Похоть

Да, сильные мира сего и их лесничие любят мастерить искусственный рай, в который позволено войти матушке-природе, неловко и неуклюже бьющейся об ограду. А женщинам рай обещают тогда, когда они способны приготовить рай на земле своим мужьям и детям, не забыв приправить его, как следует.

Спорт похож на вагон-ресторан в поезде, ведь без него можно обойтись, но он соединяет бесполезное с неприятным.

За то, что появляются дети, а потом они куда-то уходят, как неостановимое время, несут ответственность женщины, которые набивают едой желудки своим маленьким подобиям или подобиям их отцов и показывают им, откуда можно выбраться наружу.

Домохозяйки, запертые в своих клетках, истекают кровью, сочащейся из мозга и из прекрасного пола, к которому они принадлежат.

Спорт для маленького человека — надежная крепость, из которой он может открыть пальбу во все стороны!

Половые принадлежности надо оберегать от болезней, как оберегают женщину от мира, чтобы она не выглядывала из окна, не шествовала по жизни и не желала жизненных перемен.

Могу посоветовать вам только одно: позаботьтесь о напитках, тогда у вас не будет больше причин для других забот!

Напоследок вот еще что: не поддавайтесь собственному вкусу, ведь прежде, чем вы себе что-то приобретете, на рынок будет выброшена новая модель, которая ждет только вас, только вас и никого другого!

Те, кто может видеть, не видят ничего.

Хотела бы я знать, чем еще питаются люди(помимо своих надежд).

Даже это отребье, челядь своих родителей, жаждет иметь свой счет в банке. Через несколько лет деньги обретут прекрасную форму, предстанут в виде автомобиля, чтобы владельцу вскоре на нем разбиться, или в виде новой обстановки в квартире, чтобы быть в ней заживо погребенным.

Эта женщина любит и нелюбима, и в этом она нисколько не отличается от других.

Дети сидят за партами бок о бок, пока нехватка денег в семье не раскидает их по фабрикам.

Грудь создана для ребенка, для мужа и для ребенка в муже.

Дети местных рабочих с бумажной фабрики познают мир спозаранку, отправляясь в хлев и пугая скотину своими зловещими тенями.

Женщина стоит неподвижно и тихо, словно раковина унитаза, чтобы мужчина смог справить в нее нужду.

Женщина пошатывается под грузом своего нелегкого счастья. Если подойти с умом, то положение арестантки можно облегчить, однако ей не позволено препятствовать мужу, ставящему ее в излюбленную позу.

Женщины, отмеченные растяжками, оставшимися от пребывания в них детей, подают себя к столу нагишом, словно при рождении своих сосунков.

Женщина открывает было рот, чтобы отказать ему, но тут же вспоминает, какой он сильный, и снова смыкает губы.