Slaughterhouse-Five

Защитники ядерного разоружения, очевидно, полагают, что, достигни они своей цели, война станет пристойной и терпимой. Хорошо бы им прочесть эту книгу и подумать о судьбе Дрездена, где при воздушном налете с дозволенным оружием погибло 135 тысяч человек.
В ночь на 9 марта 1945 года при налете на Токио тяжелых американских бомбардировщиков, сбросивших зажигательные и фугасные бомбы, погибло 83 793 человека. Атомная бомба, сброшенная на Хиросиму, убила 71 379 человек.

После Второй мировой войны я некоторое время учился с Чикагском университете. Я был студентом факультета антропологии. В то время нас учили, что абсолютно никакой разницы между людьми нет. Может быть, там до сих пор этому учат.
И еще нас учили, что нет людей смешных, или противных, или злых. Незадолго перед смертью мой отец мне сказал:

• Знаешь, у тебя ни в одном рассказе нет злодеев.

А я спросил себя о настоящем: какой оно ширины, какой глубины, сколько мне из него достанется?

— Зато я знаю — сказала она. — Вы притворитесь, что вы были вовсе не детьми, а настоящими мужчинами, и вас в кино будут играть всякие Фрэнки Синатры и Джоны Уэйны или ещё какие-нибудь знаменитости, скверные старики, которые обожают войну. И война будет показана красиво, и пойдут войны одна за другой. А драться будут дети, вон как те наши дети наверху.

Ему было так уютно, что он уже представлял себе, что благополучно вернулся домой, выжив в боях, и рассказывает родителям и сестре правдивую историю войны - хотя на самом деле правдивая история войны еще продолжалась.

− Почему именно я?
− Это очень земной вопрос, мистер Пилигрим. Почему вы? А почему мы? Почему вообще всё! Просто потому, что этот миг таков. Видели вы когда-нибудь насекомое, застывшее в янтаре? <…> Вот видите, мистер Пилигрим, сейчас и мы застыли в янтаре этого мига, никаких «почему» тут нет.

Прозу он писал прескверную. Только мысли были хорошие.

Послушайте:
Билли Пилигрим отключился от времени.

Шампанское выдохлось. Такие дела.

Мой начальник был одним из самых крутых людей, каких я встречал. Надеюсь, что никогда больше не столкнусь с таким крутым человеком, как бывший мой начальник.