Близнецы

Встревоженная необыкновенным ароматом, госпожа Мейер спустилась вниз.
— Эээ… нам нельзя это есть, — сказала она, с ворчливым видом глядя на сковородку.
— Кем ты больше хочешь быть, — рассудительно поинтересовалась повариха, — мертвой ортодоксальной еврейкой или полной жизни грешницей?

Тот, кто танцует, отдаляет от себя смерть.

Среди них [книг] были первые издания, неприветливо хрустевшие, когда Анна их раскрывала, – непрочитанная книга не существует, укоризненно шептали они.

Ни один народ не лучше и не хуже других.

— Ненавижу этот язык, — в сердцах сказала Анна. — Никогда не хотела его учить. До чего же тупой народ, один тупее другого. «Hello, baby…» Они пришли к нам со своими жирными задницами и вели себя так, будто даровали нам культуру. Они чувствовали себя правителями мира.

— Если это люди низшего сорта, а мы — высшего, как вы говорите, — Анна старалась выражаться дипломатично, — тогда я не могу вести себя, как они, я должна быть выше этого.

О злоключениях населения на оккупированных территориях немцам теперь было известно все до мельчайших деталей. Но о том, что пришлось испытать самим немцам на протяжении двенадцати лет тирании, им надлежало молчать: агрессору негоже жаловаться на судьбу, он сам повинен в своих бедах.

Даже палача и того можно понять, если знать его мотивы.

— Теперь ответь мне, — невозмутимо сказала Анна, — откуда мы, собственно, взяли, что духовное существование умершего должно быть связано с этим единственным местом? Что нас туда гонит? Тоска? И кто на этом наживается? Продавцы цветов, садовники, гробовщики — мы кормим целую индустрию! Это их ежедневный хлеб, и потому мы продолжаем приходить…