Рецензия на книгу

• 

  Arrvilja

  2 июля 2018

  Ну не может этот автор быть таким серьезным!

  — Многие преподают «Нос» и «Превращение».
  — Но, быть может, — сказал я иронически, — не все принимают это все так близко к сердцу, как я.

  Повесть настолько сюрная, что я искренне надеюсь: она была написана под веществами или в качестве толстого троллинга. В крайнем случае - в результате кратковременного помутнения сознания. Но уж никак не в здравом уме.

  (Жаль, нельзя уточнить у автора - он уже умер.)

  Итак, как и обещает аннотация, рассказчик Дэвид А. Кепеш превращается в женскую грудь. Подобно как минимум двум другим прочитавшим сие творение, я была уверена, что главный герой повести станет частью женского тела и начнется что-то интересное, - ан нет, превращение было буквальным, то бишь гигантское округлое нечто с соском посередине, через который поцыент слышал и разговаривал. И, что характерно, произошло сие в результате
  

  
  извержения «маммогенной» секреторной жидкости из гипофиза.

  Позже автор, однако, намекает, что герой, возможно, и не превращался вовсе, а повредился умом на почве безмерной любви к Гоголю и Свифту, но это не точно. Как оно было на самом деле - как всегда, решать кому-то другому вам и только вам.

  Насладившись волнующей трансформацией и похоронив свои ожидания, оставшиеся две трети повести читатель, аки заправский психотерапевт, смакует эротические фантазии героя (иногда) и слушает бесконечное нытье о постигшей его "ужасной беде" и "дичайшей трагедии" (постоянно). Хотя сюжет повести, написанной в 1972 году, в своей сюрности вполне современный, язык временами (в моменты абстрактных многословных причитаний) откатывается лет на 100 назад, во вторую половину 19 века, образуя раздражающий диссонанс. И получается примерно так:
  

  
  Увы, то, что со мной случилось, едва ли кому-то ведомо: это превыше понимания, превыше сострадания, превыше даже насмешек, хотя есть и такие умники, которые, я знаю, утверждают, будто вот-вот обнаружат всеобъемлющее научное объяснение этой метаморфозе, и такие — это мои верные посетители, — чье сострадание глубоко и неподдельно, кто искренне за меня печалится и так добр ко мне; но все же, среди моих знакомых есть еще и те — как же их могло не быть! — кто не в силах сдержать злорадного смеха. И временами я их понимаю: я испытываю к себе чувство сострадания, но и осознаю всю комичность ситуации. Если бы я сумел сдержать смех хоть на несколько секунд — если бы он не был столь горьким и кратким! Но, вероятно, этот смех и есть именно то, к чему мне следует стремиться, коль скоро медицинские мужи способны поддерживать во мне жизнь, покуда я нахожусь в таком состоянии, и коль скоро я хочу, чтобы они это делали.

  В сухом остатке автор, который начал, но не кончил, и повествование, которое ни к чему не привело. 1001 books you must read before you die? Серьезно? Мир сошел с ума - а вовсе не Кепеш, превратившийся в женскую грудь.

  9 понравилось

  403