Корней Чуковский. Собрание сочинений в 15 томах. Том 4. Живой как жизнь (О русском языке). О Чехове. Илья Репин

Корней Иванович Чуковский - один из первых писателей, с творчеством которого я познакомился, едва научившись читать, Было это почти 50 лет назад... написал эту страшную цифру и ощутил свою древность, да, те тонкие книжки с яркими обложками я держал в руках полвека назад. Но это были его замечательные сказки в стихах, а вот с прозой писателя я встретился впервые только сейчас, спустя полвека...

Автобиографическая повесть Корнея Ивановича мне показалась вполне добротной литературой, так что, как прозаика я автора признал. Читается "Серебряный герб" очень легко, написан живым, довольно простым языком. Ну, а как иначе, если повествование ведется от лица гимназиста, и хотя автор сразу дает понять, что это он - взрослый человек - описывает свои детские впечатления, всё равно нужно постараться создать текст богатый эмоциями при относительной ограниченности словарного запаса, чтобы можно было почувствовать внутренний мир того мальчика, которым был когда-то ныне маститый писатель.

С этой задачей Чуковский справился блестяще. Кроме непосредственно приключенческой линии, потому что по факту повесть - приключенческая, которую вполне можно поставить в один ряд с тем же "Томом Сойером", есть в ней и детективный элемент.

Чуковский описывает свое одесское детство, главный герой носит имя Коля Корнейчук. Это имя всего чуть-чуть отличается от того, которое носил автор в детстве - Коля Корнейчуков. Да, надеюсь, все в курсе, что Корней Чуковский - это псевдоним Николая Корейчукова, псевдоним, который стал реальными именем и фамилией, и эту обретенную фамилию он передал своим детям.

Пока же он рассказывает чужим детям о собственном детстве. Будущему писателю пришлось проявить немалую выдержку и силу характера, чтобы доказать своё право на жизнь. В 1895 году юный гимназист оказался жертвой пресловутого закона о "кухаркиных детях", по которому значительно осложнялось получение хорошего образования выходцам из малоимущих слоев. Юного Колю, стремящегося к знаниям, под надуманным предлогом исключают из гимназии и лишают права носить на околыше фуражки тот самый серебряный герб. Его мама - прачка, а отца и вовсе нет, поэтому ему не место в респектабельной городской гимназии.

И все же эти трудности только закаляют молодого человека, вынужденного "пойти в люди". Коля, не без пробоем, самостоятельно одолевает программу гимназии и сдает экзамен на аттестат зрелости. А кроме того изучает английский язык по совершенно дурацкому самоучителю, тем самым доказывая, что нет плохих учебных пособий, есть нерадивые ученики. А с английским будущий Корней Иванович подружился так основательно, что ему было предопределено стать одним из самых талантливых переводчиков английской детской литературы., Среди его переводов такие шедевры как "Робинзон Крузо", "Том Сойер", "Хижина дяди Тома", и читая которые, мы не всегда догадываемся посмотреть имя переводчика. Так что получается, что прозу Чуковского я читал и раньше.

Корней Чуковский - мой личный чародей. Когда мои противные потомки вопят, орут, плачут, истерят, ноют, пищат, повизгивают, причитывают, голосят, горлопанят, не хотят или наоборот хотят есть/спать/пить/играть/драться/смотреть телек/мама почитай мне/купи мне слона/продай слона, купи маленькое привидение/привидение гремит кандалами, продай его - купи жирафа/хочу телефон с сенсорным экраном/в молоке пенки/кефир не буду/хочу мороженое/я - о(р)ёл/я - принцесса/арсений обзывается/не буду делать английский/чё они столько задают/я - д(р)ьякон/эта шапка кусачая/не буду носить эту юбку/я - дельфин/хочу яблочко только без кожуры/не могу уснуть - полежи со мной/расскажи мне сказку --- тогда на помощь мне приходит Чуковский: я шпарю его с любого места в любом состоянии. Муха-Цокотуха, Федора Егоровна, немытый мальчик, непослушные Таня с Ваней, добрый доктор Айболит, медведь-крокодилоборец, бесчисленные букашки-милашки, и ещё сонмы и сонмы героев выручают меня в любой ситуации.

Однако, дети растут, идут в школу и начинается: Я не буду делать уроки сейчас, напишу поздно вечером со слипающимися глазами левой ногой, согнувшись в три погибели, после того как поиграю в комп, посмотрю мульты и поем нездоровой пищи. Но выход есть, есть свет в оконце - читайте с детьми "Серебряный герб".

Как вы наверно знаете, Чуковский - незаконнорожденный, мать его долгое время работала прачкой. И в повести описан драматический поворот в судьбе Корнея Ивановича - его выгоняют из гимназии. Мать (прекрасная женщина, кстати, а как тепло и ласково она описана) в шоке, но Коля (это настоящее имя Чуковского) проявляет недюжинный характер - работает маляром, и сам проходит программу гимназии, для того чтобы сдать экзамены и поступить в университет. Он учит английский по самоучителю - тридцать-сорок раз пишет слова мелом на крыше, которую он сейчас будет красить. Воля к победе, борьба над собой, над своей ленью, над жизненными обстоятельствами, над насмешками окружающих.

