Отзывы о книге Commonwealth

Есть такой комедийно-драматический итальянский сериал I Cesaroni , который рассказывает об одной большой и дружной семье, образовавшейся в результате случайной встречи двух бывших влюблённых. Лючия в разводе, живёт в Милане, воспитывает двух дочерей-подростков; Джулио – вдовец, живёт в Риме и не всегда твёрдой отцовской рукой направляет по жизни троих разновозрастных сыновей. Случайная встреча не только воссоединила любящие сердца, но и объединила две семьи, одна из которых была вынуждена переехать в другой город. Благодаря этому сериалу я не только подучила итальянский разговорный, но и заинтересовалась темой сводных, или так называемых "лоскутных", семей.

Как раз теме сводных семей и посвящён роман Энн Пэтчетт, выпущенный в 2016-м году. За основу автор взяла личный опыт – её мать после развода вышла замуж за мужчину с четырьмя детьми. Повествование начинается с праздника в доме Беверли и Фрэнсиса Китингов – отмечаются крестины их годовалой дочери Франни. Второй заместитель прокурора Альберт Казинс, в ужасе от идеи провести воскресный день в компании глубоко беременной жены и трёх малолетних детей, ничтоже сумняшеся отправляется на праздник, прихватив с собой бутылку джина. То обстоятельство, что Казинса никто не приглашал, его нисколько не смущает; и скоро он настолько вливается в коллектив, что поцелуй хозяйки дома уже не кажется чем-то из ряда вон выходящим. Этот случайный поцелуй, пахнущий джином, апельсиновым соком и невинной изменой, в конечном итоге разрушил две семьи и поспособствовал созданию новой.

Как показывает практика, ненависть может объединять людей ничуть не хуже, чем любовь или взаимные интересы. И шестерых разношёрстных детей, вынужденных жить попеременно на три дома и делить родительскую любовь, неожиданно объединила одна общая черта, заглушившая в зародыше всякую взаимную враждебность. Этой чертой стала ненависть – ненависть к сломавшим им жизнь родителям.

Энн Пэтчетт удалось показать нам, как на протяжении пятидесяти лет складывались внутрисемейные отношения и личная жизнь всех членов разросшегося семейства Казинс-Китингов; и как одна тщательно оберегаемая годами тайна повлияла на судьбы каждого из них.

Жизнь, как теперь понимала Тереза, — это череда потерь. Случалось в ней, конечно, и иное, хорошее, но потери были неизбежны и неодолимы, мир держался на них, как на трех слонах.

Семейная сага с необычной развязкой. Мимолетная встреча на безобидной вечеринке перевернула жизнь двух семей. Не сразу. Но началось всё именно тогда. В результате распались две семьи и образовалась одна новая. Плюс к этому ещё два человека, как бы оказавшиеся пострадавшими. В одной из этих семей было четверо детей, в другой двое. Часть времени им пришлось проводить всем вместе. В результате судьбы как всех детей, так и всех родителей переплелись между собой. В семейных сагах всегда спрятаны скелеты в шкафах. Здесь он всего один. И хранился всегда в шкафу с открытой дверью. Необычен сюжет именно тем, как этот скелет достали и что с ним сделали. Именно эта часть книги психологически самая интересная. Поэтому более подробные спойлеры всё испортят. Минус книги - затянутое начало. И слишком размеренная середина. Только последняя треть заставляет поволноваться за персонажей.

В общем-то ничем особо не примечательный роман в череде многих социально-психологических драм, рассказывающих историю супружеской неверности и дальнейшей жизни в новых сложившихся условиях. Таковыми они будут для всех без исключения: мужей, жён и их отпрысков, которым в первую очередь придётся привыкать к изменившимся обстоятельствам, на что, будь их воля, они навряд ли бы дали согласие.

Общение с прежними родителями и их новыми половинками, появившимися сводными братьями и сестрами по разному сказывается на каждом из них.

Надо отдать автору должное, она не распыляется на многие сотни страниц, превращая текст в навязчивое пережёвывание нанесённых обид и старых ран. Своё внимание она сосредоточивает именно на рассказе по какому руслу пошла изменившаяся жизнь героев, демонстрируя, что новые отношения отнюдь не залог безоговорочного счастья по мановению руки.

