Сад эдельвейсов

Порой реальность довольно трудно отличить от иллюзии, когда твоя жизнь – то, что другие считают вымыслом.

Какая-то часть меня по-своему сожалела о том, что между нами произошло. Не так, конечно, как если бы зверь вырвался наружу в душевой и разорвал Стаса, но мне будто дали надкусить большой и безумно ароматный бургер, сочащийся соусом и расплавленным сыром, а дав распробовать, отложили в сторону, велев никогда больше не притрагиваться.

Стас скользнул ладонью по моему лицу, и я уловила на себе впервые темный взгляд, полный необузданного желания раствориться и познать грани близости, неизвестной ранее. Близости, которую может подарить только любовь двух бьющихся в унисон сердец.

Мы - это в первую очередь принятые решения и наши поступки.

"Благословенны забывающие, ибо не помнят своих ошибок"
( :-0 - благословенны? Безмятежны, и это так! )

– Это не так-то просто, когда ты все время то в обороне, то в нападении. С тобой никогда не заскучаешь, – прозвучало как сомнительный комплимент, и все же я решила не продолжать дальше этот бесполезный разговор.

Чем тревожнее по жизни, ты сам тем легче ослабить сладкие объятия Морфея.

В идеале мне хотелось лечь плашмя на огромной кровати в номере, зарыться лицом в мягкую подушку и хорошенько отоспаться на полгода вперёд. Теперь список того, что мне нужно было для счастья, сузился до очень простых вещей.

Ты всегда будешь опаснее и ловчее смертных, но это не твоя слабость. Это - твоя сила. Сила, благодаря которой ты можешь их защитить

– Только не думай, что я подтирал тебе однажды память без разрешения, – серьезно добавил Артур, и Стас прыснул.

– Чтобы подтереть мне память, тебе пришлось бы для начала меня поймать.

Артур пожал плечами и с загадочным видом принялся рассматривать что-то в небе:

– Зачем тебя ловить, когда можно просто дождаться, когда ты уснешь?

Я никогда не наврежу Стасу. Ни сегодня, ни завтра.

Мой лучший друг. Мой лучший враг.

Моя любовь.

И тогда что было сил Стас закричал на всю округу о том, как сильно любит меня. Навсегда мой. Мое «и жили они долго и счастливо», несмотря ни на что.

Что-то надвигалось на Ксертонь, как грозовая туча, и уже накрывало окрестности города темной пеленой. Бежать было уже поздно.

– Проблема вечности в том, что никто не может быть с тобой навсегда.

Стараться договориться с собой, пока ты на взводе, – это как тушить огонь бензином: не только бесполезно, но и создает эффект, обратный нужному.

Человечество должно быть благодарно, что некоторые люди отказываются развивать свои настоящие таланты.