Но это вообще не дидактическая книжка, как я её вам тут расписала. Это ещё и полное погружение в детство, и прекрасная, радушная Одесса, и мягкий южный говорок, и море (кстати, вот тут выговор - моря мало!), и дружба, и склоки с сестрой и примирение с ней же, и первая любовь, и городское дно, и кража, и справедливое возмездие, и огневолосые младенцы, и перевоспитавшиеся воры, и бездна юмора!

Короче, онажематеря вы или нет, читайте "Серебрянный герб" - это прекрасно!

Недавно наткнулась на цитату Чуковского, в которой он сетует, что все его сочинения для многих читателей заслонены детскими сказками, словно он, кроме "Мойдодыров" и "Мух-Цокотух", вообще ничего не писал. Может быть это не так плохо, что дети, и их родители знают его детские книги наизусть, пусть и в ущерб другим произведениям?

Я из тех самых многих читателей, для которых стихотворные сказки Чуковского заслонили остальные его работы. Сегодня многие родители отказываются читать детям ужастики от Чуковского. Я тоже задумываюсь. А в детстве моим любимым было "Краденое солнце" - самый настоящий триллер с расчленёнкой. Каждый раз при перечитывании очень за медвежат переживала, разорвали их волки или нет. И не любила "Путаницу" - так и не смогла понять зачем лисички море зажгли.

Пару лет назад прочитала книгу воспоминаний Лидии Чуковской о её детстве и отце. Благодаря этим воспоминаниям я узнала, что автор "Мух-Цокотух" много занимался переводами, литературной критикой, писал о писателях, и что у него есть чудесная книга о русском языке "Живой как жизнь". А внутри коварная мысль: разве может даже очень хорошая книга Чуковского о Чехове, Леониде Андрееве или Диккенсе (не знаю писал ли Чуковский о Диккенсе) произвести на меня впечатление равное детскому... нет, не восторгу, а какому-то удивительному ритму, благодаря которому все эти усатые тараканы и умывальники не просто легко запоминались, а норовили встроиться в днк.

"Серебряный герб" это, как оказалось, переписанная в 1961 году повесть "Гимназия: Воспоминания детства", изданная в 1938. "Гимназию" найти не смогла. Хотела прочитать именно её, можно было бы сравнить, найти отличия.

Интересно, что на обложке псевдоним, а главный герой носит настоящее имя автора: Николай Корнейчуков. С первой главы видно, каким сообразительным, одарённым, шаловливым ребёнком был Коля. Его находчивость сыграла, правда, злую шутку с товарищами-гимназистами, которым он хотел помочь. Ребята изобрели очень своеобразный телефон для подсказок во время диктанта. Стало понятно, почему "газели галдели" , "карусели сгорели" и почему так трудно "из болота тащить бегемота" в сказке "Телефон".

Не менее смешная глава "Да-да-да" о попе Мелетии, который обижался на хихикающих мальчишек, смеющихся над ним, и сам же давал своим обиженным видом ещё больше поводов для насмешек.

Он очень старался быть добрым. Только это плохо удавалось ему, потому что он был очень обидчивый. Заведёт тихим голосом сладковатую беседу о том, что все мы должны нежно любить и друзей и врагов, и вдруг позеленеет от злости

Поп Мелетий реагировал на обиды как ребёнок, гимназист, которого не пускают в свой круг общения. Трудно обиженному человеку быть добрым по отношению к своим обидчикам. Говорят, что на обиженных воду возят. Не знаю, что это за вода, но обида это мучительное состояние. Если поначалу думается, что можно что-то изменить, объяснить и всё вернётся, все поймут, что не правы обижающие, то постепенно обида уходит куда-то глубоко в душу и лежит там камнем. Кто-то носит этот камень за пазухой, пытаясь отомстить обидчикам, а кто-то сразу уходит в свою печаль, в депрессию.

Коле Корнейчукову тоже пришлось пережить большую обиду: несправедливое исключение из гимназии. Закончились беспечные гимназические шалости. Как сказать маме о своём исключении? Николай не мог огорчить маму и он пытался исправить, доказать, что не виноват, что его обвинили ложно, взывает к совести, объясняет, просит. Потом оказалось, что дело не в ложном обвинении, что пришёл свирепый приказ о так называемых „кухаркиных детях“, не допускающий к обучению детей из семей рабочих, мастеровых и прочих. Мама Николая работала прачкой, отца он не знал. Коля был одним из лучших учеников по успеваемости. Приказали директору изгнать полдюжины детей "низкого"происхождения и он находил повод это сделать.

Я сочувствовала Коле. Мне очень понравились персонажи, выведенные в повести. Тронула глава, когда Коля потерял сознание от боли, обиды, стыда, безысходности и просто от усталости, а пришёл в себя в приветливой комнате, с птицами, картинками, древним стариком и его чудными старушками-дочками Франциской и Мальвиной. Они то и отправили Колю к маме, вручив ему дятла и дав бесценный совет, рассказать маме правду. В повести каждая глава это чудные эпизоды о влюблённости, о дружбе, разочарованиях, неожиданных встречах.

Хорошая повесть о взрослении. Особая ценность, что рассказано Чуковским о своём взрослении. И прочитай я её в детстве, я бы радовалась и огорчалась, как ребёнок, и не показалось бы мне, что в главах о маме, о первой влюблённости не хватает искренности, и слишком прямо, однобоко о плохом царе и тех, кто ему служил, словно хотел отомстить и отомстил за свою обиду.