Рецензия на книгу

• 

  zhem4uzhinka21 мая 2018 г.

  Короче!

  Нелегкий выдался май. Сначала прочитать “Американскую трагедию” нужно было, а теперь вот рецензию написать. Да еще и оценку поставить. Впервые жалею, что нельзя разделить оценку на две - умом и сердцем, так сказать. Обычно эти две инстанции способны прийти к компромиссу, но в этот раз оценки практически противоположны. Умом понимаю, насколько это глубокий роман, сложнее, чем на первый взгляд кажется, но эмоционально он категорически не понравился.

  Вообще в случаях, когда я понимаю объективную ценность произведения, значимость для литературы и величие, но мне книга не нравится, я с легким сердцем ставлю низкую оценку: это же всего лишь мое мнение, на него всем плевать в масштабах вечности, так чего душой кривить. Но “Американская трагедия” меня действительно зацепила. Не могу перестать размышлять обо всех нравственных задачах, которые в ней заключены. Драйзер, не акцентируя на этом внимание, полопал столько мыльных пузырей! Мнимое равноправие. Правосудие, в котором политика играет не меньшую роль, чем стремление к справедливости. Религиозность, которой на поверку грош цена: в очень набожной семье сразу два ребенка пошли по кривой дорожке, потому что твердили тексты наизусть из-под палки вместо того, чтобы вникать в смысл. Родственная сплоченность, которой не существует: кровная связь с теми, кто с тобой не живет под одной крышей, ценится только напоказ. Даже любовь, хотя казалось бы, что может быть искреннее. Не уверена, что хоть кто-то, будь то Клайд, Роберта или Сондра, действительно любил. Любовью называлась страсть и похоть, стремление к более легкой и красивой жизни, желание пойти наперекор родителям и просто избавиться от одиночества. В избраннике или избраннице ценными были красота, богатство, причастность к высшему свету, даже на суде эти качества озвучивались как весомый аргумент. В лучшем случае привлекала скромность - на контрасте с распущенностью других. Никто из “любивших” не знал практически ничего о своей пассии, да и не стремился узнать.

  Даже любовь материнская - и то подвергается сомнению. Вернее, кажется, что она проявляется только в горе: в третьей части в ее силе и верности не возникнет сомнений. Но почему же тогда Клайд, любимый родителями ребенок, вырос таким одиноким, почему воспоминания о детстве сопровождались лишь отвращением к ненавистному и казавшемуся унизительным делу, к которому его принуждали? Куда девалась материнская любовь, пока беда еще не пришла, а дети просто взрослели? И почему что Клайд, что Роберта в затруднительном положении боялись, что узнают родители, не говоря уж о том, чтобы просить у них помощи или совета?

  Не знаю, хотел ли Драйзер вообще затронуть тему легальных абортов, вокруг которой до сих пор копья ломаются, но вольно или невольно он подкинул аргументов здравомыслящим людям.

  А как он обошелся с Робертой? Не случайно же в первой части романа помимо прочих фигурирует сестра Клайда, оказавшаяся в схожей ситуации, но с иным исходом. И не случайно в третьей части упоминается, что у нее все вполне благополучно. Ставится под сомнение, а так ли права в своей бескомпромиссности Роберта и нет ли в случившемся и толики ее вины (что не снимает вины с Клайда и не оправдывает его, конечно)? А может, виновато общество, которое в данных обстоятельствах заклеймило бы Роберту? Поди разберись.

  Что до Клайда, любопытно, какое у него детское мышление при всей кажущейся самостоятельности. Шестилетний ребенок разбил вазу и пытается спрятать осколки под диван - авось сейчас не заметят, и наказание не последует. О долгосрочной перспективе (в которой все раскроется, и влетит ему не столько за вазу, сколько за обман) он думать пока не умеет, единственное, что важно - это здесь и сейчас. Почему же вполне уже взрослый, уж точно не шестилетний Клайд мыслит схоже? Ответа на этот вопрос я, к сожалению, не нашла, и психологичности в принципе мне не хватило. В этом смысле метод натурализма не вполне мне близок: все-таки человек сложнее щепки в море, и помимо внешнего воздействия среды и диктовки инстинктов у него есть и самосознание.

  В общем, история Клайда зацепила меня конкретно и быстро отпускать не собирается. Но божечки, как же утомительно и нудно было ее читать! Кажется, мы с Драйзером абсолютно не совпадаем темпераментами. Мне категорически не подходит такая обстоятельность и дотошность в мелочах. Особенно это заметно по второй, самой объемной части. Первая содержит историю взросления Клайда, в ней автору нужно было рассказать обо всем, что повлияло на характер героя, не слишком растягивая процесс, ведь это не имело прямого отношения к делу. Поэтому получилось нормально: медленно, неторопливо, как раз чтобы посмаковать. Третья часть по сути пересказывает предыдущие, но меня спас интерес к судебным делам, хотя процесс был изложен избыточно детально. А вот вторая, за исключением финала, конечно, была форменной пыткой. Я ощущала себя увязшей в дне сурка или угодившей за неведомо какие грехи в литературное чистилище. Мне казалось, это будет длиться вечно, и я теперь вместо интересных книг всегда буду жевать описания унылых свиданий, перебиваемые унылыми же страдашками. Наверное, сцены с Робертой и Сондрой должны были составлять некий контраст, и для Клайда так оно и было (о чем Драйзер успел неоднократно сказать примерно одними и теми же словами), но для меня они были одинаково скучны. А эти описания душевных мук, эти постные восклицания да ахи, как будто роман родом из 18, а не 20 века! Осмелюсь заявить, что погружение читателя в эмоциональное состояние героев - это не самая сильная сторона автора, по крайней мере, на мне это не работало. И ей-богу, зачем настолько все разжевывать, да еще повторять по десятку раз одно и то же? Если Клайд еще семь раз заломит руки и воскликнет “Боже, Боже!”, его драма не станет яснее, не так это работает.

  В общем, при всей интеллектуальной глубине роман для меня оказался занудным и сухим, а при его немалом объеме это воистину трагедия. И никакие интересные размышления, появляющиеся после финала, не могут отбить это послевкусие. У каждого, наверное, есть такой знакомый: начинает рассказывать какой-то забавный случай и постоянно сбивается на никому не интересные детали. “Я сегодня шел утром в больницу, опаздывал. Дело в том, что вышел-то, вроде бы, рано, собрался вовремя, побрился, позавтракал хорошо, овсянкой, потом надел чистую футболку и уже почти вышел, как вдруг заметил, что на футболке-то, оказывается, пятно. Переоделся в серую, которую мне еще мама на Новый год подарила, помнишь? С зайчиками на полянке. Ну вот, переоделся, взял зонтик, потому что чуть его не забыл, а прогноз вчера вообще-то обещал дождь. Правда, я не верю яндекс.погоде, а на гисметео дождя не обещали, но…” История тянется и тянется, и вообще-то речь шла о том, как забавно в лифте больницы он поговорил с медсестрой, но пока до того дело дойдет, вы уже уснете. Если бы в таком духе была вся история, это был бы совсем кошмар, к счастью, действительной пыткой оказалась только вторая часть. Автор хотел максимально подробно изложить историю любовных отношений Клайда, мне эти подробности были ни к чему, поскольку практически все детали никак не дополняли уже сформированный образ.

  70

  7,6K