Лангольеры

Если мы мало имеем и мало хотим, если мы все одинаковы, мы никому не завидуем.

Почему бы и не помечтать немного? Что тут плохого?

То, что происходит с сегодняшним днем, когда он становится вчерашним. Что происходит с настоящим, когда оно становится прошлым. Оно ждет — мертвое, пустынное, заброшенное. Ждет их, хранителей времени, всегда бегущих позади, очищающих от хлама самым эффективным способом — пожирая его.

Перед нами долгий путь, прежде чем мы сможем заснуть. Времени для терапии нет.

— Вам страшно?
— Да. Страшно.
Она слегка улыбнулась.
— Я немного рада этому. Плохо, когда испытываешь страх в одиночестве.

— Ты понимаешь, Альберт, что догадка твоя может оказаться притянутой за уши? — спросил Брайан на ходу.
— Понимаю, но…
— Лучше хоть притянутое за уши, чем вообще ничего, — закончил за него Ник.

«Будь осторожен, когда молишься ради чего-то, потому что можешь это получить».

Но порой оказываешься в одной из тех скучнейших ситуаций, когда правды не избежать.

— Ох, никогда не верь писателям. Слушай их сколько влезет, но никогда не верь.

В то же время понимала, что подлинная причина лежит в ней, а не в нем. Разве не привлекательной была эта ее неспособность понять собственные порывы, не свойственные ее же характеру? Взять и полететь в неведомое, надеясь, что ударит именно та молния, какая ей нужна.

Только подтверждалось высказывание Толкиена: тебе следует быть осторожным каждый раз, как выходишь за порог своего дома, ибо за ним лежит дорога, и дорога эта ведет только вперед.

Если бы жизнь была подобна детективной истории, Альберт, где счастливые случайности недопустимы, как и счастливые совпадения, все было бы куда сложнее. Но я обнаружил, что в реальной жизни совпадения не являются исключением, они скорее правило.

Человек упорно цепляется за свою веру, даже когда огненные слова не только появились на стене, но ещё и написаны такими крупными буквами, что модно разобрать со ста ярдов без подзорной трубы.

– Подозреваю и то, и другое, – заметил Боб Дженкинс. Он неторопливо подошел к двери ресторана и выглянул из нее. – Мы оказались в мире, который выглядит целостным и достаточно прибранным. Но в то же время этот мир выглядит почти полностью истощенным. Газированные напитки выдохлись, еда безвкусная, воздух без запахов. Мы еще пахнем – я ощущаю запах духов Лорел и лосьон после бритья капитана, например. Но здесь все потеряло запахи.

Люди, которые засыпают в критические моменты, вроде того парня, что должен был быть начеку, пока Иисус молился в Гефсиманском саду, совершенно определенно плохо кончают…

никогда не верь писателям. Слушай их сколько угодно, но никогда не верь…

Не глаза замечают, а разум … натренированный на дедукции разум…

Как много могут рассказать едва заметные жесты…