Городской мальчик

Разница в возрасте выполняет у детей почти ту же полезную функцию, что разница в доходах у взрослых. Это простой и надежный способ установить шкалу высокомерия.

Не презирай ничего и никого, ибо нет человека, для которого не наступил бы его час, и нет вещи, которая не имела бы своего места.

Мальчики кивнули друг другу. Герби – мрачно, Дейви – с тем чистым, радостным высокомерием, которое возможно только в детстве благодаря превосходству в лишний дюйм либо лишний год.

Сентиментальность приписывают женскому характеру, но она встречается также у мальчиков и мужчин, только у менее чувствительных, чем Герби, выражается в виде добродушной грубоватости.

Честное поражение, честно проглоченное, – достаточно горькая пилюля, но безвредная и проскакивает без задержки. Когда же взрослые поймут наконец, что, как ни противно касторовое масло, а разбавленное апельсиновым соком оно противно вдвойне?

Герби постиг одну из величайших тайн общественной жизни: если ты охраняешь закон, на тебя он не распространяется, – и теперь смаковал плоды своего открытия.

Хорошо бы родителям, которые задают такие вопросы ребенку, помещенному в лагерь, школу или иное учреждение, освобождающее их от родительских обязанностей, убедиться прежде в следующем: во-первых, что рядом с ребенком нет посторонних; во-вторых, и это поважнее, что ребенок может рассчитывать на сохранение тайны родителями.

Согласитесь, для одиннадцатилетнего мальчика Герби неплохо сформулировал полученный урок. «Цель не оправдывает средств». Если учесть, что человечество с начала своей истории пытается усвоить этот урок и ныне стоит в углу в постыдном дурацком колпаке за нерадивость в учении, вероятно, мы имеем право сказать, что наш мальчик, осознав ошибку, заслужил некоторого смягчения своей участи.

– Видно… видно, поступать дурно и думать, мол, потом исправлю, все равно нельзя.

Серенький мир полуправды, в котором наши серенькие мистеры гауссы проживают свои серенькие часы, ловча ради мелкой серенькой корысти! Этой сложной интригой мистер Гаусс всего то и хотел, что сэкономить долларов пятнадцать да еще чуть чуть поднять свой престиж.

Он нарушил непреложное и для детей и для взрослых правило хорошего тона – оказался умнее вожака.

Герби допустил ошибку, высмеивая то, что ему было не под силу. Мало есть ошибок, которые ставили бы человека в более глупое положение.

Перед последней перебежкой, при полных базах, малорослый Ленни отбил мяч до самых теннисных кортов. Тут поднялся настоящий поросячий визг, судя по которому в тот миг Ленни имел возможность взять в жены любую из женской половины «Маниту», будь то воспитанница или вожатая, за исключением, пожалуй, тети Тилли.

Когда за плечами полжизни, иной раз не очень то приятно оглядываться назад.

– Дядя Сид, а с девочками мы будем видеться?
...
– Ну, конечно, будем, – ответил дядя Сид, – на вечерней проповеди по пятницам.
Никогда еще Герби не испытывал такой тяги к духовному усовершенствованию.

Все же, решил он, есть какой то изъян в правилах чести, раз они обязывают его дважды подряд получать взбучку от одного и того же мерзавца.

Герби знал правила и приемы двадцати с лишком игр. Употреби наш спортсмен такую могучую силу памяти на учение, он прославил бы нью йоркские школы на весь свет. Но это, разумеется, было невозможно. Уличные игры были делом жизни и требовали полной самоотдачи. Учение было наказанием за преступное малолетство.

А Клифф, когда отпала нужда в его бойцовских качествах, предпочел подчиниться более изобретательному на выдумки Герби. Так генералы, искушенные в суровом ратном деле, берут в свои руки бразды правления в военную пору и отдают их, когда наступает мир.