Рецензия на книгу

• 

  MichaelMurashov10 июня 2018 г.

  История по расписанию

  Гонкуровскую премию в прошлом году получил Эрик Вюйяр за повесть "Порядок дня", довольно примечательный сплав публицистики и литературы с большой буквы, точнее публицистики, которая вооружается самым острым и заточенным стилем. Литературы, которая не видит необходимости черпать вдохновение в вымысле, а обращается к богатому материалу самой жизни.

  Вюйяр пристально рассматривает по сути один важный вопрос -- как немыслимое ещё вчера становится действительностью сегодня? Серия незаметных или малозаметных шажков к пропасти. А потом вдруг все хватаются за голову -- боже, как мы здесь очутились? Вюйяр наводит зум.

  Вот первая наводка -- с иголочки одетые как бы сейчас сказали олигархи Веймарской республики собираются на совещание в только недавно ставшем нацистским Берлине. Присутствует цвет немецкой экономики. Неужели эти холёные, сытые, отменно воспитанные люди из-за страха перед большевизмом поддержат популиста и горлопана Гитлера?

  Снова зум -- вот 1937 год. Уже несколько лет как Германия ведёт лицемерную дипломатию, помесь террористических актов, шантажа и соблазнения. Перед нами её следующая жертва -- Австрия. Австрия, не понимающая куда ей деваться после окуцения 1918 года. Австрия нащупывавшая свой путь. Австрия почти поголовно стремящаяся к запрещённому ей Антантой объединению с Германией. И всё же остановившаяся буквально в одном шаге от пресловутого "воссоединения" с Германией. Да. Всё так. Но ещё для слишком многих не с Германией Гитлера.

  Вот зум на национал-католическом правительстве расчистившем поляну от политических противников -- социал-демократов, коммунистов. Уже оно установило режим немногим слаще нацистского. Но Гитлеру этого мало, потому убивают Дольфуса, канцлера, противившегося аншлюсу под диктовку из Берлина. Шушниг, пришедший через какое-то время ему на смену, всем хорош, но есть у него при всем его пангерманском оптимизме один минус - он не нацист. Авторитарный консерватор, но носящийся с идеей независимой Австрии.
  Это всё исторический фон, данный в "Порядке дня" как бы между делом. Вот перед нами встреча Шушнига и Гитлера, на которой последний ставит австрийцу дерзкий ультиматум, фактически лишающий его страну всяческой независимости -- требование под страхом оккупации назначить на пост министра внутренних дел одного видного австрийского нациста. Примечательно при этом болезненное желание Гитлера насколько это возможно следовать процедуре:

  "Забавно насколько самые отъявленные тираны смутно стремятся к тому, чтобы соблюдать формальности до последнего, как будто бы они хотели впечатлить соблюдением всех процедур, топча при этом совершенно открыто все обычаи и нормы. Кажется, что самого могущества им недостаточно, и они получают дополнительное удовольствие видеть как их враги в последний раз следуют ритуалам, которые вот-вот будут сметены. "

  А в это время Риббентроп, покидая Лондон, где он до этого был послом, непринуждённо трепется на прощальном приёме на Даунинг-стрит о теннисе, стараясь как можно дольше отвлекать почтеннейшую публику от тревожных новостей с континента. Снова зум. Нешаткий и невалкий блицкриг, "генерирующий" Гитлер, которому поломавшиеся танки и танкетки преградили дорогу к триумфу. Снова зум. Наэлектризованная толпа, ожидающая немцев. Девушки в традиционных платьях. Мужчины в пивной. Оккупируйте нас, пожалуйста! Настоящий праздник. После захвата подоспел и референдум -- 99.75% "за". Правда голосовать "нет" было попросту запрещено -- людей окликивали и заставляли исправить. А рядом несколько кряжистых молодчиков из СА. Праздник удался? Но как вписываются в атмосферу праздника 1700 самоубийств в Вене в неделю, последующую за Аншлюсом? "Никто из них не покончил с собой. Смерть этих людей никак нельзя увязать с историей их мучений. Нельзя даже сказать, что они решили умереть достойно. Нет. Не глубоко личное отчаяние опустошило их. Их боль -- вещь коллективная. А их самоубийство -- преступление совершённое другим."

  Что же с нашими опрятными господами и их империями? Все они безболезненно пережили крах системы, которую когда-то выкормили. Несмотря на принудительные работы в концлагерях и мизерные компенсации выплаченные после войны тем, кому удалось вернуться с такой работы живым, 12 гитлеровских лет остались для этих компаний коротким недоразумением, о котором постарались поскорее забыть. Ведь многие эти фирмы старше, чем некоторые европейские государства, и "государственничество" их ничуть не менее звериное, чем у настоящих государств.
  Эрик Вюйяр написал очень актуальную книгу. И не только потому, что сейчас сызнова свершившейся факт оказывается солиднее любого международного права, как когда нацисты устами Вюйяра говорили, что захватят Австрию без всякого разрешения и сделают это от любви. Но и потому что в сплошном информационном потоке наших дней всё сложнее отыскать действительно важное, эти вздрагивания минутной стрелки Истории. Может быть -- в это хочется верить -- повесть Эрика Вюйяра научит нас присматриваться и прислушиваться к на первый взгляд ничем непримечательным новостям, к фразам, жестам, а то, чему суждено наполниться всем содержанием лишь спустя годы, его и нельзя распознать в настоящем. И книга "Распорядок дня" ещё и об этом...

  8

  816