Собрание сочинений в 12 томах. Том 7. Американский претендент. Том Сойер за границей. Простофиля Вильсон

Немножко неоднозначные впечатления получились…
С одной стороны, Марк Твен в рекламе не нуждается, писал он отлично: легко, ярко, злободневно, с неизменным чувством юмора, да и собственно стилистика достойна всяческих похвал. И эта история в целом не стала исключением.
Но с другой, совсем уж гладкого чтения у меня не получилось. Ничего критичного, конечно же, и все же… короче, это было занятно, но без особых восторгов.
Например, сатирические выкладки в виде размышлений, речей и прочих информационных источников на предмет истинности американской демократии, честно говоря, читать было скучновато, хоть они и тему важную поднимали, были и остры, и во многом актуальны даже в современных реалиях, но очень уж они получились громоздкими что ли… В произведении, в целом подразумевающего легкий, юмористический характер, это выглядело не совсем органично, да и между разнокалиберными частями текста переключаться было сложновато.
Еще не слишком понравилось и то, что один из главных героев, то самый пресловутый претендент, полковник Мельберри Селлерс, выглядел излишне карикатурно. Его фантазии (в которые он искренне верил, кстати) были настолько нереалистичными, что местами наводили на мысли не столько о чрезмерной эксцентричности данного персонажа, а скорее о его безумии. Хотя, должна признать, прочие его черты характера: невероятная доброта, отзывчивость, готовность к самопожертвованию – волей-неволей вызывали симпатию к этой нелепой фигуре и во многом заставляли примириться с его, мягко говоря, чудачествами.
А вот за злоключениями незадачливого виконта наблюдать было любопытно, даже с учетом того, что большую часть свалившихся на него несчастий можно было предсказать заранее. Да и романтическая линия тоже позабавила. У автора замечательно получилось под кажущимся легкомыслием происходящего замаскировать целый ворох проблем, присущих как обществу XIX века, так и во многом с успехом перекочевавших в наши дни.

Марк Твен не первый раз использует в сюжете подменышей, видимо этот факт чем-то особенно волновал его и он пытался в разных книгах обыграть как человек будет себя вести, сменив социальный статус и роль, а главное - как будет реагировать на него общество. Причем смотрит обычно обе стороны - и вознесение по лестнице и падение с нее же. "Простофиля Вильсон" отличается тем, что сравнивать будут тех, кто на социальных ступенях стоит ниже собак, то есть рабов, негров с их хозяевами, попутно показывая всю разницу и пробелы в подходе к воспитанию и тех и других. Еще одной интересной идеей, которая возникает из-за времени подмены, будет вопрос зависимости от наследственности черт характера, очень в лоб и напрямую нам покажут и сравнят, а также особенности и недостатки слепой материнской любви. Проиллюстрированное подслеповатое отношение общества к нелицеприятным действиям человека, прикрываемым его статусом, очень показательно. Автор постарался зачернить (и в прямом и в переносном смысле) эти тучи, и его персонаж показывает всю низость своей душонки, всю возможную глубину падения - от продажи своей матери в страшные дебри до краж и убийства, совершеннейше прогнившая личность, но вот почему она такая. На этот вопрос автор ответа не дает, предпочитая, чтобы читатели сами решили, да и цель была иная - продемонстрировать те самые ярлыки.
Сам Вильсон между тем занимает малое пространство в сюжете, не смотря на то, что произведение названо его фамилией. Он практически всю книгу - наблюдатель, да еще и живое доказательство идеи о навешанных ярлыках, и только в финале истории, благодаря своему образованию, упрямому характеру и невинному хобби, над которым большинство потешалось, он станет главным героем, ибо разоблачит все и всех, убедительно докажет правду и объяснить все произошедшее.
История хороша и и психологически злободневна, хотя и с большой долей неспешности столетней давности.

