Под управлением любви

То берег – то море, то солнце – то вьюга, то ангелы – то воронье… Две вечных дороги – любовь и разлука — проходят сквозь сердце мое.

Некоторые стихотворения поэта-барда Булата Окуджавы слышал каждый советский человек, любитель поэзии. Я себя отношу также к сыновьям советского общества, потому мне психологически близки настроения поэзии того застойного тихого времени, где все главное передавалось из рук в руки в перепечатках и на магнитофонах. Так и мы в свое время слушали Галича, Высоцкого, читали Солженицына, Гроссмана.

В один хмурый октябрьский вечер я наткнулся на эту книгу, зная острую "арбатско-направленную" проблематику поэзии Окуджавы, я решил выяснить, какие его известные произведения смогли бы войти в сборник с именно таким названием, "Под управлением любви", интересно было как раз выяснить, какое именно понятие любви имел ввиду здесь редактор сборника, а, может, есть такое прямое стихотворение у поэта?

И хоть причудливые иллюстрации сборника все время по ходу чтения указывали на ту самую очаровательную даму, ожидающую письмо от любимого человека, или танцующую на постаменте, либо играющую в куклы. Все же сборник уклонился в итоге от тематики глубокой привязанности к другому человеку, в сторону глубокой привязанности к своей стране, русским людям, своим друзьям и поразившим поэта людям, которым можно посвящать свои стихотворения.

Львиная доля стихотворений посвящена родному арбатскому уголку. Есть даже посвящение ученикам московской школы №33, придумавшим понятие "арбатство". Как любитель статистики, я обнаружил, что слово "Арбат" встретилось в сборнике аж 42 раза, для сравнения слова, производные от слова "любовь" встретились 45 раз. Вторую часть сборника можно точно назвать своеобразными путевыми заметками. Здесь есть строки о многих-многих красивых местах земли, Вермонт, Босфорский пролив, Париж, Вроцлав, Иерусалим, Массачусетс, Марбург, Манхэттен... и больше они построены ностальгически, и там живет грусть, досада, ностальгия. Если сравнить поэтику Окуджавы, то, с моей обывательской точки зрения, она почему-то более похожа на настроения Александра Блока. В двух словах можно так сказать, у Окуджавы есть и оптимизм - и пессимизм, и пацифизм - и военная героика, и слабое безволие - и безусловная мужественность. Как ему удавалось сочетать такие характеристики? Вопрос!

Красиво можно закончить мой бессвязный поток мыслей словами того же Окуджавы из поэмы "В карете прошлого":

И в наши дни, да и в минувшем веке, как это парадоксом ни зови, всё те же страсти бьются в человеке: в его мозгу и в жестах, и в крови.

Именно поэтому поэзия Окуджавы не умрет и будет популярна и для будущих поколений.