Лизистрата. Пьесы, песни и зонги, пародии, стихотворения

Если б власть предержащие читали что-то кроме своих речей, то цензура существовала бы и поныне:

Эмир (со вздохом) Что делать?! Мир стоит на воровстве!.. Воруют в Самарканде и в Хиве, В Ширазе, в Тегеране и в Стамбуле И даже - страшно вымолвить - в Москве!..

Иной наворовался вроде всласть - Уж некуда украденное класть!.. Уж обожрался. Уж глотать не может. А сам все наготове держит пасть!..

Ну не чудо ли? Такие летящие и западающие в душу строки, будто это не обличительный памфлет нашей суровой действительности, а поэтическое признание в любви. И ты не читаешь их, они будто сами вспоминаются, будто ты их всегда знал, будто ты их сам написал.

(продолжение)

Народу - чтоб не вздумал бунтовать! - Мы тоже разрешаем воровать. Пусть лучше сам ворует потихоньку, Чем с воровскою властью враждовать!..

Но - не изобретателен народ: Один в чужой залезет огород, Другой обчистит пьяного, а третий На улице подкову подберет!..

Ответ Нассредина:

Но если образ жизни здесь таков, Откуда же так много бедняков?.. Боюсь, для благоденствия народа У вас нехватка пьяных и подков!..

Кто бы мог подумать, что отвратительная правда жизни в правильном изложении может быть такой веселой и жизнеутверждающей? Так несерьезно и остроумно описать то, над чем мы безнадежно плачемся не первое столетие - оказывается можно, и теперь уже плачешь от смеха, а не от горя. Блестящие слова, и каждое летит стрелой Амура в душу читающего, рождая там вечную чистую любовь к творчеству Леонида Филатова. Да, я влюблена, да, поэтому я, возможно пристрастна, допускаю. Но это та любовь, за которую не стыдно перед собой.

Эмир

Рост воровства у нас неудержим, И мы кривою роста дорожим: Раз все воруют, значит, все при деле!.. На этом-то и держится режим!..

Я готова перечитывать и пьесы, и стихи, и песни в этой книге до бесконечности, пока не ослепну, пока совсем не выдохнусь и книга не начнет выпадать из слабеющих рук. Смеясь до слез, чувствуешь себя хулиганом, вольнодумцем и просто счастливым человеком.

В этой рецензии я хочу высказать своё мнение о всём творчестве Филатова, исключая разве что "Федота", да "Свободу или смерть", о которых я написал отдельно.

Его произведения показались мне очень театральными. Даже рассказы, фельетоны и прочее. Все эти образы героев и ситуации хоть сейчас переноси на сцену и играй. Поэтому, если вы каким-то образом связаны с театром (это относится больше к молодым людям, задействованным в школьных, студенческих, молодежных театрах), то смело изучайте творчество Леонида Алексеевича и расширяйте свой спектр образов (если вы, конечно этого ещё не сделали).

Одно из самых ярких впечатлений от творчества Филатова: образы.

А вот юмор произвёл на меня неоднозначное впечатление. Как мне кажется, порой грань была пройдена и автор скатывался в дичайшую пошлость (вот в "Аладдине", например). Возможно, мы имеем дело с духом эпохи и самые "грязные" работы писались в 90-ые (т.к., там много недописанных). Кто знает, специально ли Филатов взял на вооружение этот язык или он сформировался естественным путём, как ответ на происходящее вокруг, но читать такое крайне тяжело, если ты не сидишь на вокзале в начале 00-ых.

Однако другая часть произведений Л.А. имеет юмор абсолютно иного качества. Более меткий, тонкий и, я бы сказал, уместный.

И хоть Филатов на бумаге (не перенесенный на плоскость театра) мне не очень-то и зашёл, всё же отрывками его произведений с цитатами и образностью хотелось поделиться. Временами он цепляет и заставляет посмеяться.

Лично моя не состыковка с автором проявлялась ещё и в том, что я не очень-то люблю пародии и ремейки. Зачем мне перечитывать Трёх мушкетеров, Робин Гуда или Декамерон, в какой-то там иной интерпретации? Это для сцены хорошо, для театра. Но как литературная единица, лично для меня, она интереса не представляет.

Да, временами есть смешные отрывки, да порой очень круто передаётся дух эпохи, да произведения переполнены тонкой сатирой, но как цельное литературное произведение они мне не заходят.

Поэтому "мой Филатов" больше прозаичный, создающий портреты советской действительности и вырисовывающий прекрасные образы её отдельных индивидов.

И это здорово, что он оказался таким многогранным. Ведь, по сути, меня не очень-то и зацепил его основной творческий массив, тем не менее в его наследии было припасено кое что и для меня.