Тихий июльский вечер, неслышно перелистываются электронные страницы, стрекочут за окном сверчки, а перед глазами разворачивается саркастический мир наивно верящего в добро филантропа Твена. Читается "Американский претендент". Кого, вот скажите, кого хотел высмеять больше этот насмешник со звучным псевдонимом? Погоде, как и обещал, не уделено не единой страницы, зато человеческим отношениям- все пространство. Так на что направлено тут основное внимание? На противопоставление мировоззрения Старого и Нового света? Или все проще и нужно обратить внимание на богатых наивных идеалистов, ни разу не державших в руках ничего тяжелее вилки, в жалких попытках представить себя на месте сирых и убогих? Или речь о наглых и энергичных прожектерах, прогорающих на каждой своей афере? Без малейшего понятия об обязательствах, долге, ответственности за свои собственные действия и решения, умеющих красиво болтать и завираться. Или тут больше про американские мечты, втайне подточенные червячками чинопочитания заморской аристократии? С желанием корысти, праздности и поклонения, если не угнетения. Или наш автор угорает с благочестивых и громких деклараций, которые, если хоть чуток поскрести, обнаружатся все те же жестокие законы джунглей? Независимо кстати, где происходить искомое действо - в чопорной старой Британии или ново-подростковой максималистичной Америке. Господа, не ссорьтесь, тут будет все это, всем достанется вдосталь. Товарищ Твен доведет до карикатуризма каждого, чтобы не сложно было понять всю тщету, пустоту и неправду, все сентенции, расходящиеся на деле и все мечты, которые втайне похожи, несмотря на то, как они позиционируются наяву. Но он, что парадоксально, при таком депрессивном взгляде, полон веры во что-то лучшее, в какие-то тайные токи вселенной, которые приведут к хорошему финалу даже очень плохой сюжет, иначе бы концовка борьбы старого и нового была бы совершено иной, холодной и более драматично-жестокой. А так, при всем сочащемся ядом нелюбви к людской массе во всех ее проявлениях, автор, оставляет некоторую надежду на благоприятные повороты, на любовь, в конце концов и силу желания жить изменяя все вокруг чистотой помыслов. Сбылась ли эта мечта? Пока нет. Сбудется ли? Зависит от силы нашего желания и веры в будущее. Наверное. Потому что не может быть иначе, и наш автор тихонько нам диктует эту самую мысль, стоит лишь чуть-чуть постараться ее увидеть.

Что это было?!)
Занимательное начало о негласном соревновании Тома и местного почтальона о том, кто же из них более великий путешественник, веселое и задорное неожиданно превратилось в нечто невообразимо фантастическое, нелепое и скучное.

Старые знакомые - Том Сойер, Гек Фин и Джим случайно оказались на воздушном шаре.
Друзья научились управлять шаром за считанные минуты - не сложнее чем на велосипеде научиться ездить видимо. С легкостью меняли высоту полета, скорость, маневрировали. Пролетая на океаном в шторм, среди сверкающих молний шар, к моему великому удивлению, нисколько не пострадал. В Сахаре насыпало целую корзину песка и снова хоть бы что. Ученый, который создал шар и изначально летел с ними, просто вывалился за борт, так и черт с ним.
Весь полет "профессор" Том занудствовал и, цитируя прямо-таки куски из учебника по географии, рассказывал своим, мягко говоря, не слишком образованным попутчикам обо всем на свете - что такое миражи, почему время разное в разных странах, что такое долгота и т.д. Так скучно и непонятно Том все это рассказывал, что даже на меня зевота нападала, не говоря уже о детях.
Финал, вообще, феерический - сгоняй-ка Джим домой за моей трубкой (говорит Том), а я тебя тут, на горе Синай подожду. Как будто просит в соседний дом через дорогу сбегать, а не вернуться через пол земного шара.

Образовательная ценность книги для сомнительна - очень мудрено и неинтересно преподносятся сведения. Само путешествие больше походит на коллективный сон, в котором все происходит само собой, без активного участия путешественников, без ощущения преодоления трудностей и опасностей. И градус жестокости для детской книжки великоват - ученый сгинул в океане, льва пристрелили, караваны в пустыне сплошь из мертвецов.

Том Сойер, Гек Фин и их друг - свободный негр Джим улетают на воздушном шаре в путешествие. Но сначала автор рассказывает о другом великом путешественнике - почтальоне, который в молодости по глупости уехал аж в Вашингтон, чтоб встретиться с президентом.
Приключения друзей на воздушном шаре на мой взгляд были скучными и, можно даже сказать, занудными. Никакого веселья, как будто Марк Твен глобус крутил и перечислял стереотипы, которые знал о странах и территориях над которыми пролетали путешественники. Концовка же еще безумнее, чем вся книга, они летели-летели, испытывали трудности, впечатлялись увиденным и вдруг тетя Полли строго настрого наказала Тому возвращаться и они вернулись, вот просто в одно предложение. После двух предыдущих книг ждала чего-то более проработанного.

Сегодня будем смотреть чёрно-белый телевизор - рассуждать о расизме.
В биологии, социологии и пр. существует спор, который до конца не удаётся разрешить. Во время написания книги (конец 19-го века) о нём ещё не слыхали, но Марк Твен уже нащупывал его принципы. По-английски он звучит как Nature and Nurture, по-русски ёмкого термина нет, но описать его можно так: поведение и привычки человека предопределяются его генами, происхождением (nature) - или же их формирует среда, в которой он воспитывается и живёт (nurture)? И если, что очевидно, влияние оказывают оба фактора, то каково их соотношение? 10%-90% или 50 на 50??
Например, убийцы уже рождаются убийцами ("у него это в крови") или их делают таковыми обстоятельства? А геи?
И даже на мою любимую педагогику это распространяется: ребёнок с девиантным поведением приобретает его по наследству или из-за воспитания?

