A Great Reckoning

Они все играли в одну игру. В шарады. Одно слово. Похожее на "лицемерие"

— У каждого в сердце должна быть песня.
— А в руке – эклер.
— Мудрые слова.

Худшее было впереди. Но и лучшее – тоже.

– Альцгеймер? – спросила Хуэйфэнь.
Рейн-Мари отрицательно покачала головой:
– Поэзия.

Она подставилась, продемонстрировала свое невежество и даже хуже. Она продемонстрировала интерес.

Но на самом деле ей следовало бояться слов и идей. Амелия понимала это. И понимала, что именно потому наркотики так опасны. Потому что они вышибают мозги. Не сердце – мозги. А затем сердце. А затем и душу.

Она подозревала, что еще одна доза – и назад пути не будет. Да и некуда ей было назад. И вперед тоже.

Мы все здесь со своими болячками, шрамами, изъянами. Мы совершаем ошибки. Совершаем поступки, о которых потом глубоко сожалеем. Иногда мы поддаёмся на искушения. Не потому, что мы плохие или слабые, а потому, что мы люди. Мы – скопище недостатков. Но помните вот о чём. Дорога назад есть всегда. Если нам хватает мужества найти её и пойти по ней. «Я прошу прощения». «Я был не прав». «Я не знаю». «Мне нужна помощь». Вот дорожные знаки. Главные направления.

Его хвост заработал как взбесившийся маятник, а взгляд перебегал с Жана Ги Бовуара на мисочку с едой у двери, потом снова на Бовуара. Пёс с планами на жизнь. Серьёзными, размером с его пасть.

Их ангелы остались лежать на снегу.