На всем протяжении текста чувствуется, что многое автор знает не понаслышке, оттого погружение в рассказываемое происходит без внутреннего напряжения. Вполне добротный роман на тему семейных отношений с обилием разнообразных деталей, не имеющих принципиального значения, по большому счёту, скучный, но могущий иметь своего читателя.

Если честно, я ждала семейную сагу в стиле Пилчер или Феллоуза, а получила странноватую историю, которая очень напомнила мне Энн Тайлер. С этим автором у нас очень средние отношения, видимо поэтому у меня прошла и здесь такая ассоциация. Я не смогла поймать должную волну интереса.

Приближается канун корпоративов, когда люди чего только там не творят. А тут вроде семейное соседское мероприятие, птичка Перепил настигла всех поголовно. Итог - поцелуй двух соседей, которые конечно же не являются мужем и женой. Куча свидетелей, громкие разводы, вражда не только супругов, но и детей. Глупость, которая не стоила семейного благополучия.

Мы рассматривали в книге не только каждого из супругов на протяжении огромного временного промежутка в 50 лет, но и их многочисленных детей. Их я насчитала целых 6 штук. Каждый со своим уникальным характером и судьбой. Мне претила мысль о том, что дети глотают бесконтрольно таблетки. Волосы дыбом вставали от того эпизода в жизни, ведь мы к нему возвращались не раз. Но и не могу не отметить ситуацию, которая не может не разбить сердце - смерть одного из детей. Такая нелепая кончина, которая могла случиться абсолютно в любом возрасте и в любом месте, поэтому скорее всего этого не избежать.

Странноватым мне показалось, что историю одного прилюдного соития превратили случайно в экранизированный бестселлер. Как-то это стыдно что ли, я бы не хотела, чтобы подобную историю похождений обо мне/родителях/родных или вообще о моих друзьях в целом вынесли на всеобщее обозрение. Хотя будем честны, ситуация вообще не нова, такое было, есть и будет.

Книга скорее всего понравится любителям Энн Тайлер, в остальном же мне было скучновато, поэтому особо советовать не стану.

Все герои очень неприятные. Особенно подростки. Книга о подростках, которые были против родителей. Ещё бы! Есть семья Казинс, где четверо детей и семья Китингов, где две девочки. Семьи распались чтобы мистер Казинс женился на миссис Китинг. По крайней мере они двое были счастливы.

История из тех, которые опровергают модный сейчас принцип «жить для себя». То есть, если ты счастлив, то и дети глядя на тебя научатся быть счастливыми, а главное ценить самих себя. Полная ерунда в связи с героями книги.

Сюжет строится вокруг подростков. Обе команды детей ненавидят своих родителей за то, что они ушли. В результате психологические травмы и даже летальный исход. Довольно печальная история. А больше всего кажется аморальным роман в романе о том, что происходило с семьей.

Как-то мне довелось переводить статью об Энн Пэтчетт и ее новом романе "Commonwealth" ("Содружество"). Имя Пэтчетт было для меня пустым звуком, но что-то в описании книги настолько меня зацепило, что не раз и не два я мысленно возвращалась к ней, пока наконец не нашла в оригинале и в свободном доступе практически сразу после выхода - небывалая удача, а, может, вообще, судьба, как мне кажется уже после прочтения.

Почти полвека назад помощник прокурора Берт Казенс, спасаясь от своего шумного многодетного семейства, бесцеремонно сам себя пригласил на крестины к дочке местного полицейского, с которым даже не был лично знаком. Вечеринка по случаю события закончилась поцелуем незваного гостя и хозяйки дома. Это могло быть просто мгновением, которое ни во что иное не выльется, или же началом волшебной романтично-драматичной истории любви с метаниями и муками совести, в финале которой Берт и Беверли уезжают в закат. На деле же оказывается, что это не финал, а начало истории. Причем истории вовсе не о них.

Дальше...