Марк Твен переносит спор на расовую почву. Он сына "негритянки" и сына дворянина меняет местами (принцип, использованный им в «Принце и нищем» ): черномазый теперь шикует, а белый терпит притеснения. Почти как в "Джанго" у Тарантино, только везунчик Том выглядит как белый, ведь он чёрный только на 1/32, а бедного Чемберса все считают за сына Рокси, которая потому и закавычена мной в "негритянку", что она таковая тоже лишь на 1/32. Чем Твен показывает, что будь у тебя хоть капля негритянской крови, ты в тот сложный период американской истории был бы растоптан и унижен.
Метафорически: перед шахматной партией хитрая рука тайно чёрную пешку поменяла на белого ферзя, и это осталось незамеченным.

В результате писатель, как и современные учёные, не приходит к окончательному выводу: его "принц" гуляет и ворует, но оттого ли, что в нём играет кровь, или потому что в светском обществе полно денег и соблазнов - остаётся многоточием... А "нищий" растёт кротким и смиренным, хотя по расистской логике он должен был стать чёрным пятном на белой одежде общества.
И даже вторая пара близнецов, фигурирующая в книге (итальянцы-"гастролеры"), не даёт чёткого ответа на спор, ведь каким бы изысканным манерам они не были обучены, в какой бы nurture они не крутились, как минимум в одном из братьев живут природные инстинкты, та самая nature, помогающая из чувства самосохранения убить врага.

Персонаж, вынесенный в заглавие, по сути не играет здесь никакой важной роли, кроме сыщика, распутавшего клубок тайны, и шута, веселящего (а роман местами всё же сатирический) провинциальную публику. Поэтому держите первую мою рецензию, где вообще не назван титульный герой, чего ни с Джейн Эйр, ни с Карениной, ни с Томом Сойером бы не прокатило.

Марка Твена читаю впервые, когда то давно хотела прочитать Тома Сойера, но так и не осилила.
Представитель длиннейшей линии английских аристократов Росморов решает снять с себя титул в пользу американского претендента. Дело в том, что когда-то один из его предков отправился в Америку, женился там, и теперь его потомок претендует на честь зваться графом Росмор. Твен рассказывает о приключениях молодого англичанина в Америке и невероятные приключения ожидают молодого английского графа Росмора на просторах далеких Соединенных Штатов.
В книге много юмора, читается легко и с интересом, хотя немного утомляли безумные планы претендента и его изобретения, советую всем любителям классики.

1. Первое впечатление обманчиво.

• Все тайное рано или поздно становится явным.
• Воспитание порой имеет больше значение, чем генетика.
• Люди подвластны всеобщим стереотипам.
• Каждый получает по заслугам.

  Замечательное произведение Марка Твена с легкостью окунает в свою атмосферу. В нем есть такие себе напряженные моменты, которые добавляют остроты. Все вышеприведенные 'уроки' как бусины нанизываются на основную нить событий, они переплетаются с другими и создается интересное сочетание. Не смотря на то, что на интригу с самого начала был пролит свет, это не убавило яркости красок. Мне было исключительно приятно познакомиться с "Простофилей Вильсоном", жаль только, что его путь от Простофили до Вильсона продлился не один десяток лет, но этот славный малый справился!

Роман резко отличается от двух предыдущих. Если «Приключения Тома Сойера» и «Приключения Гекельберри Финна» были очень реалистичными, то в данном случае всё произошедшее – подчёркнуто неправдоподобно. Воздушный шар, сумасшедший учёный, ночная буря в небе над Атлантикой, пустыня Сахара… Ну а поскольку все приключения героев нереалистичны, то автор сделал упор на психологию героев. Гек и негр Джим отжигают всю дорогу по полной программе. И раз в корзине шара (где и протекала большая часть повествования) героям негде было развернуться, то большая часть энергии невольных пассажиров ушла на разговоры.
Пожалуй, следить за всеми этими диалогами подростку будет не очень интересно, зато более взрослые читатели получат удовольствие от идиотизма обсуждаемых вопросов (например, если на карте штат Индиана покрашен в розовый цвет, то почему герои, пролетая над ним ничего розового не увидели?) Впрочем, идиотизм дискуссий проистекает не столько от глупости персонажей, сколько от их невежества.
Сама Африка описывается довольно схематично. Пустыня, львы, миражи, оазисы – в общем, полный джентльменский набор. Нет, всё не так плохо, но нет той непринуждённости, с которой автор описывает берега Миссисипи.
Обрываются приключения так же внезапно, как и начинаются, хотя причина выбрана для этого совершенно комичная. Лететь домой через полпланеты только из-за того что у Тома сломалась его любимая трубка – это, согласитесь, говорит о многом как о характере Сойера, так и о взаимоотношениях внутри неразлучной троицы Том – Гек – Джим. Вообще этот эпизод здорово напомнил мне «Тараса Бульбу» Гоголя, ведь и там и там трубки вышли обоим героям боком.