Собрание сочинений в 4 томах. Том 3. Шпиль. Пирамида. Клонк-Клонк. Горячие врата

Главный герой книги - священнослужитель, однако книга не совсем про религию; а тема эта затронута лишь для гротеска, чтоб сделать грех ещё греховнее, ещё мрачнее, больше и уродливей. Она о пороке, имя которому тщеславие. И о том, к каким последствиям приводит гордыня себялюбца. И о том, как тщеславцы оправдывают свои действия. А ещё ГГ грешит мыслями о сладострастии.
Как понятно из названия, в произведении речь идёт о шпиле, который бредит постороить Джослин. Всеми правдами и неправдами он идёт к это й цели, ценой человеческих жизней. Оправдывает действия видениями. Идёт на любые уговоры со строителями, лишь бы оказаться идейным вдохновителем уникального строения. Забрасывает свою основную работу. А к концу книги вообще превращается в архитектурного маньяка и в его больной голове вертятся только две идеи - шпиль и рыжеволосая дева.
Я не люблю неоконченные истории ни в литературе, ни в кинематографии. Да, в данном случае автор показал человеческий изъян, больную фантазию и пофилософствовал на эту тему - чего должно быть достаточно. Но не было хлесткой концовки. Какой-то жирной точки мне не хватило. Поучительного краха надежд. Этакой оконченной морали об описываемом грехе.
Да и литературный слог мне не очень по душе: тянучий и нарочито философский, и чем глубже обнажаются навязчивые идеи Джослина, тем тяжелей читать. Есть о чём подумать, но не зацепило за глубины души.

Прочел.Мысли?Сейчас расскажу.
Для начала подмечу, что в очередной раз убеждаюсь в собственном принципе - всегда дочитывать книги до конца (ну или почти всегда).
Роман шел тяжело. Читать, откровенно говоря, было очень скучно. Уже на третьей-четвертой главе появилось непреодолимое желание прекратить надругательство над своим мозгом. К девятой главе это желание было настолько сильным, что лишь предвкушение сладкой мести автору, в виде пошлой рецензии, грело мне душу.
Постоянные аллегории и метафоры, скудность сюжета,бесконечные описания малозначимых вещей, мертвый язык повествования, редкая задница главный герой. Читая я постоянно улетал мыслями, а возвращаясь я понимал, что уже по пояс застрял в трясине. "Зачем я это делаю?","What the hell is going on?!!"," Голдинг, прекрати, не надо!" - Вот какие формулы выдавал мой разум. Возник даже комплекс собственной неполноценности:"Может я дурак?Ведь все же говорят что это шедевр. Что со мной не так?"

И я дочитал до конца. Ура! Я не дурак. И Голдинг не дурак!

Последние три главы оказались сокровищем. Сокровищем спрятанным в носках, лежавших в самом конце захламленного чулана. Я рад что нашел этот потерянный носок!Вся эта нудность и бессмысленность преобразилась. И только так и можно его было написать. Сколько же я получил удовольствия когда ГГ столкнулся с собственным дерьмом, всю жизнь полагая что это дерьмо избранное Богом. А потом люди, которые были вынуждены существовать в этом зловонии, высказывают все что думают.

Это книга не про священника, и не про шпиль. Это книга о человеке отдавшегося мечте, о безумцах живущих за идею, о людях, которые приносятся в жертву ради идей... Это книга о каждом из нас.

Классику не ругают, верно? Ведь, если тебе не понравилось то или иное произведение из сего разряда, то принято искать проблемы в себе. А классика... она идеальна. А ты нет.
Вот что произошло у меня со "Шпилем" Голдинга. Роман по всем показателям не для меня, начиная от темы, заканчивая слогом. Читается невероятно тяжело (гораздо сложнее "Повелителя мух", который, кстати, произвел на меня неизгладимое впечатление). Атмосфера в книге мрачная, угнетающая. К концу истории мне казалось, что не Джослин сходит с ума, а я... Много философских рассуждений, мало событий, от чего в сон клонило через страницу. А финал я все же иной предполагала, который принес бы мне хоть какое бы то ни было удовлетворение...но не сложилось.
Повторюсь, что Голдинга ни в коем случае не ругаю, уверена, все проблемы во мне.
3/5

Редкий случай: автор сумел остаться абсолютно беспристрастным по отношению к своему герою. До самого конца он просто рассказывал историю, не расставляя акцентов. Я же так и не смогла определиться с тем, какие чувства вызывает у меня Джослин. Но склоняюсь к восхищению. Такая сила веры, сила духа, готовность принести в жертву всё невольно вызывают уважение. И направлены они были на достойную цель, хоть и обернулось всё... совсем не так, как ему представлялось.

И всё-таки он не рухнул.