Главные герои романа – «маленькое свирепое племя»: двое детей Китингов и четверо – Казенсов. Те несколько лет, что продержался брак, которому было положено столь мелодраматичное начало, шестеро детей каждое лето проводили вместе, пока трагедия не заставила их пережить очередной крутой поворот. Была ли это семья? Наверное, нет. Были ли они врагами? Тоже нет. Они злились только на своих родителей, но не друг на друга. Можно было бы ожидать, что в такой ситуации все эти небратья и несестры разделятся на два лагеря по признаку кровного родства и разойдутся по разным углам. Но на самом деле они держатся вместе, оставаясь при этом разобщенными даже в своих кровных группах. Сама Пэтчетт говорит о них не как о плодах браков их родителей, а как об обломках их разводов.

Тогда получается, что это роман о детских травмах? Снова мимо. Каждый из детей проходит свой жизненный путь за описанные пятьдесят лет, и всем им приходится спотыкаться о подножки из собственного детства, но рано или поздно каждый приспосабливается и учится быть счастливым: и дети и родители.

В каком-то смысле это роман о памяти, что превосходно отражено в его замечательной фрагментарной структуре. Я занудный скучный читатель и люблю линейное повествование, но в данном случае ничто меня не смущало и не отталкивало. Пэтчетт великолепно выстраивает своих персонажей на сцене, погруженной во мрак, а затем поочередно направляет на них луч прожектора. Все они, теперь уже в основном пятидесятилетние, проходят перед читателем, рассказывая о том, как помнят свое прошлое и каким стало их настоящее, и заставляя нас следовать за ними в Виргинию, Калифорнию, Бруклин, Швейцарию, на десять, пятнадцать, двадцать и даже пятьдесят пять лет назад. И все это так органично и естественно переплетается, да еще изящно дополняется линией с писателем Лео Поузеном, который пишет обо всей этой истории книгу под тем же названием «Содружество». Каково это – открыть книгу и прочитать о своей семье, ее боли и потерях, ее неудачах и очевидной несостоятельности? А каково после еще увидеть экранизацию такой книги?

В конечном итоге эта история, пожалуй, о том, что все к лучшему. Вернее, даже не так. Все так, как должно быть. Условно главная героиня Фрэнни, приехавшая на Рождество к матери, третий брак которой оказался самым удачным, размышляет о том, что было бы… Кто из нас не любит подумать об этом? И хорошо, когда такие мысли не вызывают горечи. С высоты своих пятидесяти Фрэнни, на чьи крестины когда-то заявился Берт, кажется, уже не сожалеет и не печалится, потому что все так, как должно быть: душевные раны, изломы судьбы, потери и разочарования, браки и разводы, случайные встречи в баре – благодаря всему этому мы обрастаем людьми, которые зримо или нет приводят нас туда, где мы в итоге оказываемся не только с горестями, но и с радостями.

P.S. Практически каждая линия достойна отдельного упоминания, но мне почему-то больше всего понравилась коротко, словно мимоходом рассказанная история возобновления знакомства Фрэнни и Кумара, особенно предприимчивость и сообразительность последнего:

Later, Kumar would say he worked it out on the spot: he would marry Franny, and in doing so solve everything except the unsolvable. He had loved her when they were young — if not in the year she had shared his apartment then at least after she had left with Leo Posen. If she were free he saw no reason he wouldn’t be able to love her again. The problem was time. Sapna’s parents had come from Michigan to take care of Ravi when Amit was born and almost a year later they were still living in his house. Between work and his children, between his life and the enormous burden of grief, there wasn’t a minute in any day that wasn’t devoured. His genius would be to hire Franny rather than date her. He didn’t want to date her anyway. He wanted to marry her. If she came to work in his law firm they would see each other every day. They would come upon each other’s stories naturally, in the elevator or exchanging files. He could make sure that his idea was as good as he thought it was before entrusting her with his children and his life.

Книга была про невыносимое бремя жизни: работа, дом, дружба, брак, дети - словно все, чего эти люди хотели и над чем трудились, укрепляло, как цементом, их невозможность стать счастливыми.

На самом деле все с точностью до наоборот, Энн Пэтчетт пишет о возможности счастья, там и тогда - где и когда помыслить не можешь. Ну, не то, чтобы прям счастья, сверкающими водопадами. Скорее доброты, участия, уважения, дружбы, внимания и понимания, заботы, нежности, привязанности - тех его скромных составляющих, что делают жизнь чуточку уютнее. 

