Выверни всего себя наизнанку, покажи окружающим. Таинство исповеди давно перестало быть таинством. Современные интеллектуалы исповедуются не в церкви, нет - на бумаге. Выплескивая из себя по чуть-чуть свой внутренний мир. Снимая слой за слоем кожу, до самого скелета. А вокруг очумелая толпа, не такого зрелища она хотела.

Исповедальная проза сама по себе сложна для восприятия, но помножьте ее еще на постморнистские коленца. Вот он, современный герой, которого глаз случайно выхватил из толпы таких же. Героев таких книг невозможно оценивать, а тем более примерять на себя. Все держится на том, какую историю и как они рассказывают. Немного кривлянья, немного умничанья - он же интеллектуал с убежденностью в своей неординарности. Много длиннющих предложений, в которых рука так и тянется поставить три-четыре точки. Много сумбура - то уход в мрачные глубины своего "Я", блуждания в лабиринтах подсознания, то фиксация на мельчайших деталях - чайки за окном, тяжелый подбородок прохожего, вкус джина. Но просто интеллектуал - это уже не интересно. Простой рефлексией никого не удивишь. Добавим тайны, интриги, предпочтительно с мерзким привкусом. Скажем, преступление. Какое именно, читатель узнает где-то в середине, после того, как временные пласты несколько раз смешаются.

Преступление для меня оказалось как раз тем камушком, который перевесил чашу весов в сторону "нет". Оно не мотивировано и не осмыслено должным образом. Оно становится стеклышком, по-новому преломляющим взгляды героя на собственную жизнь, но само по себе остается грязно-серым, размытым, непрописанным пятном.

Эту книгу и в предисловии тоже сравнивали с "Преступлением и наказанием", а героя - с Раскольниковым, и по аннотации сложилось такое же впечатление, но по-моему до Достоевского автор здорово не дотянул. Погряз в перечислении каких-то пустых и скучных деталей, в приземлённых, плотских желаниях и измышлениях главного героя. Слишком вязко, слишком монотонно и однообразно. Если бы герой рос или деградировал, менялся, то множество отступлений и уточнений были бы к месту, а так он статичен всю книгу: равнодушный, душевно тупой и морально ленивый (по собственному определению автора, и это единственное остроумное уточнение, которое мне понравилось) тип, что видно и по детским воспоминаниям, и по более взрослым. И хотя аннотация обещает "трагическое переосмысление", ничего такого в истории нет: не раскаивается герой, не сознаёт содеянного, он просто расстроен тем, что вольная жизнь кончилась. Раскольников - персонаж мятущийся и драматический, а герой этой книги - вялый, пустой и неумный, как бы ни пытался автор приписать ему какие-то профессорские звания и знания. Автору удалось неплохо изобразить внутренний мир этого откровенно психопатического субъекта со всеми его нездоровыми наклонностями - сначала по мелочи, а потом вылившиеся в беду. Здесь, поскольку история идёт от лица этого героя, вполне уместна и пошлость, и глубокая мерзковатая телесность восприятия: персонаж явно нездоров, почему бы и нет. И написана (или переведена?) книга неплохим языком, тоже в плюс. А вот в минус - монотонность и ужасное однообразие. Мне кажется, без потери и смысла, и образности этот сравнительно небольшой роман можно было бы сжать до рассказа, и вот тогда он был бы очень хорош и даже, может быть, глубок. А так он разлился мелкой лужицей, было скучно, а все нравственные посылы как считывались прекрасно в самом начале книги, так и не изменились до самого конца.