и какую цену она может за собой нести. И мне было бы намного интересней читать этот роман, если бы я увлекалась темой искусства. Моэм превосходный рассказчик, поэтому у меня возникало желание увидеть описываемые картины. Но проникнуться глубиной страсти к живописи — нет. Я даже могу понять Стрикленда, объяснив его желание всё бросить чем-то более низменным (полжизни прошло, всё задолбало, пора что-то менять), но не в состоянии я проникнуться вот этим вот озарением художественным гением. И даже при таком раскладе книга дает пищу для размышлений и рассуждений.