Живет семья: он, она, дети, а потом она (он) встречает другого (другую), и все летит в тартарары. Обыденность развода приглушила в нас, сегодняшних, понимание его как вселенской трагедии. Уже и пострадавшая сторона утешается легче, а у детей психика вовсе гибкая, - говорим мы себе, - "И главное, что видя день за днем несчастливых в браке родителей, они сами не научатся быть счастливыми". Словно предполагая, что вид взрослых, озабоченных свиванием двух новых гнезд на руинах одного старого - уж он-то выучит счастью.

Реальность кренится и рушится, половина мира оказывается отсечена, а вторая, от которой теперь зависит выживание, манипулирует тобой, внушает ненависть к отделившейся. А потом каждый из них оказывается занят построением новых отношений, и для тебя снова не находится места. После все как-то наладится, но ты в этом новом мире уже немного зверек, знающий что такое выживать. Случается не самыми социально-одобренными способами.

"Свои-Чужие" об этом и еще о многом. Например? О том, какие разные дети рождаются в одной семье. Гены одни и те же, воспитание и возможности получают примерно одинаковые, но эти при этом миленькие, покладистые и смышленые, а тем хоть говори, хоть кол на голове теши. Один как кошка, своим присутствием создает уют, а другой в комнату входит - и как железом по стеклу. 

О том, что когда детей в семье много, углядеть за всеми (одновременно накормив, обстирав, поддерживая порядок в доме и зарабатывая на необходимое) физически невозможно. О том, что предоставленные самим себе, дети скорее всего сдружатся, но компания окажется не по типу "Тимура и его команды" а в духе банды Квакина. О том, что у пьяных и детей должны быть очень сильные ангелы-хранители, но даже и они иногда не справляются.

Как хочется рассказать о том, что болезненно саднит с детства, чем не с кем было поделиться - и быть услышанной-понятой тем, кого ценишь и уважаешь. Какое счастье встретить его, умного, сильного, успешного, который увидит в тебе свою Музу.  Как он сделает из твоей истории книгу, станет еще более знаменит, но ты так и останешься официанткой из гостиничного комплекса, которую его друзья воспринимают годной на то, чтобы готовить для них и убирать за ними, когда удостаивают визитом (часто). А еще потом, с ужасом осознаешь, что поделилась историей, которая не тебе одной принадлежала, и заплатишь утратой самых значимых для тебя отношений.

О том,  как в тебе с детства было что-то такое. что заставляло других людей кривиться недовольно, и в компании ты всегда ощущал себя лишним, и приучился игнорировать чужую неприязнь по принципу "не больно-то нужно", но жизнь твоя вся как-то наперекосяк, общаешься с отребьем, творишь гадости, не умеешь ничего добиться. А потом в случайно попавшеся книге ("в прошлом году шуму наделала"), узнаешь себя, противного мальчишку, которого старшие братья-сестры опаивали барбитуратами, чтобы не мешался под ногами.

О том, как отправляешь скоту-муженьку с его новой ваших четверых детей на все лето без единого чемодана ("папа вам купит все новое"), зная, что зарплата помощника прокурора не то, чтобы высокая, а на нем семья из четырех человек - у нынешней две дочери. А пусть-ка покрутятся.

О том, как мечешься всю жизнь крыской в лабиринте, и успехи не радуют, а другие удачливей тебя, и жрешь себя без конца. Пока в один день не понимаешь вдруг, что тебе нужны лишь покой и медитация. В общем:

- Вы продаете идеальных отношениев?
- Нет, только показываем.
- Красивое

Американская писательница Энн Пэтчетт в 2020 году вошла в короткий список номинантов Пулитцеровской премии. Победу у нее вырвал Уайтхед (конечно же, ведь 2020 у нас не только коронавирусный, но и антирасистский, то есть мы готовы ущемить себя, только бы не ущемить я-уже-не-знаю-как-их-правильно-называть). Если бы премию присуждали не в начале мая, а в конце, ему бы перепало сразу две, чтоб никто не подумал ничего плохого. Новый роман Уайтхеда я пока не читала, как и новый роман Пэтчетт, за который она была номинирована. Но судя по их двум предыдущим сильным книгам, Уайтхед сильно проигрывает Пэтчетт, тем более он уже недавно получал Пулитцера. Короче, с премиями все как всегда. Но давайте о книге.

