Рецензия на книгу

• 

  RomanRibinskiy3 июля 2018 г.

  Перед прочтением Джейн Эйр я пообещал, что напишу свою первую рецензию на книгу. Говорят, что это полезно. Будет немного спойлеров.

  Так вышло, что за последний год это одна из тех двух книг, вызвавших жгучее раздражение в процессе чтения (вторая - Поющие в терновнике), потому первый отзыв, к сожалению, негативный.
  Начало книги было вполне затягивающим. Интересно было следить за переживаниями героини-сироты, отвергаемой приютившей ее семьей, ее жизни в пансионе и дальнейшей работой гувернанткой. Интересно было ровно до того момента, пока в историю не вплелась любовная линия, надолго вытеснившая все остальное. Я успел только заметить, к чему же делается такое необычно длинное и красочное описание окружавшего пейзажа с всеми мыслимыми-немыслимыми аллегориями, когда появился Он.
  Сама Джейн называет эту сцену неромантичной. Далее же, непрекращающиеся тошнотворно-сладостные щебетания влюбенных перемешивались с постоянными пафосными речами и описаниями глубоких внутренних переживаний.

  После трети книги, я уже не мог ее серьезно воспринимать. Взывания к читателю через каждые несколько страниц, называние нужды Нуждой, необходимости Необходимостью, — это лишь немногие примеры безмерной попытки использования высокого слога, слова для которого автору, похоже, искать едва ли было легче, чем мне — для этого отзыва. Не добавил восторга и банальнейший мистицизм в виде ударов молнии и символичных снов, которые были бы уместны в каком-нибудь детском рассказе. Забавно, что в самом начале, когда Джейн заперли в красной комнате, и ей казался дух покойного отца, она объяснила это — уже с высоты прожитых лет — игрой света. Я тогда еще вздохнул с облегчением, что никаких паранормальных явлений в книге не будет. Но, непослдовательно для автора, после передачи шепота имени на расстояние-то во вполне взрослом возрасте.

  Возможно, мое восприятие было бы чуть позитивнее, ведись повествование не от первого лица. Но, рассуждая от своего имени, Джейн постонянно как бы обособляет себя от остальных людей, подчеркивает свой прекрасный внутренний мир, образованность и духовность. А так как остальные персонажи делятся на людей с примитивными ценностями и людей с высокими ценностями, то это ее действительно выгодно отличает. Любовные переживания же(в том числе из-за постоянного обращения "О, читатель!") и вовсе выглядят как нечто непостижимое для этих читателей.

  Джейн Эйр же для меня того же типа книга, что и Гордость и Предубеждение, Унесенные ветром или Поющие в терновнике. Вероятно, читательницам знакомы переживания героинь этих романов, и от этого эти книги воспринимаются настолько по-другому, что и заслужили место в топ-100.

  P.S Я тут поймал себя на мысли, что вещи, раздражившие меня в Джейн Эйр, вызвали невероятный отклик от книг другого автора — Виктора Гюго. Его пафос, еще более невероятные сюжетные совпадения (в Отверженных или в Соборе), извращенные любовные сюжеты (как в Человеке, который смеется) вызывали бурный восторг. Я пока не могу объяснить для себя — почему так, наверное просто он гораздо больший мастер. Наверное, некорректно сравнивать этих писателей, но я — читатель-второгодка, и прочитанных книг у меня не так много, чтобы был сформирован какой-то вкус. Поэтому я просто по порядку читаю топ-100:)

  7

  746