Америка 60-х. На крестины дочки сослуживца не приглашают одного типа. Он все равно приходит, потому что ему хочется быть там, где нет его беременной жены и троих маленьких детей. Оказывается, и дом у его коллеги получше, и жена покрасивее. И вообще. Тогда-то все и смешалось: папы, мама, дети, кони.

"Свои-чужие" - автобиографичная книга для Пэтчетт. Знаете, как это работает? Если с вами что-то случилось, особенно неприятное, надо начать рассказывать каждому встречному-поперечному. Уже на третьем отпускает, на пятом кажется смешным, а после восьмого и яйца выеденного не стоит. У писателя бешеная фора: вещать сразу на многотысячную аудиторию. Правда, с искусством все работает несколько по-другому, еще лучше: ты в свое творение частичку настоящего себя, а оно завоевывает сердца и души аудитории. У Пэтчетт в детстве случился развод родителей и новое замужество мамы и появление сводного брата и второго папы. Представляю, как тема зудела, как просилась к читателю. Только после шестой книги писательница сдалась и поделилась. Спасибо! Мне это было не интересно, нет, а просто жизненно необходимо.

Невероятно, что в такую небольшую по объему книгу поместилось сразу несколько пластов и даже жанров. Здесь есть тайна, трагедия и драма – главные ноты композиции, но шлейфом идет комедия. Такой очень жизненный замес, согласитесь. Больше всего в романе человеческих отношений, особенно дети-родители и братья-сестры. Нелинейное повествование скачками, где каждого героя ждет свой час. Как фотографии рассматривать. Для меня это абсолютно идеальный рецепт хорошей современной американской прозы.

Энн Пэтчетт очень напоминает Энн Тайлер, только она, на мой взгляд, посочнее. Здесь больше драмы, больше семейных потрясений. Лично мне и у Тайлер этого за глаза хватает. Безупречное соответствие сегодняшнему запросу – поиск гармонии с собой и миром. У всех он происходит по-разному, у меня – через чтение такой литературы о разных семьях с разным укладом, без извращений и дикой жестокости. И-де-аль-но. Только Пулитцеровской премии не хватает.

Несколько необычная семейная сага. Во-первых, рассказ идёт не линейно и порой не сразу понимаешь, про кого из героев сейчас фрагмент и в какой временной отрезок мы попали. Жили-были две семьи. В одной было двое детей, во второй росли аж четверо. Так уж получилось, что пары развелись и образовалась одна новая ячейка общества и два одиноких взрослых человека. А дети... А что дети?! Кто и когда слушает их мнение! Дети страдали. Детям было трудно. Они ненавидели родителей, ненавидели друг друга, но жили как-то, приспосабливались и извлекали уроки из такого положения. А теперь, во-вторых. Казалось бы, при таком замесе, это должен был бы быть микс страстей, эмоций, напряжения. И он есть, но как бы это сказать, очень тихий, глубокий, внутренний. Всё у этих людей непросто в жизни и трагедий хватает, но как же всё сдержанно и скрыто. Это даже не книга о семье, семьи-то там так себе (но какие есть). Мне кажется, что это больше о родственных и близких связях. О привязанности, о долге, о родительской ответственности и об ответственности выросших детей. Взрослые (родители) меня порой просто убивали!

Необычная история может показаться на первый взгляд. Здесь нету полной картины событий, скорее всего здесь мы видим психологический аспект людей. Нам автор рассказывает как живут несколько семей, как они общаются с друг другом Это первый мой опыт читать такие книги, которые можно сказать немного запутано.

Что же мне понравилось, это то, что автор попытался описать не только каждого, но и так же все его взаимоотношение с другими. Книга конечно немного может показаться трагичной. А вот конец произведение мне понравилась. Как бы все свои мысли автор смог собрать в конце и и подвести свой итог.